Трофей Черного колдуна

Глава 41. О стратегии

Могущественного Черного колдуна собирались принести в жертву, забрав его силу.

Если на секунду забыть о том, как ужасно все, что происходит в данный момент, то можно было бы подумать, что перспективы перед этим миром открываются не радужные.

Орден магов, который регулярно приносит человеческие жертвы и не отличается гуманностью, получит огромный источник силы и станет еще могущественнее.

Ни к чему хорошему это точно не приведет.

Но такой анализ был слишком глубоким для меня в тот момент. Единственное, о чем я думала — это Леон.

Сердце колотилось с такой силой, что казалось, может пробрить ребра изнутри, вырываясь на волю.

Отчаяние смешалось с дикой надеждой. Я не могла поверить в то, что он позволил вот так схватить его. Не могла представить, почему он решил пойти на сделку с орденом.

Почему захотел обменять свою жизнь на мою?

Это ведь неправда, да? Казалось, у него есть план. И он вот-вот рассмеется своим мальчишеским смехом, шевельнет пальцами, уничтожая всех на своем пути.

Разве может быть иначе?

Но он молча стоял, ожидая, когда маги закончат приготовления.

Помимо Камня душ по краям пентаграммы разложили накопители. Они снова были белыми, без каких-либо вкраплений. Наверное, Леон не успел их зарядить после того, как открывал портал для армии.

К тем накопителям, что принес колдун, добавили еще один. Последний недостающий. Его отдал Роберт, сняв кулон с ним с шеи.

А потом возле каждого накопителя встал человек. Всего двенадцать магов образовали круг. В итоге я продолжала видеть Леона только благодаря его выдающемуся росту.

Чуть поодаль стоял Роберт, поигрывая кинжалом, который я так удачно однажды утащила у ордена, пусть и не по личной инициативе.

Я не разбиралась в подобных ритуалах, но подозревала, именно этим ножиком собираются зарезать Черного колдуна.

Вот бы как и в прошлый раз не получилось! Он ведь такой сильный. Он должен выжить!

— Я смотрю, представители всех двенадцати родов обрались, — как будто одобрительно кивнул Леон, осматривая тех, кто встал вокруг него в круг.

— Случай уникальный, — подтвердил Роберт.

— Понимаю, — кивнул колдун. — Немного разочарован, что ты не стоишь среди них.

— У меня другая роль, — ответил маг, а потом придирчиво оглядел все приготовления и скомандовал. — Начинайте.

Не знаю, чего именно я ожидала. Возможно того, сейчас из каждого находящегося в пентаграмме вылезет демон. Но ничего подобного не было.

Маги просто начали читать заклинание. Я его не знала, что неудивительно. Ритуальная магия вообще отдельная дисциплина. А здесь заклинание еще и на тех самых богов завязано, которым жертвы приносят.

Магический язык, на котором составлялись все формулы, все еще звучал непонятно. Впрочем, не только для меня. Такая уж у него особенность — смысл всегда ускользает от обитателей этого мира.

Поэтому заклинания всегда только учат, а не пытаются понять.

И с каждым произнесенным словом из другого мира обстановка в ритуальном зале менялась.

Линии пентаграммы начали светиться, как и Камень душ. Некогда черный камень начал отдавать инфернальным синим светом, словно был куском звездного неба.

Накопители под ногами магов тоже вспыхнули. Даже ритуальный кинжал в руках Роберта засветился, и, казалось, начал немного вибрировать.

А заклинание все лилось и лилось. В какой-то момент смотреть туда стало почти больно. Но я все равно продолжала, несмотря на то, что глаза начали слезиться.

Я пыталась поймать взгляд Леона. Хотела увидеть, как он кивнет мне, без слов говоря, что у него все под контролем.

Увы, я так и не дождалась этого.

Ритуал длился долго. Маги читали заклинание добрых десять минут. Или мне так показалось. Но когда они замолчали, стало еще страшнее, потому что я поняла — время выхода Роберта с его кинжалом.

После того, как заклинание было произнесено, свечение магических артефактов уменьшилось, хоть и не пропало окончательно. Казалось, они хотят сильнее подсветить все, что происходит.

Роберт приблизился, но не спешил ступать в пентаграмму, внимательно посмотрев на Леона.

— Ты слишком спокоен, — вынес он вердикт.

— Мне попытаться заплакать? Но тогда тебе придется постараться. Расскажи какую-нибудь душещипательную историю.

— Что-то не так, — насторожился он.

— Почему же?

— Ты должен бояться.

— Без этого ритуал не сработает? — издевательски уточнил колдун. — Ну простите. Если честно, не понимаю, почему должен хоть кого-то из вас бояться. Я сильнее всех находящихся в этом зале. Возможно, даже вместе взятых. Хотя это спорно, конечно.

— На тебе антимагические браслеты. Ты не можешь воспользоваться своей силой.

— Да? — перепросил Леон, хмыкнув. — Что ж, ты прав, действительно не могу, — признал колдун и, выдержав драматическую паузу, добавил. — Тогда я воспользуюсь чужой.

Я поняла о чем он за секунду до того, как почувствовала. А потом приложила все усилия для того, чтобы не рассмеяться.

Так хотелось залиться гомерическим смехом, но я боялась привлечь лишнее внимание. Тем более кроме меня пока никто не осознал того, что сейчас произойдет.

— Мерзавец, — прошептала я, улыбнувшись. — Какой же ты все-таки мерзавец и манипулятор!

Отток силы был слабым, но все же ощутимым. Я осела на пол камеры и прикрыла глаза, стараясь не мешать Леону. А он, вытянув руку в моем направлении, забирал себе часть своей силы обратно.

Я была идеальным накопителем с его неизмененной силой. И мне не нужно было даже прикасаться к нему, чтобы передать энергию. А он мог пользоваться ей так же, как своей.

И если основная часть его силы была запечатана внутри, то та, которую он когда-то отдал мне, была доступна.

Он снова все продумал задолго до того, как начал эту партию.