Трофей для волчьей стаи

Глава 9

Глава 9

От нее пахло цветами. А на вкус она была словно самый сладкий фрукт. Разве можно убить то, что пахнет самой жизнью?

Я умел ценить эту самую жизнь. Когда живешь среди всего мертвого, учишься ценить все живое. Пение птиц, солнце и запах цветов…

Сколько можно резать трофеи на алтаре, если это бессмысленно?! Неужели Луна и правда насмехается над нами, присылая добычу раз в десять лет, а остальное время оставляя нас жить на рыбе и траве, которая чудом переживает холод? Неужели она и правда так жестока, выбирая сильнейших, чьи земли, окропленные кровью, продолжают плодить? А мы – низшие, слабые, чья участь – медленно вымирать.

Я это никак не мог принять. Слабый? Кто решил это за нас? Этот раз не будет таким, как прошлые. Я не стану резать трофеи, соберу Совет, и пусть он решает дальнейшую судьбу добычи.

Многовековые традиции, решившие за нас наши судьбы, нужно было менять. Устои не приносили нам больше ничего хорошего, лишь последнее место в охоте и пир раз в десять лет с жалким куском мяса.

Так продолжаться больше не должно и не может, а значит, я положу этому конец.

Ноайран ждал меня возле алтаря. Именно он выл, призывая меня на это место, и я откликнулся. Проявил уважение к нему и пришел.

К этому моменту он уже успел сменить сущность и рассматривал клетку, в которой была Айрин.

Я последовал его примеру и сменил ипостась на человеческую.

– Охота стала таким редким занятием, Рагнар. Именно поэтому я не пришел сюда. – Он с сожалением качнул головой. – Я желал почувствовать азарт, как и остальные волки. Мы никогда не приходили на алтарь. Взять след отсюда будет легче, но какое в этом удовольствие?

Он посмотрел на меня, я только вздернул бровь.

– Я предпочитаю трофей удовольствию от охоты, – сказал я уверенно.

Ноайран был великим альфой, он был достоин уважения, но только среди своей стаи. Его чистая волчья кровь заставила признать его сильнейшим перед Луноликой, но вместе с этим мы признали слабейшими себя. И в то время, пока его земли купаются в крови трофеев, наши – мертвы и бесплодны.

– Девушка не обычный трофей, от нее пахнет жизнью.

Я хмыкнул. Значит, не один я считал Айрин особенной, связанной тонкими нитями с самой богиней.

– Именно поэтому я буду собирать Совет…

– Мы можем собрать его прямо сейчас, – предложил Ноайран.

– Я буду собирать Совет на своих землях. Я хочу, чтобы тянули жребий.

– Хочешь забрать ее себе, Рагнар? Разве это справедливо?

Тон его голоса изменился, альфа был недоволен, и моему волку это не понравилось.

– Вы забирали лучшие трофеи себе несколько столетий, так чем же моя стая хуже? Разве я могу разделить ее на всех?

– Можешь, – неожиданно сказал он.

В его голосе прозвучал азарт. Мой волк недовольно зарычал, опасаясь планов соперника.

Ноайран не стал ничего объяснять, он лишь раскинул руки, широко улыбаясь:

– Мы можем окропить ее кровью алтарь этого леса.

Я поморщился.

– Я не собираюсь ее убивать, – прорычал. – Ее судьбу решит Совет.

– Неужели ты думаешь, что можешь забрать лучший трофей? Ты альфа границы. Еще совсем молодой волк…

Его глаза блеснули и словно наполнились кровью.

– Я выиграл ее честно, Ноайран, неужели ты собираешься оспаривать мое право?

– Ты оспорил мое право сильнейшего, Рагнар. – Он был недоволен, в голосе слышались рычащие нотки. – От нее пахнет жизнью, почему ты не хочешь разделить ее между всеми?

– Потому что она не зверь.

– Она такая же дичь, как и остальные.

– Луноликая не просто послала к нам человеческую женщину, она не просто трофей.

– Ты придаешь смысл тому, в чем смысла нет.

Я видел, как Ноайран готовился к перевоплощению, он хотел выгрызть у меня право владеть Айрин. И я буду биться, если достучаться до него не получится.

– Тогда скажи мне, вы забираете лучшие трофеи, земли должны быть цветущими и плодородными. Так ли это?

Ноайран застыл, в его глазах промелькнуло сомнение.

– Они умирают, – сказал я. – Как и наши земли. Но мы чувствуем это сильнее. Вы уже узнали, что такое голод? Что такое, когда нет больше мяса, нет фруктов, овощей – только рыба и трава? Ты готов к этому? Готов стать альфой стаи, которую не сможешь прокормить? – прямо спросил я и увидел в его глазах страх за стаю и сомнения.

– Так велела Луноликая, она велела…

– Убивать трофеи? Это единственное, что помогает, но ведь уже и ты столкнулся с тем, что помогает слабо. Что, если мы делаем что-то не так?

Ноайран молчал. Он задумался, а после втянул когти.

– Как только ты достигнешь своих земель, Рагнар, ты созовешь Совет.

Его тон звучал повелительно. Мой волк внутри зарычал: кто он, чтобы командовать мною? Но я боролся со своим гневом, слушая голос разума.

– Так и будет.

– Я приду, Рагнар, я буду тянуть жребий наравне со всеми. И если Совет решит убить человеческую женщину, лично прослежу за этим.

– Я тоже буду тянуть жребий наравне с остальными и приму решение Совета, каким бы оно ни было.

Ноайран кивнул, он остался довольным моим решением.

– Первыми ушли птицы, – добавил он, а после сменил сущность и ушел прочь.

Да, птицы. Кажется, у нас на землях они тоже ушли первыми, но я тогда еще не родился.

Сердце наполнилось горечью. Значит, я прав, и земли сильнейших умирают так же, как и наши.