Трофей для волчьей стаи

Глава 11

Глава 11

– Сайхал! – прорычал я, стоило выйти из шатра.

Мой бета в это время находился возле своего шатра.

– Рагнар? – удивился такому обращению он.

Кровь внутри меня кипела от злости.

– Зачем ты сказал Айрин про алтарь?

То, что именно Сайхал внушил такие мысли Айрин, я знал точно, больше просто некому.

– Айрин? – усмехнулся он.

– Девушка…

– Трофей, – поправил меня.

– Девушка.

– Добыча, просто добыча, мой альфа, и судьба ее предрешена. Пусть человеческая сука знает свое место.

Я схватил бету за грудки и поднял его.

– Ее зовут Айрин, – четко произнес я. – И она не зверь, Сайхал, и не добыча. Чем мы лучше животных, если позволяем так вести себя с женщиной?

Его глаза наливались гневом, но он терпел.

– Ты понял меня? – прорычал я.

Заглянул в его глаза.

– Да, мой альфа, – выдавил из себя он.

Только после этого я поставил его на землю. Непослушание беты было плохим знаком: альфу должны слушаться беспрекословно.

– Судьба Айрин не решена. Я буду созывать Совет.

– Это ничего не изменит.

– Неужели мы спокойно раздерем женщину на алтаре, словно дикари? А что потом? Приготовим ее на ужин?

Зверь рвался наружу. Просил выпустить, чтобы он мог сбросить гнев, бегая по лесу… Или еще лучше – чтобы он пошел к девушке, которая даже сквозь вонючую траву пахнет цветами.

Смахнув наваждение, я нахмурился. Такая мысль была некстати.

Она считала меня животным, тряслась, стоило мне прикоснуться. Но ее можно понять: как относиться к тому, кто хочет тебя разодрать на алтаре?

На удивление Айрин была не похожа на наших волчиц. Они податливы и послушны, а она, даже трясясь от страха, умудрялась дерзить мне.

– Так решила Луноликая, – спокойно сказал Сайхал. – Кто мы, чтобы спорить с богиней?

– Луноликая решает слишком давно, теперь дадим слово Совету. Найди для Айрин одежду и теплую обувь. Завтра выдвигаемся в путь.

Сайхалу мое распоряжение не понравилось, но он кивнул.

После этого я все же поддался искушению, отошел на пару метров, сбросив человеческое обличье. С удовольствием почувствовал, как вытягиваются кости и когти. А после бросился в лес.

Прислушивался к каждому шороху, но все молчало. Ни пения птиц, ни шороха маленьких букашек. Мертвый лес. Как и другие леса. Он больше не способен был кормить нас.

Я даже не мог поверить, что когда-то все было иначе. Что лес был наполнен голосами птиц, шорохом листьев, копошением мелких зверей и разными запахами.

Но Луноликая прокляла нас давным-давно. И теперь мы несли жалкое существование, готовые вгрызться в горло женщине.

Голод и холод действительно сделали из нас животных, и даже Сайхал, которого я считал для себя примером, словно ослеп. Не видел, что перед ним хрупкая слабая женщина, а не добыча.

Мне придется созывать Совет. Есть только призрачная надежда, что мнения глав разделятся.

***

Она снова мне снилась – девушка со светлыми волосами, все звала меня и показывала дорогу. А еще пела… Ее голос наполнял душу, гнал прочь тревоги и успокаивал. Вот только сон, увы, не мог длиться вечность.

Я проснулась, когда уже было темно. Не знала, был ли вечер или глубокая ночь.

Выбравшись из-под толстой звериной шкуры, которую на меня накинули, я встала на ноги и, чуть пошатнувшись, вернула себе равновесие.

Ко мне применили магию, подчинили волю… От этой мысли стало страшно. Если главный оборотень способен на такие трюки, то я пойду к алтарю под гипнозом, без единой мысли сопротивляться…

До боли прикусила губу. Не хочу об этом думать. Не сейчас. На данный момент нужно оценить обстановку и попытаться выжить.

В шатре никого не было, на улице тихо. И я решилась на безумный шаг – выйти из шатра.

Рядом с тюфяком лежал свернутый теплый плащ, явно с мужского плеча. И сапоги, которые мне определенно будут велики, но это лучше, чем разгуливать с голыми пятками. Поэтому, радуясь такой находке, я оделась и обулась.

Выходить я не спешила, сначала приоткрыла занавес, отделяющий меня от улицы, и стала вглядываться в темноту. Тихо, безлюдно. Сейчас ночь. Пожалуй, лучшее время, чтобы осмотреться.

Кругом ни звука. Только шатры, которые шелестели от ветра.

Я отважилась и вышла. Сразу же сердце сжалось, в темноте просматривался явный силуэт клетки с маленьким медвежонком. Клетка стояла возле шатра, расположенного напротив моего.

Пока я спала в тепле на тюфяке, его держали взаперти в железной холодной клетке. Расстояние до нее я преодолела быстро.

– Маленький мой, – прошептала я.

Медвежонок сразу узнал меня. Он прислонился головой к прутьям, жалобно скуля. Я просунула руку и погладила его по голове.

– Тебе, наверное, здесь жутко холодно.

Медведь снова заскулил, а я потянулась к кинжалу: замок был ржавый, я точно смогу снять его без всяких усилий.

– Что ты делаешь? – раздалось сзади, и я, вздрогнув, обернулась.

Желтоглазый стоял передо мной в одних штанах, без рубашки.

– Ему холодно, – сказала я, наблюдая за движениями оборотня.

Он стоял спокойно, словно ветер и холод не касались его.

– Не думаю, – постановил он и сделал шаг ко мне.

Медвежонок тут же зарычал, да так злобно, что я дернулась.

– Он хочет согреться.

– Нет. – Оборотень покачал головой. – Он хочет тебя защитить. И тем самым разбудит весь наш лагерь.

Желтоглазый остался стоять на том же месте, и за это я была благодарна волку.

– Ты голодна? – задал он неожиданный вопрос, от которого я нахмурилась, ожидая подвоха. – Айрин, если ты хочешь есть, я оставил для тебя запеченную рыбу.