Трофей Короля факультета Огня, (не) Влюбиться в Калеба Грея

37-я глава. Суп и чай

— Суп заказали, — отчиталась я Бену. — Куриный, — добавила, пытаясь после спешки выровнять дыхание.

Кора хмыкнула.

— Видимо, у аристократов свои причуды, — с раздражением пробормотала я.

— Много кто ест суп по утрам, — не согласился повар.

— А ещё он свежую газету попросил… — пожаловалась я.

— Эх, не повезло тебе, — вздохнула Кора. — Придётся поторопиться, пока выпуск не раскупили…

Я простонала и посмотрела в потолок.

Смирившись с неизбежным, уточнила у Коры, где найти газетчика, и отправилась к нему через чёрный ход…

Пока готовилась еда, лорд действительно склонился над свежими новостями. Делает вид, что читает? Или там написано что-то важное? Быть может, опять покушения?

В какой-то момент он стрельнул глазами, отвлёкшись от газеты. Я очнулась и отвернулась. Прослушала всё, что мне продиктовала пожилая пара, недавно севшая за столик неподалёку от аристократа.

Я извинилась и попросила всё повторить. И они… тоже заказали суп.

«Да что с людьми не так?» — не выдержав, я закатила глаза.

Хорошо, что к этому моменту отвернулась от клиентов.

Присутствие Калеба нервирует основательно! Не хватало ещё получить жалобу… Или приступ заработать!

Наконец, куриный суп и чай были готовы. Я поставила тарелку, чашку и заварник на круглый железный поднос. Добавила несколько кусочков хлеба. Вспомнила, что соль есть на столе, значит, можно обойтись без неё. Набрав побольше воздуха, резко выдохнула и пошла относить заказ.

К этому времени людей прибавилось. Голоса и смех заполнили помещение. Но шум не раздражает так, как пьяным вечером. А, скорее, добавляет уюта.

Жаль, я не могу насладиться уютом этим утром…

Посмотрела на аристократа, почему-то занявшего сегодня не место в углу, а посреди зала.

Я почти дошла до его стола, когда внезапно поднос с едой показался мне слишком горячим.

Я удивилась: суп, конечно, свежесваренный, но не настолько, чтобы нагреть поднос. Может быть, это заварник? Но чай заливают не кипятком…

Я зашипела — стало нестерпимо горячо… Настолько, что пришлось ускориться. Но железо будто раскалилось в руках, обжигая пальцы. И, прежде чем осознала последствия, я уронила еду.

Раздался громкий звук.

Нет, не так. Раздалась какофония звуков.

В первый момент меня волновало лишь то, не обожгла ли я пальцы — мне нужно работать, а потом писать на занятиях. И магию вызывать на практике…

Я уставилась на свои руки. Слава Духам, они не сильно красные.

Но эти мысли промелькнули и исчезли за секунду, а вот потом…

Железный поднос, крутившийся по полу, перестал наконец тарахтеть. После чего трактиром завладела тишина. Которая мне почему-то показалась зловещей. И не зря.

Я посмотрела на лорда Калеба и, ужаснувшись, приложила руки к лицу.

Он всё ещё держит газету, так что брызги от супа и чая не попали на рубашку.

Но вот брюки…

На брюках свисает еда. Картошка, кусочки курицы… и перловая каша. И всё это медленно сползает на пол.

Он сидит, не шевелится.

И он разъярён — я поняла по глазам. Все вокруг смотрят на него. И на меня. Большинство — с сочувственными взглядами.

Кто-то отмер и шепнул: «Жаль девчонку». Я вздрогнула на этих словах.

— Управляющего сюда, — с ледяным спокойствием приказал Калеб. И, свернув газету, примостил её на краю стола. Подальше от потёков супа и чая…

Я не могла пошевелиться.

Но Барта даже звать не пришлось, видимо, услышав звуки, он сорвался со своего места и поспешил к лорду.

Наконец, приблизился к нам и тут же охнул.

— Вы кого принимаете на работу? — тишину прорезал жёсткий тон. Холодный, с повелительными нотками. Он хищно прищурился. Стал по-настоящему злым.

А мне стало не на шутку страшно.

Аристократ внутри Калеба пробудился окончательно.

Я, увидев эту его сторону, вздрогнула. Я просто не могла поверить, что этот же человек позавчера помог мне дойти до общежития. Что он носил меня к лекарю на руках…

Если бы я знала, какой он настоящий, я бы в первый вечер сразу извинилась и вылетела из его комнаты. И никогда бы в жизни не заговорила с ним снова.

— Я прошу прощения, — Барт склонил голову. — Мия, — шепнул он мне, — извинись перед Его Светлостью!

— Прошу прощения, господин, — пролепетала я, рассматривая пол.

Вокруг по-прежнему тихо. Я чувствую на себе множество взглядов и мечтаю провалиться под землю…

— Вы слышали? — холодно произнёс Калеб. — Она даже извиниться не может нормально, — он вскинул голову и посмотрел на Барта свысока. Как господин на слугу… — Я требую её уволить.

— Что? — из меня вырвался жалкий шёпот.

По залу пробежались удивлённые вздохи.

— Помилуйте, господин, — пробормотал Барт растерянно. — Мы всё возместим, мы оплатим чистку… — он окинул одежду Калеба неловким взглядом.

— Я разве сказал, что мне нужна чистка? — Калеб говорит тихо, но от того ещё больше наводит страх. В трактире все по-прежнему молчат… — Я сказал: я требую её уволить.

Я задрожала. От отчаяния и злости. Руки сжались в кулаки.

— Господин, помилуйте, — Барт сделал к нему шаг. И ещё одну попытку.

— Или вы её увольняете, или завтра же вас ждёт проверка. Здесь осмотрят каждый метр, каждый угол. Чтобы убедиться, что всё соответствует нормам.

Калеб резко поднялся. Скрежет стула по полу заставил дёрнуться. Барт сбоку вздохнул.

— Советую вам хорошенько подумать, — произнёс лорд, сорвал с крючка пальто и направился прочь из трактира…