Трофей Короля факультета Огня, (не) Влюбиться в Калеба Грея

40-я глава. Секрет на дне саквояжа

Вернувшись в академию, я пребывала в хорошем настроении. Даже на ужине, невзирая на одного аристократа, кидавшего на меня удивлённые взгляды. Думал, я буду рыдать после его поступка?

Возможно, так бы и было, если бы я не набрела на ателье. Всё-таки хорошо, что меня уволили из трактира. Так что, в каком-то смысле, его можно поблагодарить…

Конечно, не вслух, а про себя. Подходить к нему, разговаривать с ним, даже смотреть в его сторону — нет никакого желания.

Я успела доделать задания на завтрашний день и пообщаться с девочками.

Перед сном, когда Фиона ушла в умывальню, а Кэти где-то гуляла с парнем, я решила снова пересчитать заработанные деньги…

«Негусто», — я вздохнула, уставившись на монеты в руках.

Половина золотого за вечер пятницы и один золотой за субботнюю смену. И пять золотых — «чаевые» аристократа… До сих пор неприятно к ним прикасаться… Чаевые от надзирателя Кима и других клиентов — ещё пятьдесят серебреников. А значит, у меня семь золотых.

Угу. Осталось заработать всего лишь девяносто три.

Стипендия — десять золотых монет. Но если откладывать её каждый месяц и при этом не работать, до покупки лекарства я могу не дожить…

«Ладно, — я поджала губы и заставила себя собраться. — Я обязательно справлюсь!»

Положила монеты вглубь саквояжа и наконец-то вспомнила кое-что важное, что напрочь вылетело из головы…

Шкатулка!

Прошло уже две недели, а я до сих пор её не открыла…

Я не видела её ни разу. Но бабушка утверждала: «То, что находится внутри — твоё по праву. Не показывай матери. Откроешь позже, в академии».

Взяв её в руки, замерла. Достаточно тяжёлая…

Тишина в комнате будто стала напряжённой.

Хватит время тянуть! Фиона может вернуться в любую минуту!

Я выдохнула, повернула замочек и медленно откинула крышку.

Это что ещё за шутка?

Пальцы ослабли, я едва не выронила её на пол.

Прикусив губу, уставилась на содержимое шкатулки.

Украшения…

Драгоценные!

Не то чтобы я хорошо в них разбиралась, но к маме приходили и богатые клиентки! С чем-то похожим.

— Какого крайса? — вырвалось у меня. — Как это может быть моим? Если мои родители — портниха, которой всего лишь повезло открыть мастерскую, и… какой-то пьяница… — на последних словах я скривилась.

Потом я внезапно поняла. Прабабушка. Должно быть, это её. Точно её, как иначе? Ведь мой дар — по линии матери. Он почему-то не коснулся бабушки, да и маму тоже обошёл, но пробудился у меня. Здесь ничего удивительного, такое случается.

А вот то, что прабабушка могла быть из знатного рода, стало неожиданным открытием. Жаль, на мои вопросы никто не хотел отвечать. Вернее, мать не хотела, а бабушке запретила.

И почему бабушка сказала не показывать шкатулку матери? Боялась, что отберёт? Мама бы, наверное, могла так поступить…

Осторожно подцепила двумя пальцами золотые серёжки с… бриллиантами? Совсем бесполезные, у меня ведь уши не проколоты… Хотя дело даже не в этом. Боюсь, на мне такие серьги будут смотреться как на воровке…

Колье и золотой браслет, тоже с бриллиантами. Какое-то кольцо с красным камнем. И ещё одно колье, с таким же красным камнем, только намного крупнее.

Не знаю, почему, но второе колье выглядит дороже первого. Наверное, потому, что тяжелее и массивнее.

Если бы продать что-нибудь из этого, хватило бы не только на лекарство…

Но мысль отнести это скупщику показалась кощунственной. Интересно, сколько лет этим украшениям? К тому же боюсь, если отнесу их на продажу, ко мне будет много вопросов и подозрение в краже.

Поколебавшись, захлопнула крышку и вернула шкатулку на дно саквояжа.

Как раз вовремя — вскоре в комнату зашла Фиона. Раскрасневшаяся, после пара умывальни. С влажными кудряшками. Большие глаза слегка сонные, пухлые губы довольно улыбаются.

«Ну до чего же хороша», — подумалось мне. И за что в академии невзлюбили её внешность?

— Кстати, совсем забыла сказать! — Фиона потупилась. — Лорд Калеб тебя искал.

— Что? — я нервно сглотнула. — Когда?

— Ещё вчера. Тебя ведь не было весь день. А вечером, когда я выходила из столовой, он спросил, где ты… — Фиона замялась и прикусила губу. — Я сказала, что тебе нездоровится и ты весь день в комнате… Но, мне кажется, он не поверил, — она посмотрела с неловкостью.

Я нервно рассмеялась.

Тебе не кажется, Фиона, он не поверил…

Интересно, когда он придумал гениальный план с увольнением? Вечером перед сном? Или сегодня с утра?

— Или нужно было сказать правду? Что ты пошла к тётушке? — заволновалась подруга.

— Фиона, всё хорошо, не волнуйся, — я тепло улыбнулась, чтобы её успокоить.

— И ты мне не скажешь, что он хотел? — вздохнула она.

— Я и сама до конца не понимаю, — честно сказала я. — Прости, мне надо в умывальню…

***

Понедельник прошёл терпимо. Мне даже не было плохо после занятий спортом. Быстро поужинав, так же быстро постаралась сделать все задания и поспешила в город.

Аманда встретила меня с улыбкой. Я не отказалась от чая, который не успела выпить в столовой. Затем мне снова показали рабочую комнату.

В которой даже вечером очень светло. И никакого керосина — только маголампы. Я и ранее предполагала, что Аманда довольно состоятельная, а сейчас всё больше в этом убеждаюсь.

Я провела пальцами по швейной машинке — почти как у мамы в мастерской. Только новее и немного меньше по размеру.

— Справишься с такой? — Аманда посмотрела на меня с интересом.

— Думаю да, — я уверенно кивнула.

Возле машинки — длинный стол, с измерительными лентами, мелками, ножницами и набором иголок.

Остальные инструменты аккуратно разложены по местам. А то, что не вместилось на полках, хранится в большом сундуке у окна.

— Учти, я люблю порядок, — твёрдо сказала Аманда.

— Я заметила, — кивнула я и очнулась. — То есть хорошо, я вас поняла.