Тройняшки для миллиардера. Охотниковы

Глава 14

Мэт

Ксюша сидит напротив меня, вся такая-растакая, красивая.

Даже моя шутка не испортила ее.

Как там говорят? Красоту не пропьешь? Или талант?

Не помню, не суть, но Ксения безумно красива.

Разве это возможно после рождения троих детей?

- Как поживают твои птенчики?

- Птенчики? – девушка с копной светлых блестящих волос округляет изумленно глаза.

- Подопечные, которые детьми куриными интересовались, и яиц меня лишили!

- Ах, эти. Сдала… маме.

- Чьей маме?

- Их маме.

Ксения! Долго ты будешь ломать эту комедию? Я уже пробил всю информацию о тебе и знаю, что ты их родила.

- Разве не ты мучилась, рожала тройню? – гляжу на нее, подмечаю, что у оппонентки уже глаз дергается.

- Даже если так, то тебе-то что?

- Конечно, мама всегда говорила, что ты у нас на все руки мастерица! Но настолько… Даже я поражен!

- Что сложного в создании детей?

- Вот я старался. Много и долго. А у меня всего один получился. А у тебя аж целых три. Как так?

Ксюха краснеет от кончиков волос до пяток. Я конечно, не вижу деталей, но уверен на все сто, что чувствует она себя сейчас неловко, будучи пойманной на любви к «шпили-вили».

- Матвей! Какой ты всё-таки… - замолкает, пыжится, подбирая слова к моей персоне. – Ты ужасный!

- Сменим тему. Отключимся от процесса делания птенцов.

- О боги! – всплескивает руками.

- Всё-таки, все трое твои. Погодки?

- Нет, тройняшки.

Громко хохочу.

- Ты чего горбатого лепишь? Тройняшки – это одинаковые дети в идентичной одежде. А твои – абсолютно разные. Все трое!

- Они разнояйцевые. Понимаешь? Было три яйца.

- Твою мать! Снова яйца…

- Ну извини, природа так пошутила над людьми. Мы, как и птенцы вылупляемся из яиц, живем в гнездах. Даже смерть Кощея в яйце!

- В принципе, сама жизнь берет начало из яйца, - продолжаю рассуждения Ксю.

- Прекрати! – снова краснеет как переспелая помидорка.

- Ладно-ладно. Так расскажи мне о своих детях.

- Василиса – старшенькая, на десять минут раньше всех пришла на этот свет. Наверное, поэтому она выше ее собратьев из триады.

- Я заметил. То-то она такая бойкая и дерзкая. В каждой бочке затычка.

- Не смей так говорить про мою малышку! – злится, показывает наточенные клычки бывшая.

- Ася – средняя, а Сережа – младшенький.

- Затюканный пацан, да. Надо спасать, - смеюсь я.

- Ты своего лучше спаси… от себя и своей матери огради! – выпаливает с обидой девушка.

Злюсь. Хочу сказать ей, что в том, что я воспитываю один сына – только ее вина – Ксении.

Если бы она тогда не испугалась и не довела дело до конца, мне бы не пришлось разыгрывать спектакль, рожать еще одного ребенка, подделывать документы, чтобы получить наследника большого состояния, которое перешло к Егорке, едва он родился.

Но Егор – фальшивый наследник.

Его мать – Ксения, а отец – я.

Только никто об этом не знает, кроме меня.

Мать считает, что я так сильно люблю сына, как и она, потому что он – принес в нашу семью поддон с золотыми яйцами.

А я обожаю Егорку потому, что его родила Ксюша.

В смысле, он ее сын.

Изготовлен из моих живчиков и ее яйцеклетки.

Почему так случилось?

Потому что Ксения уничтожила весь биологический материал донора – с которым был заключен контракт при его жизни.

У меня не было выбора, потому что мать проела мне тогда мозги – что такого шанса разбогатеть одним махом больше не будет.

Но Ксюша пустила наш план под откос из-за дурацкой ревности.

Глупая курица!

От которой у меня любимый птенец.

Смотрю на бывшую с благодарностью. В груди разливается тепло, и я протягиваю руку, глажу пальцы Ксюши.

- Ты сошел с ума! Я не буду с тобой спать. И не расскажу ничего об отце ребенка. Между прочим, он капитан лайнера и сейчас бороздит моря!

- Плохие девочки любят пиратов.

- Ты не тянешь на пирата.

- Ксю, у меня к тебе предложение… Стань воспитательницей в частном детском садике…

- Чего??? Матвей, ты совсем сбрендил? Или ты пьян?

- Я веду ЗОЖ, у меня же сын. Он берет с меня пример.

- А я думала, он берет пример с твоей матери – растет таким же негодяем как она! – в сердцах вскрикиваю я. – Кого может воспитать эта женщина.