Трон Знания. Книга 1

~ 38 ~

Почему постоянно приходится кого-то ждать? В Тезаре всё иначе. Там ждут Великого: его появления, взгляда, слова, решения. Здесь же, в ненавистном замке, наследник престола могущественной державы и номинальный правитель нищей страны (парадокс, ей-богу!) должен прислушиваться к шорохам в приёмной.

Раздался стук в дверь. Адэр выпрямился — если вернулся Безбур, он пошлёт его к чёрту.

— Командир стражей Крикс Силар, — объявил Гюст.

Ну наконец-то!

В кабинет вошёл командир. На пороге за его спиной возник охранитель. Адэр порывистым жестом приказал ему убраться.

— Мой правитель! — сказал Крикс и вытащил из кармана солдатских штанов небольшой тряпичный свёрток. Развернув его, осторожно высыпал на стол горку алмазов.

— Почему так долго? — спросил Адэр, не обращая внимания на камни.

Командир вытянул руки по швам:

— Перевозили пленников к ориентам.

— Почему не к маркизу Ларе?

— Йола настоял.

— Сколько их?

— Было десять. Выживут единицы.

— Значит, морской народ тебе помог.

Глаза Крикса холодно блеснули.

— Это была не помощь, мой правитель. Прошу вас, пойдёмте со мной.

Они долго шли запутанными коридорами, спустились в слабоосвещённый подвал нежилой пристройки замка. Затхлый воздух пропах сыростью и плесенью. Грибковые наросты покрывали стены. Сверху давил низкий серый потолок. Адэр не слышал ничего, кроме тяжёлого дыхания Крикса и звука его и своих шагов, хотя знал: за ними неотступно следуют охранители — тайные агенты Троя Дадье.

Возле добротной двери с квадратным отверстием, явно прорубленным второпях, стояли два бойца. Один — низкорослый, темноволосый, со стальными глазами. Второй — высокий, зеленоглазый, с ямочками на щеках. Крикс кивнул, и бойцы с трудом сдвинули вглубь помещения деревянную плиту на массивных петлях. Переступая порог, Адэр успел удивиться: обе щеколды открыты, на дверной ручке болтается навесной замок с торчащим ключом. Бойцы явно переоценивают свои силы. Надумай ракшадский воин сбежать, его остановят только крепкие запоры и непробиваемые стены.

В свете тусклой лампы, посреди комнаты возвышалась блестящая груда шоколадных мышц, замершая в позе бегуна на низком старте. Чёрные волосы, собранные на затылке, спадали на каменный пол конским хвостом.

Адэр обошёл воина:

— Что с ним?

— Мой правитель, — тихо сказал Крикс, закрыв за собой дверь. — Это была не помощь. Это была демонстрация силы. Морской народ может убить одним криком и обездвижить одним прикосновением.

Адэр склонился над ракшадом, провёл рукой перед его глазами. Воин моргнул.

Адэр отшатнулся:

— Он видит?

— И всё чувствует.

— Не надо при нём говорить о морском народе.

— Он нас не слышит.

Адэр опустился на край узкой железной кровати с привинченными к полу ножками. Упёрся руками в колени:

— Сколько времени он так стоит?

— С первой минуты, как его обездвижил Йола.

— Как везли?

— В багажнике.

Крикс приблизился к воину, вонзил пальцы в углубление под выпирающей ключицей. Ракшад рухнул набок и устремил на Адэра ледяной взгляд.

— Думал, не получится. Йола сказал, что через пару часов он сможет встать на ноги. — Командир вытянул руки по швам. — Мой правитель! Ориенты — страшный народ. Теперь я полностью на стороне Великого. Будь моя воля, я бы обнёс их резервацию колючей проволокой.

— Нет, Крикс! Это была демонстрация способностей, за которой они прячут настоящую силу.

На лице командира напряглись желваки. Не согласен…

— Да, Крикс. Они двадцать лет сидят в резервации, а могли бы захватить страну. — Адэр поднялся. Посмотрел на ракшада. — Жаль, что он не слышит. Я хотел бы сказать пару слов.

— Одну секунду, мой правитель. — Склонившись над воином, Крикс выковырял из его ушей что-то, похожее на зелёный пластилин. — Горный воск. Йола заткнул ему уши.

— Теперь со слухом у него всё в порядке?

— Так точно.

— Оставь нас.

— Мой правитель!

— Уйди!

За спиной прозвучали шаги, открылась и закрылась дверь. В затылок упёрся взгляд — Крикс (только он верен клятве) наблюдал через квадратное отверстие в плите.

Адэр встал так, чтобы воин мог видеть его:

— Пришло время произнести ответное слово… Ты не бился с обидчиками на смерть, не вгрызался в их глотки, не пытался сбежать. И сейчас ты сжимаешь кулаки вместо того, чтобы наброситься на меня. Ты — позор своей отчизны. Ты настолько ничтожен, что я даже в насмешку не предложу тебе поцеловать мой сапог в обмен на достойную смерть.

Выйдя из комнаты, крикнул: