Трон Знания. Книга 2

~ 36 ~

Самая сумасшедшая ночь из всех, что он помнил. Адэр закрывал ладонью ветонке рот, чтобы её крики не переполошили селение. Изголовье кровати колотилось в стену. Не выдержав тяжести тел, подушка треснула, и перья, словно хлопья снега, усеяли пол. Адэра остановили первые солнечные лучи, выхватившие из полумрака бледное девичье лицо.

Он изнеможённо откинулся на спину и прохрипел:

— Уйди.

Девушка посидела на краю матраца, приходя в себя. Заплела косу и тяжело поднялась:

— Я приберусь.

Парень вылез из-за старого кресла и запрыгнул на кровать. Поглаживая его по холке, Адэр равнодушно следил за скованными движениями ветонки. Заметив синяки на её шее, посоветовал надеть что-нибудь с высоким воротником. Закрыл глаза и тотчас погрузился в сон.

Вокруг закручивались пыльные спирали. Коридоры разлетались в разные стороны и исчезали в серой пелене. Куда бы Адэр ни шёл, постоянно оказывался в тупике и срывал злость на стенах. По разбитым кулакам струилась кровь, тяжёлыми каплями падала на гранитный пол. Адэр приподнял руку. Тёмно-рубиновая капля соскользнула с пальцев, потекла по воздуху, как по стеклу, и вдруг зависла.

Сбоку мелькнула тень. Парень сверкнул красными глазами и скрылся за углом. Адэр поспешил за ним. Пытался идти быстрей, но ноги наливались свинцом, и каждый очередной шаг давался с ещё бóльшим усилием. Липкий пот разъедал лицо и тягуче, будто патока, сплывал по шее. Адэр потёр грудь. Где и когда он снял рубаху? Наверное, в ущелье Испытаний. Заложил руку за спину и не обнаружил ножа за поясом штанов. Кто его забрал?

Парень стоял перед чёрной дверью. Уши напряжены, шея вытянута. Адэр подошёл ближе. Это не дверь. Чёрное зеркало. В нём отражение Парня, а его отражения нет. Хотел потрогать отполированную поверхность — ладонь прошла сквозь зеркальное полотно. Не удержав равновесия, Адэр повалился в бездонную яму и, вынырнув из сна, рывком сел.

Девушка положила на кровать его рубаху и штаны. Он выудил из кармана несколько моров и бросил на постель.

— Можно я приду ещё? — спросила ветонка, сгребая монеты.

— Зачем?

Адэр оделся. Постоял у окна, ожидая, когда в ногах утихнет дрожь, и направился к Малике. На пороге её комнаты столкнулся с доктором.

— Я пришлю сиделку, — сказал тот и торопливо пошёл по коридору.

— Зачем ей сиделка? — пробормотал Адэр, глядя ему в спину. — Мы сегодня уезжаем. Эй! Вы меня слышите?..

Но доктор уже спускался по лестнице. Упёртый ветон!

Адэр повернулся к Малике:

— Зачем тебе сиделка?

Она вскинула руку:

— Стойте там! Не подходите!

Заметив на её ладони следы от ногтей, Адэр закрыл дверь:

— Да что с тобой? На кого ты похожа? Бледная, измученная. Под глазами синяки. Губы искусаны. Будто тебя всю ночь пытали.

Малика хлестнула взглядом. Адэр судорожно сглотнул. Как же она его ненавидит… За что?

— Если ты переживаешь о нашей совместной ночи… Успокойся, между нами ничего не было. Ты лежала как труп. Трупы меня не возбуждают. Или тебя обидел наш вчерашний разговор? Пойми, Вилар мой друг, он мне дорог…

— Не надо слов, — перебила Малика. — Обо всём говорят ваши поступки.

— Последние дни я сам не свой. Не принимай близко к сердцу мою грубость.

— Уезжайте.

Адэр посмотрел на Парня, выглядывающего из-под кровати. Когда он успел туда забраться?

— Нет… не знаю…

— Уезжайте!

— Да кто ты такая, чтобы повышать на меня голос?! — взвился Адэр.

Искусанные губы скривились.

— Вы мерзкий и отвратительный человек! — цедила Малика сквозь зубы. — Я не встречала мужчины противнее, чем вы.

— Лекарства на тебя плохо действуют.

В Адэра полетела подушка.

— Уйдите с глаз!

Он шагнул вперёд:

— Не заставляй меня…

Вскочив с кровати, Малика смахнула с подоконника склянки и открыла окно:

— Ещё шаг, и я прыгну.

— Совсем с ума сошла?!

— Уезжайте!

Адэр пожал плечами:

— Как скажешь. — Выйдя в коридор, подозвал Драго. — Отвечаешь за неё головой. Кроме сиделки и доктора, никого к ней не впускай. Слушай всё, о чём говорят. И никаких чудачеств.

***

Пока Ютал расспрашивал защитников о коротком пути в Лайдару, Адэр писал заявление о защите моруны и пытался уловить в голосах ветонов лживые нотки. Но защитники говорили уверенно, со знанием дела.

Усевшись в автомобиль, Ютал разложил на коленях лист бумаги с набросанным от руки рисунком местности:

— Знаете, почему ветоны называют асфальтированные дороги окружными? Они петляют, чтобы соединить селения. Отсюда в Лайдару ведёт просёлочная дорога. Она идёт напрямки, через лес. Говорят, здесь давно не было дождей и дорога в хорошем состоянии. Местные всё время по ней ездят. — Ютал почесал подбородок. — Я никогда не был в тайге. А вы?