Трон Знания. Книга 2

~ 56 ~

Обхватывая себя за плечи, Малика смотрела в окно. Вот она — причина её ночных мук. В форме горничной — словно статуэтка. Глаза медовые, хмельные от счастья. Кремовая лента в ореховых волосах развевается на ветру как вымпел. Шестнадцать лет по законам Грасс-Дэмора — для девушки брачный возраст. Рядом прыгают дети — те, кто остался в замке. Троих Адэр отправил на лечение в Бойвард. У одного нашлись родители. Остальные не помнят ни своих имён, ни где они жили.

Сирма подтянула мальчикам штанишки, одёрнула на девочках кофты, кому-то вытерла нос, кого-то чмокнула в щёчку. Она будет хорошей мамой.

— Малика, — прозвучал голос служанки. — Вас ждут.

— Иду, — сказала она и задёрнула шторы.

В малом зале собрались старосты из Нижнего Дола. Им предстояло ознакомиться с грядущими реформами — налоговой и денежной — и донести информацию до народа. Многие старосты знали друг друга лично. По разным причинам они виделись редко и в другой день делились бы новостями, но сегодня мяли в руках фуражки и смотрели в пол.

Малика прошла через зал, разгоняя тишину стуком каблуков. Села в кресло, установленное на возвышении, и скользнула взглядом по пустующим стульям:

— Кто не приехал?

— Нет старосты Зурбуна, госпожа, — прозвучало с заднего ряда. — Его взяли под стражу. Дом его сожгли. Зурбун горит.

Малика опешила:

— Как — горит?

— Вот так и горит. На месте некоторых постоялых дворов одни головёшки. Дома не все, правда, но тоже горят. Кругом люди с баулами, а бежать-то некуда. Из города только женщин и детей выпускают.

Старосты заговорили хором: «В Истве второй день пылает поместье графа Вальбы». — «Вчера ночью Озур светился. Сам видел». — «У нас двое селян продали дочерей за дрова, на сходке чистосердечно признались, а их хибары всё равно сожгли». — «Слышал, что Верхний Дол уже неделю дымит». — «В Ларжетае тихо. На улицах ни души». — «И у нас пока тихо. Сижу как на иголках. Вдруг вернусь, а Кесадана уже нет».

Крикс Силар шуршал бумагами в сейфе. Обернулся на щелчок дверной ручки:

— Ты ошиблась дверью.

— Объясни, что происходит! — потребовала Малика, переступив порог.

— Я же сказал: ошиблась дверью.

— Так нельзя! Крикс!

— Твоего племянника не насиловали семь лет. Я не тот, кто будет сочувствовать насильникам и убийцам детей.

— Есть закон! А ты его нарушаешь.

Он грохнул кулаком по корпусу сейфа с такой силой, что Малика присела. Показалось, что треснули стены.

— Мой правитель — мой Бог и мой Закон! — рявкнул Крикс. — Другого нет и не будет!

Малика проследовала в кабинет Адэра. Гюст пожал плечами: правитель ещё не появлялся. Она пронеслась по холлу, взбежала на верхний этаж. Жестом пресекла попытки охранителей воспрепятствовать ей и вошла в апартаменты Адэра.

Глядя в зеркало, он завязывал галстук:

— Без доклада?

— Прекратите это безумие!

— Охранителям пора к Трою Дадье на ковёр.

— Адэр!

Он поправил воротник рубашки:

— Прежде чем обратиться ко мне по имени, не мешало бы закрыть двери.

— Что вы делаете?

Адэр взял со стула пиджак:

— Одеваюсь. Не видишь?

— Ваши стражи…

— Наши.

— …сжигают дома.

— Я предупреждал.

— Адэр! Остановитесь!

— Сегодня я жгу дома в наказание за детей, завтра я буду бить плетьми за воровство, послезавтра за убийства я отравлю колодцы. И так будет до тех пор, пока они не поймут, что я — закон, которому нельзя не подчиняться!

— Вы не закон! Вы деспот!

Адэр схватил её за локоть и потащил за собой. Входил в залы, смотрел в окна. Шептал: «Не то. Всё не то…» И тянул Малику дальше. Спустился по служебной лестнице в хозяйственную пристройку. Прислуга, потупив взоры, прижалась к стенам.

— Отпустите меня! — взмолилась Малика.

— Сейчас я тебе покажу…

— На нас все смотрят!

Он открывал двери, заглядывал в комнаты:

— Не то…

Пересёк холл флигеля. Вытащил Малику на крыльцо. Обвёл рукой грязно-жёлтую пустошь, придавленную бурыми тучами:

— Самая прекрасная картина из всех, что я видел. Ни насильников, ни воров, ни убийц. Пусто! Или я заставлю страну жить по моим правилам, или сровняю её с землёй и буду каждый день любоваться.

— Вы должны взращивать добро, а вы сеете страх. Люди не понимают ваших великих замыслов.

— У меня нет времени ждать, пока они поймут!

— Страх заставит людей сбежать из страны или встать на свою защиту. На свою защиту, Адэр. Не на вашу! В какой-то миг вы оглянетесь, а за вами уже никто не идёт.