Тропа Койота

Глава 13: Неожиданная новость

Итак, мы с Каспером продолжили топать по асфальтированным дорогам посёлка, с опаской оглядываясь на проплывающие вдали фигуры людей. В тумане даже самый безобидный дедушка с авоськой выглядел устрашающе. Мы шли долго и большую часть дороги разговаривали о чём попало. Да, когда у Каса хорошее настроение, он становится ещё разговорчивее меня. Я думала, что он постоянно замкнутый и мрачный, ан-нет... Из тумана, как огромный теплоход, выплыло очередное здание, окружённое забором. Тёмно-бурое, низкое, с жалюзями на окнах. По тюремной атмосфере я очень скоро поняла, что это – школа, и Каспер подтвердил мою догадку, после чего рассказал об этой школе номер два пару жутких историй.

– Ничего себе... – покачала я головой, когда он закончил свою речь. – Ты случайно не хочешь стать экскурсоводом, а, Каспер? По-моему, у тебя отлично получится.

– Шутишь что-ли? Я боюсь на публику выступать.

– А я что, не публика? Ты мне про своё село уже полтора часа рассказываешь!

– Так ты одна, а экскурсионные группы большие... Нет, это не моя профессия.

– А жалко – талант пропадает...

Мы прошли ещё немного – мимо стадиона и через какую-то небольшую площадь, на которой стоял мемориал памяти погибшим во времена Великой Отечественной Войны. Мне было некомфортно смотреть на чёрную чугунную фигуру сурового солдата. Казалось, она в любой момент повернёт голову, сойдёт с постамента и начнёт гоняться за нами по туманным дорогам, как Медный Всадник у Пушкина. Поэтому я поспешила отвернуться от памятника и последовала за Каспером. Сквозь пелену проступило ещё одно здание с невысоким крыльцом, над которым располагалась ещё советская надпись: «БИБЛИОТЕКА».

– А тут я подрабатываю пару раз в неделю, – продолжил Кас свою импровизированную экскурсию. – Платят мало, но зато там тихо и можно почитать.

– Ещё один книжный червь, – вздохнула я. Кас с недоумением нахмурил брови. – Ты просто копия моей мамы: она бы всё на свете отдала, чтобы целыми днями сидеть в библиотеке и писать...

– Я, между прочим, читал Веру Сергеевну, – заметил Каспер, – и она замечательно пишет. Ты ее недооцениваешь.

– Да почему же... Я уважаю её работу. Но ты не представляешь, каково это, когда твоим родителям работа важнее тебя!.. Мама про меня элементарно забывает из-за этих книг! Пишет и пишет, пишет и пишет! Её читателям хорошо, а семье как на это реагировать? Ведь когда она пишет, её, считай, нет!

– Вы должны её поддерживать, – не соглашался Каспер. – Она в этом сильно нуждается. Если семья в неё не будет верить, то кто поверит? – я устало вздохнула и повесила руки. – Лиса, пересмотри свои взгляды на её творчество. Я всё понимаю, но не думай только о себе.

– Я и не думаю только о себе! – буркнула я, резко сунув руки в карманы. – Я просто хочу, чтобы у нас была нормальная, дружная семья.

– Кому ты об этом рассказываешь? – кисло улыбнулся Каспер.

– ... Ладно, давай переведём тему. Ещё раз спрошу: далеко ещё до твоей аптеки?

– Да вот она, впереди.

– Правда? Неужели дошли? Не прошло и сотни лет...

– Не ворчи.

Мы наконец-то прибыли к месту назначения. Аптека была маленьким зданием – настолько маленьким, что его можно было бы спутать с киоском. Пара горевших окошек, белые стены и белая дверь, испорченная неприличными надписями и рисунками. Оторвать бы этим художникам то, что они там нарисовали. Кас галантно открыл для меня дверь в помещение. Аптека изнутри была душной и насквозь пропахшей разными лекарствами и травами. За прилавком сидела пожилая женщина, благоухающая терпкими духами и решающая кроссворд из газеты. Уютно устроилась: тут и тепло, и кроссворды, и чай можно заварить. Единственное, что плохо – тут одиноко и скучно. В большинстве своём сюда должны приходить больные пенсионеры, которые каждому встречному и поперечному рассказывают про свои болячки, глуша одиночество... Нет, в таком месте я бы точно подрабатывать не стала.

– Здравствуйте, тётя Надя, – поздоровался Каспер, и старушка-аптекарь тут же оторвалась от газеты. Меня вновь умилило, что все местные знают друг друга по именам.

– Здравствуй, здравствуй, Каспер! – и она поправила свои большие очки в толстой оправе. Одна из душек была поломана и потому обмотана полоской скотча. – Рановато ты сегодня. Всё хорошо с папой?

– Да, с ним всё в порядке... А что у вас с очками случилось?

– Ой, да ничего особенного, – она осторожно сняла очки, осмотрела их и шутливо-печальным тоном объяснила. – Это я, старая клуша, вчера оставила их на кресле, а потом на них же и села. Видать, совсем уже плохо с головой становится. Нет бы положить на газетный столик или хотя бы на ручку кресла, правда? Так нет, я положу туда, куда обязательно усядусь! Такая вот дурочка. А на новые денег нет, вот и приходится так, – и она снова нацепила их на нос и цыкнула языком. – Что покупать будете?

Мы с Касом купили бинты, сироп от кашля и спрей для носа, а уютная старушка-аптекарь посчитала нам сдачу на древних, как и она сама, счётах. Я заворожённо следила за тем, как она перегоняла пальцами крашеные деревянные костяшки с одного края счётов на другой. Как она не путается? Хотя, если подумать, то понятно, как – стаж.

– Скажите пожалуйста, тётя Надя, а капли для глаз ещё не привезли из города? – спросил Каспер.

– Ты знаешь – нет, милый, – тяжело вздохнула бабуля и облокотилась на прилавок. – Всё везут, везут, и никак до нас не довезут. Вроде и не в Тайге живём... – и она бессильно пожала плечами. – Нет лекарства этого. У друга-то твоего ещё остались те капли или уже кончаются?

– Кончаются. Причём стремительно.

– Ой, плохо, – покачала она кудрявой головой. – Может, я у себя дома поищу и принесу ему хоть какие-нибудь капельки? Я бесплатно свои отдам, если ему очень сильно надо. Ты ему это передай, что Баба Надя всегда помочь готова. Не хватало ему ещё так рано ослепнуть. Молодой ведь парень, хороший, а уже такую болячку страшную приобрёл... В общем, ты ему скажи про меня.