Тропа Койота

Глава 18: Темнота и фонарики

***

P.S. Погода с самого утра не задалась. Небо уже неделю затянуто пасмурной плёнкой, а сегодня впридачу к ветру и холоду пошёл снег с дождём. Дети и учителя промочили все ноги насквозь, пока дошли до школы номер два. Это бурое и без того мрачное здание в такую погоду стало выглядеть ещё более угрюмо. Из окон с жалюзями торчали грустные детские мордашки, которые скучали по голубому небу и летнему теплу. Им ещё повезло, что в этом учебном году в школе налажено отопление, иначе опять пришлось бы заниматься в куртках и шапках.

Некоторые учителя спешно готовили кабинеты к урокам и повторяли материал, который собираются преподавать, другие же, которым не посчастливилось дежурить в коридорах, гоняли учеников и ежеминутно ругались на их выходки. Кого они особенно не любили, так это хулиганов и шалопаев. Хулиганы постоянно разбивают детям губы и носы, а шалопаи хоть и безобидны, но изрядно умудряются капать на нервы. После окончания года только обрадуешься, что порция хулиганов и шалопаев ушла во взрослую жизнь, как вдруг появляются новые из более младших, подрастающих слоёв.

Такими были и эти мальчишки из седьмого класса. Самые ненавистные у дежурящих преподавателей. Один – Сашка Шаляпин – был настоящим шутом с рыжей копной волос и жуткой улыбочкой. Часто показывал фокусы в коридорах или устраивал жуткие и доводящие до заикания розыгрыши. И ладно бы он вытворял это только с учениками, так он, бесстыжий чертёнок, ещё и учителей в свои игры втягивает. А потом оправдывает это каким-нибудь «хэллоуином» или «творческим домашним заданием». Также он часто хамит всем подряд и любит качать права на ровном месте. Вступается за виноватых учеников и подбивает класс делать то же самое. Ничем его не усмирить, этакого революционера...

Второй – его лучший друг, Артур Лефлер – скорее относился к хулиганам, хотя учился, вроде бы, недурно. Несмотря на прилежное выполнение домашних заданий, безупречные ответы на уроках и миловидную, даже отчасти девчачью, внешность, его невозможно было полюбить, даже если очень постараться. Проявлению сочувствия к этому мальчику мешали его выходки на переменах. Жестокие выходки. Никто не знает, что творится у него дома, но семья у мальчишки явно неблагополучная. Он недоедает, часто ходит в школу с немытой головой и самое главное – постоянно дерётся. В прошлом году этот странный парень неизменно носил с собой в школу нож на случай очередного сражения. Сейчас он вроде бы перестал применять холодное оружие и «смягчился» – теперь он носит в карманах гитарную металлическую струну, чтобы если что больно хлестнуть ею обидчика, или надевает на ударный правый кулак толстое металлическое кольцо, как кастет. Ему только дай повод, и он расшибёт недругу череп и выбьет ему пару зубов. Может он делает это для самоутверждения, может чтобы излить злобу, накопившуюся дома. По крайней мере учителям остаётся только гадать о его мотивах, потому что сам он молчит об этом, как партизан. Вроде бы и друзья у него есть, вроде и на вид пока не шевелится – ангелочек, но стоит подпустить его к одноклассникам – будет месиво. Из-за его плохого зрения его постоянно приходится сажать на первые парты, хотя учителя, если бы у них был выбор, посадили бы его на самую распоследнюю и скрипучую парту, которая только есть в школе.

Правда есть у этих двух «красавцев» три товарища, которые кое-как сглаживают их поведение и временами их усмиряют. Один из их класса – Женя Дроздов, примерный отличник, тихоня с чистейшей репутацией. Про него говорят как про очень доброго и сердобольного парня, который всегда готов поддержать и выслушать любого. В это верится, зная, какие отпетые у него дружки. И ещё двое – из пятого класса: мальчик-кореец Юра Ким и сын учительницы музыки – Коля Соболевский. Оба – милые мальчишки, правда и они не без странностей. Юра иногда выдаёт очень странные ответы на уроках, и все они в основном связаны с мистикой. Если бы он так шутил, то ему бы точно ставили двойки, но из-за его серьёзного тона и выражения лица учителя пожимают плечами и смиряются со странным ответом парня. Второй, Коля – добрый, скромный и зашуганный парнишка. Иногда, конечно, у него бывают закидоны и он начинает экспериментировать со своей внешностью, но учителя вскоре к этому привыкли и стали воспринимать это как поиски человеком своей личности. Похвальное дело, хоть временами и эпатажное. Однако чего учителя никогда не могли понять в этом мальчике – что он такого нашёл в том хулигане Лефлере из седьмого класса? За что он так боготворит этого живодёра с ангельским личиком и носится за ним хвостом? Или учителя чего-то не понимают, или мальчишка попал под плохое влияние старшеклассника...

Начались уроки, и дети разбежались по классам. У седьмого "Б" сейчас начиналась геометрия. С гоготом и гомоном дети подготовились к уроку, разложили учебники и пеналы, встали рядом с партами и замолкли. Учительница осмотрела класс. На первых партах сплошь очкарики и только этот с тёмными очками, прикрывавшими жуткие глаза. Дальше сидели хорошисты, более менее приличные дети, в форме. А на задних партах шалуны, один из которых – рыжий – уже успел и почесаться, и пошептаться, и жвачку к парте прилепить.

– Шаляпин, – учительница строго сложила руки на груди, – а ну-ка вытащи то, что ты там приклеил, и выброси в мусорное ведро.

– А я может не приклеивал, Наталья Семёновна, – улыбался рыжий наглец. – Я может наоборот – отковыривал. Вы на меня наговариваете.

– Не паясничай мне тут! Я тебе не подружка какая-нибудь! Подойди к мусорке и выкини счас же жвачку!

Под дружное «гы-гы», разнесшееся по классу, он прошёл вдоль парт, отвесив кому-то по пути подзатыльник, метнул с пяти шагов жвачку и попал чётко в ведро.

– У-уху, попал!

– Сядь уже! – не выдержала и прикрикнула учительница. Мальчик повиновался. – Что за дети пошли? Что за поколение потерянное? Смотрю на вас, и мне страшно за будущее делается!

– Наталья Семёновна, они просто дурачатся, – сказала одна красивая девочка с косичками. – На деле же они добрые, и Шаляпин тоже.