Тропою тьмы

Глава 4. Перед грозой

Добраться до дома старухи быстро не получилось. Вдали от хоженых троп было множество препятствий. Да и длинное платье мешало. Ведь приходилось поддерживать его, чтобы ненароком не испачкать и не порвать. Когда, наконец, перед взором Тааники появилась ветхая избушка, девушка облегченно вздохнула.

Тааника воровато огляделась и проскользнула к дому. Зайдя внутрь, она заприметила Иренку на ее обычном месте у печи. Старуха всегда сидела там, словно никак не могла прогреть свои ветхие кости. Подняв взгляд, пожилая женщина посмотрела на нее. И в глазах ее не было ни капли удивления. Тааника застыла, не зная, как начать разговор. Но Иренка ее опередила:

–‒ Не стой столбом, дитя. Не просто ж так пришла. Спрашивай что хотела!

Девушка сглотнула комок, вставший посреди горла. Набралась смелости и на одном дыхании выпалила:

–– Отец сказал, что у вас отняли язык. Но как тогда я могу вас слышать?

В голосе Тааники была слышна паника и подступающие слёзы. Иренка что-то пробурчала себе под нос. Затем невесело усмехнулась и открыла рот. Девушка оцепенела от жуткого зрелища, представшего перед ней. Во рту старухи на месте языка был лишь короткий кривой обрубок, покрытый шрамами. Тааника прикрыла рот рукой и осела на пол. Она продолжала ошеломленно смотреть на женщину, и только что и смогла тихо спросить:

–– Но как?

–– Как я могу говорить? Или как ты можешь меня слышать?–‒ ответила ей старуха, а Тааникав страхе съежилась от звука голоса, которого не должно было существовать.

Иренка посмотрела на девушку и тяжело вздохнув начала говорить:

–– Помнишь нашу последнюю историю?–– Тааника кивнула, давая понять, что она помнит, и можно продолжать.

Она бы хотела, чтобы все говорилось прямо и сразу. Но девушка слишком хорошо знала Иренку и что, если старуха решила поведать историю ее не получиться поторопить. Так что она решила послушать.

–– Так вот, наша героиня стала Жрицей Двуликого. Легенды молвят, что служители Двуликого бога бессмертны. Они, конечно же, ошибаются, но кое–какая крупица истины в этом есть. Мы не бессмертны, нас можно убить, и мы можем постареть. Но нам дана долгая жизнь. Слишком долгая, если ты спросишь меня. –– Иренка сделала небольшую паузу, а затем продолжила свой рассказ, –– Гостеприимство Единого немало повлияло, на остаток моей жизни. Визит выдался короткий, но плодотворный. Мне очень повезло выбраться из его лап живой. Множество лет, единственное, что я могла делать —кричать от злости в своей же голове. Но представь мое удивление, когда в один из дней, дочь самолюбивого старосты смогла услышать мои темные мысли.

Тааника помнила это время. Это был самый первый раз, когда Радимир отправил ее на помощь к Иренке. Девушка битый час ходила хвостом за старухой, спрашивая, чем она может помочь. А та только злобно смотрела на нее и молчала. Теперь–то Тааника понимает почему, но тогда это казалась обидным и несправедливым.

В один момент Иренка заговорила, а точнее, вылила на нее поток ругательств. Включая вопрос о том, когда же «эта дурная девка» уже уйдет. Тааника, не смотря на свою застенчивость и страх, все же осмелилась спросить, почему же она дурная то. Ведь все что она хотела – это помочь. В тот момент все изменилось, Таанике показалось, что старуха словно оттаяла. И с этого самого дня, каждый раз, когда девушка приходила к Иренке, та рассказывала ей десятки историй. Теперь Тааника не была уверена, что все, что она слышала от старухи всего лишь легенды.

–– Но почему именно я? –– тихо спросила девушка.

–– А кто ж его знает, –– уклончиво ответила старуха, но Таанику это не тревожило, Иренка всегда выражалась так, словно пыталась избежать прямого ответа, –– но возможно это как-то связано с магией. Конечно же, эта сила утекает из нашего мира. Детей с даром рождается все меньше. Слишком уж многих истребили Конгрегаты. Но люди, владеющие силой все еще есть.

Тааника получила ответы. Иренка была служительницей старых богов. Девушка, знавшая достаточно о древнем мире, понимала, что магия может многое. И значит, что она не сошла с ума. Волна облегчения нахлынула на нее, но тут, же сменилась ужасом. Если о том, что происходит в этом доме, узнает хоть одна живая душа, то не жить ни ей ни Иренке. Их новым местом обитания станут пыточные камеры Конгрегации, а дальше их ждёт медленная и мучительная смерть.

Девушка постаралась успокоиться, она ни слова не промолвила о том, что старуха с ней говорит, так что бояться было не чего. Да и ей нужно было задать еще один вопрос:

–– Та последняя история, она же про вас?

–– Догадалась-таки, – сказала Иренка, или Яарна, как ее звали больше пяти веков назад, –– Хорошо. А теперь ступай. Не рискуй быть пойманной.

Девушка понимала, что Иренка, ей привычней называть ее так, была права, и ей пора было отправляться домой. Но прощаться сил не было. Тааника не могла заставить себя это сделать. Так что она лишь кивнула напоследок и вышла из избы. В след ей раздался тихий голос старухи:

–– Пусть твой путь сложится легче, чем мой.

Но этого Тааника уже не услышала.

Путь назад был трудным. С одной стороны, было легче. Но, с другой стороны, чтобы не помогало девушке двигаться вперед раньше, больше не работало. На нее навалилось все и сразу. Она шла буквально из последних сил. Но добравшись, она не пошла в дом, а свернула в мастерскую.

Зайдя в тесную комнатушку, она обнаружила там свою мать. Та подняла глаза от станка и осуждающе посмотрела на дочь. Ее не было слишком долго, и не трудно было догадаться, что она отлучалась. Тааника надеялась, что мать – единственная кто заметил ее отсутствие. Девушка села за станок. Но приступила к делу не сразу. Она дала себе время передохнуть. Руки и ноги слушались плохо. Да и в голове был шум и туман, не дававший ей, сосредоточится.

Спустя какое–то время из мастерской ушла мать, а значит, что близилось время ужина. Тааника собрала последние силы и продолжила ткать полотно, от которого ее оторвали во время обеда. Работа шла медленно. Но монотонное занятие хоть немного успокаивало ее нервы. Слишком многое случилось всего за пару дней.