Тропою тьмы

Глава 6. Слуги нового бога

Тело Тааники было недвижно, даже спустя долгие часы. Она то коченела изнутри, то покрывалась потом и горела. Волосы прилипали к лицу, мышцы дрожали, а голова была тяжелой словно набитой металлом. Сознание раз за разом ускользало, затем ненадолго возвращаясь. В глазах все плыло, создавая причудливые силуэты.

В один момент, погружаясь в сон, Тааника услышала неясный шепот. Окружающий мрак заговорил с ней. Девушка не могла сообразить взаправду ли это или ей всего лишь чудиться. Из глаз снова полились слезы. Они прочерчивали следы на чумазом девичьем лице и щипали растрескавшиеся губы. Шепот повторился, но теперь четче:

–– Крепись дитя, – смогла разобрать Тааника, –– боль — это источник, используй его.

Тьма перед глазами закружилась, представая в виде смутной и неясной фигуры.

–– Я не могу…. –– Одними губами произнесла Тааника, –– Я больше не могу. Я так устала…

–– Я знаю, –– прошептала мгла, убаюкивая израненное тело и душу, — поспи, наберись сил, они еще понадобятся. А когда придет время – позови меня и я услышу голос одной из своих дочерей.

–– Но кто ты? –– пролепетала девушка, не понимая, что творится вокруг. Ее ли это собственная воля, пытающаяся придать сил или настоящее божество пришло ее спасти. А что, если это обман, ловушка Святых Конгрегатов, чтобы заставить Таанику заговорить.

–– Ты знаешь юница, –– прервала ее мысль тьма, знакомым до боли голосом, –– позови, и ты не будешь одна…

После этой фразы девушка провалилась в сон, такой же непроглядный, как и ее ночная гостья. В нем не было ни сновидений, ни боли, ни страха, лишь покой. Это стало передышкой, такой нужной, но слишком короткой.

Проснулась Тааника рывком. Ее словно что–то выдернуло из забытья. С трудом разлепив веки, она прислушалась и поняла, что это было. Со стороны коридора раздавался звон металла, шелест ткани и шум шагов, отличный от привычной поступи Прижника. Девушка знала, что грядет и что странно не была испуганна. Прибытие Конгрегатов означало лишь одно – скоро все закончится. Да, грядет новая боль, но после нее, наконец, наступит покой. Хотя, где–то на краю сознания прокручивался толи сон, толи горячечный бред, в котором тьма обещала ей надежду. И Тааника хотела верить в то, что это возможно, но она знала жестокую реальность.

Дверь в камеру заскрипела, и небольшое пространство заполнили люди. Единственным знакомым лицом был Ваарис. В тусклом свете факелов она разглядела еще шесть человек, которые полностью заполонили ее темницу. Трое из них были совершенно одинаковы, словно копии друг друга. Это ощущение создавало, то, что при похожей комплекции они все были облачены в доспехи золотистого цвета, а передняя часть шлемов была плоской, создавая иллюзию отсутствия лица. Рядом с ними стоял невысокого роста плотный мужчина с залысинами и небольшими глубоко посаженными глазами. Одет он был в белую мантию, пошитую золотыми нитями, создававшими невероятный узор. Ваарис смотрел на этого человека с раболепием и восхищением. Нисколько не напоминая того заносчивого и важного Малого Прижника, которого она знала всю свою жизнь. Чуть поодаль стоял еще один незнакомец в золотистом одеянии с латными пластинами на груди, спине и предплечьях. И последним был облаченный в белоснежные одежды невысокий и щуплый мужчина, с небольшой шапочкой на голове, того же цвета, что и его мантия. Он выглядел наиболее скромно из них, но девушка чувствовала подвох. А еще, Тааника не могла взять в толк, почему все они одеты так непрактично, особенно если учитывать характер их работы. Ведь сложно же с таких тканей отстирывать кровь.

–‒ Поднимите ее! – раздался властный голос мужчины в бело–золотой мантии.

Рыцари подошли, громыхая латами, приподняли ее с пола и прислонили к стене, так, что она смогла смотреть на визитеров прямо. Тот, кто отдавал приказы, посмотрел на девушку. На его лице были написаны брезгливость и отвращение. Словно он, видел перед собой, что–то совершенно отвратительное. И Тааника подумала, что вероятно так и было. Грязь и кровь покрывали все ее тело. Спину испещряли зловонные раны. Волосы были спутаны в огромные колтуны и больше напоминали птичье гнездо, покрытое коркой.

–– Это и есть ваша ведьма?

–– Да, Святейший! –– ответил Ваарис, его голос подрагивал, как и руки. Тааника не могла поверить в то, что видит. Этот неприятный мужчина явно был кем–то очень уж важным.

–– А почему она в таком виде?

Ваарис посмотрел на приезжего, как собака на хозяина и проговорил:

–– Пытается вызвать сочувствие. Раны сама себе наносит, –– пробормотал Прижник, –– но вы не верьте ей Святейший, она умеет притворяться невинной.

–– Ты смеешь указывать мне, как обращаться с ведьмой, Младший? Ты помнишь, кто я, –– с металлом в голосе, надменно сказал визитер.

–– Да, Святейший, вы Великий Литарий[1] и вам виднее. –– Заискивающим тоном проговорил Малым Прижник.

Тааника встрепенулась от того, как Ваарис назвал незнакомца. Великий Литарий мог быть только один – Коорик, глава Церкви Единого в Сладском царстве. Это даже в их деревушке знали. И это было странно.Тааника и подумать не могла, что по ее душу прибудет, кто–то настолько значительный.

Коорик презрительно посмотрел на Малого Прижника и снова повернулся в сторону Тааники. Скривившись, направился в сторону входа, на ходу бросив:

–– Подготовьте ее к допросу.

Остальные служители кивнули, и один из рыцарей поднял Таанику и понес по коридору. В этой стороне подвала девушка еще не бывала, поэтому она даже не могла догадываться, куда именно они направляются. Прижник остановился перед тяжелой деревянной дверью, обитой по краям металлическими полосами, и отпер ее.

Свет факела озарил помещение, и освещая странные и пугающие приспособления. Кроме них в комнате было еще несколько предметов: небольшой стол, бадья с водой и жуткого вида стул. Ваарис посмотрел на Таанику, и той показалось, что она увидела жалость в его глазах. Затем он вышел, оставив ее наедине с рыцарями.