Трудные подростки

Глава 7

Кабинет директрисы — пожалуй, самое роскошное помещение в школе. Хотя тут все на высшем уровне. Видимо, Попечительскому совету и спонсорам решительно некуда девать деньги.

Мисс Уинтер сидит за своим столом из темного дерева, небрежно просматривает распечатки. Бека, напустившая на себя независимый вид, стоит напротив.

— Твои тесты впечатляют, — замечает директриса. — У нас тут редко появляются детки с таким айкью. Не тот контингент, сама понимаешь. Не буду тебя долго задерживать и ходить вокруг да около. Хочешь нормально устроиться в школе?

— Что вы имеете в виду?

— Сотрудничество с администрацией. В большом коллективе всегда нужно связующее звено между толпой и руководством.

Директриса встает с кресла, приближается к Беке и присаживается на край стола кладет одну ногу на другую. Фигура у мисс Уинтер классная, этого не отнять. Вполне можно засмотреться. Однако Бека не засматривается. Спрашивает напрямик:

— То есть вы предлагаете мне стать стукачкой?

— Зачем так грубо? Хотя… вещи стоит называть своими именами. Ты же не хочешь смешиваться со всеми этими убожествами, у которых интеллект на нуле? У тебя с ними ничего общего. Соглашайся. А взамен получишь некоторые поблажки.

— Обойдусь без поблажек.

— Это окончательный ответ?

— Да.

Директриса вытягивает руку, берет Беку за подбородок, заглядывает прямо в глаза. Взгляд серо-голубых глаз директрисы, которые сейчас кажутся почти прозрачными, и в самом деле трудно выдержать. Но все-таки Бека не опускает голову. И получает вполне доброжелательную реакцию. По крайней мере, она может произвести такое впечатление на тех, кто еще как следует не изучил мисс Уинтер:

— Ты и правда чем-то меня напоминаешь. Что ж, я подожду. Видишь, я совсем не такая жесткая и суровая, как обо мне говорят некоторые. Предложение остается в силе.

***

Бека, довольная тем, что так легко отделалась, покидает кабинет директрисы. В свою комнату идти неохота, поэтому Бека возвращается во двор, где благодаря светильникам еще можно разглядеть свежезасыпанные могилы посреди газона. Они сейчас кажутся зловещими прямоугольными тенями, гораздо более крупными, чем на самом деле. Со стороны каменной галереи явственно слышатся чьи-то всхлипывания. Бека подходит вплотную и видит скорчившуюся под аркой Милли, которая уткнулась лицом в колени и прямо-таки заливается слезами.

— Эй ты чего тут расселась?

Мили поднимает голову. На ее лицо прямо жутко смотреть. Вернее, каждому стало бы жутко, за исключением Беки. Она и не такое видала. Сплошные кровоподтеки и царапины, губа разбита. Такое впечатление, будто Милли возили лицом по бетонным плитам. Собственно говоря, так оно и было. Следы от размазанной туши тоже Милли не украшают, но это уже мелочи. Милли со злостью смотрит на нависшую над ней Беку.

— Кто тебя так? — невозмутимо спрашивает Бека.

— Нашлись добрые люди. А тебе-то что? — огрызается в ответ Милли

— Лично мне ничего. Но вообще ты крутая, не побоялась бросить вызов.

— А я в последнее время только этим и занимаюсь! Бросаю вызов. Вот и прилетает в ответ. Меня даже к психиатру водили, когда я жила дома.

— Родители?

— Отчим настоял, — уже более спокойным тоном отзывается Милли. — А мама… она во

— Понятно. И какой диагноз тебе прилепили?

— Да ничего мне не прилепили! Я просто не стала с той дамочкой общаться. Может, она и хороший врач. Но она еще и приятельница моего отчима. Представляешь? У него везде друзья и знакомые, все схвачено, за все заплачено.

— Хорош гусь! Ладно не парься. Беру над тобой шефство, ты мне нравишься.

Бека снисходительно хлопает Милли по плечу. — Так кто, говоришь, на тебя наехал сегодня?