Туда, где растет амарант

\6\ Кристина учится искусству счастьеварения

Глава 6. Горизонталь. Кристина учится искусству счастьеварения

Кристина упала на песок, задыхаясь.

- Вставай, вставай! - кричал папа Мигель, пританцовывая рядом с длинной палкой в руках. - Противник ждать не будет, пока ты отдышишься!

Кристина сдула с лица локон и закашлялась. Пот валил градом, и солнце пекло спину нещадно.

- Я больше не могу... - прохрипела она, тоскливо поглядев на свою палку - та торчала из песка чуть дальше расстояния вытянутой руки. - Это разве ж фехтование...

Папа Мигель подпрыгнул ближе и приставил конец палки к ее затылку.

- Падая, вставать, - ткнул он ее в шею, - владеть телом, - теперь тычок в спину, - владеть духом, - и мощный шлепок плашмя.

Кристина вскочила и обернулась в стойку, сердито потирая место удара.

- Вот три главных вещи, - закончил папа Мигель, глядя ей прямо в глаза. - Здесь нет слова "не могу". Нет слова "не могу" ни для кого, кто сам кует счастье. Бери свою палку, - кивнул он ей на утерянное оружие. - Становись в стойку.

Кристина молча и недовольно послушалась.

- Я бы сказала, что счастье варят, а не куют, - наскочила она на папу Мигеля, поднимая палку повыше. - Для других и для себя.

Папа Мигель невозмутимо выбил палку из рук дочери и легонько ткнул в живот. Кристина свалилась навзничь, охая.

- Для себя - в первую очередь, - подошел он и навис над нею, смеясь. - Если не будешь счастлива сама, никому помочь не сможешь. Вставай! - приказал он грозно.

- Если я смогу тебя победить, что мне будет? - спросила Кристина, прикрывая глаза.

- Что тебе будет? - приставил папа Мигель палку к ее шее, едва не перекрывая дыхание. - Жизнь, конечно. Как ты, вообще, можешь спрашивать такое! Ты учишься сражаться, сражаться за жизнь! Вставай, Кри! Я мог тебя убить тысячу раз.

Кристина сжала кулаки, и в них собрался песок. Неожиданная мысль пришла ей в голову...

- Хорошо, - покорно согласилась она, и папа Мигель убрал палку.

Тогда Кристина со всей силы метнула полный кулак песка ему в глаза. Папа Мигель не ожидал и закашлялся, зажмурился. Кристина воспользовалась моментом, откатилась, вскочила, подняла свою палку и выбила его оружие одним ударом, одновременно ставя под колени подножку. Папа Мигель завалился раньше, чем открыл глаза. Кристина с сияющими глазами держала палку у его шеи:

- Сдаетесь, сударь? Я не стану дарить вам шанс... - она запыхалась и едва стояла на ногах, но светилась довольством: свалить папу Мигеля - это же достижение! - Я слишком для этого устала... Да и не так благородна, как вы, - украдкой Кристина вытерла рукавом пот со лба.

- И что вы предлагаете? - улыбнулся папа Мигель так, будто победил тут он.

- Пойти пообедать?.. - подняла Кристина бровь неуверенно и перехватила палку поудобнее.

Папа Мигель будто бы задумался.

- Вот уж не знаю, не противоречит ли это моему понятию о чести... - протянул он.

- Папа! - Кристина отбросила палку и шлепнулась на песок рядом. - Какое у тебя понятие о чести, ты же настоящий пират!

И прижалась к теплому и сильному плечу папы Мигеля. Он обнял дочь и взъерошил ее косы.

- Я тебе дам - пират! Между прочим... я был без пяти минут адмиралом.

- Адмиралом?! - Кристина даже поднялась на локте, удивленно всматриваясь в лицо папы Мигеля. Море шумело не так далеко, словно шептало, что и оно что-то знает об этом. - Ты никогда не говорил!

- Я стараюсь не вспоминать об этом, - вздохнул папа Мигель и сел. - Идем, ты права, в животе уже бурчит.

Мама Карла сделала Кристине знак: отнести гостям за столом тарелки. Конечно, она же дочь хозяйки таверны... Гости были незнакомые. Пахли морем, не только потому, что у одного в ухе - круглая серьга. Люди моря -- они другие. Они - тоже те, кто встает.

Любопытно. И выглядят довольно счастливыми. Но в "Горизонте" все выглядят счастливыми.

- Паэлья "Горизонта", - Кристина приветливо улыбнулась им и расставила тарелки с подноса. - Приятного аппетита!

- Хороша девчушка, - покрутил ус один из гостей и наклонил голову. - Сколько ж тебе лет, птичка?

- Тринадцать, - ответила Кристина и вытерла руки под фартук. - А вам?

Гости умолкли на миг, а потом тот, у которого была в ухе серьга, хлопнул звонко ладонью по столу и расхохотался.

- Клянусь попугаем капитана, я слышал, что у вас тут диковинная таверна, но такое чудо... - он воззрился на Кристину едва не нос к носу. - Как тебя зовут, малышка?

- Вы на мой вопрос не ответили, - рассудительно возразила Кристина, - а задаете следующий?..

Новый взрыв хохота за столом.

- Кристина! - встревоженно позвала мама Карла.

Но Кристине не хотелось уходить - гости казались интересными людьми. С ними хотелось дальше шутить, заменяя папу Мигеля - ведь мама Карла отрядила его рубить дрова для очага.

- Теперь вы и имя мое знаете, а я о вас - все еще ничего... - прищурилась она, изображая понимание. - Наверное, ваш возраст - секрет? Тогда скажите, что такое попугай? Хотя больше меня интересует амарант, - понизила она голос до шепота и наклонилась вперед, как заговорщик.

Мама Карла оказалась рядом раньше, чем гости ответили. Губы их обещающе зашевелились, словно вот-вот тайна откроется. Но мама Карла крепко схватила Кристину за руку и рванула подальше.

- Простите, сеньоры, - легко поклонилась она, - дочь мне нужна на кухне.

И заставила Кристину уйти. Кристина была слишком хорошо воспитана, чтобы устраивать сцену... И папа Мигель говорил про выдержку. И что наносить удар можно только тогда, когда уверен в победе. Сейчас она уверена не была. Но рассердилась на маму Карлу. Последнее время она сердилась все больше. Мама Карла была против того, чтоб они с папой Мигелем фехтовали. Против того, чтоб она говорила с незнакомыми постояльцами больше необходимого. Словно мама... хотела из нее сделать ту, что только и умеет готовить паэлью...