Туфелька из пепла и огня

Глава 2. Как купить чудо

Стоит Элле просто сказать: да, я куплю эти Туфельки Золушки, — как Мойра хватает ее за руку и уже собирается тащить на улицу. Останавливает ее только удивленный крик Эллы:

— Дай хотя бы переодеться обратно!

И Мойра замирает, неловко смеясь. Ух и теряет же она иногда голову из-за всех этих чудес. Но смотреть на это — на ее горящие глаза, на яркую улыбку и то, как она почти подпрыгивает на месте — приятно. Как маленький ребенок, конечно, но хоть кто-то из них двоих должен сохранить в себе частичку детства.

На таких людях иногда мир и вертится.

Элла переодевается в спешке. Конечно, праздничное — она будет стоять на этом до конца, что бы Мойра ей ни сказала — платье нужно повесить со всевозможной аккуратностью. Его же гладить постоянно опасно, а стирать… нет-нет, платье ей слишком нравится, чтобы над ним так издеваться. Так что только на плечики, потом в чехол и аккуратно в шкаф.

Она потом его заберет у Мойры, когда они вернутся. Не с ним же по магазинам ходить, особенно в такие дни, когда на улице не протолкнуться от туристов.

Всем охота на принца посмотреть.

Если быть совсем-совсем честной с собой, то Элле тоже интересно, просто не так сильно. Ей больше хочется узнать, насколько сильно он похож на свои портреты и все эти постеры.

— Давай уже! — торопит ее Мойра. — А то все туфельки раскупят, даже не выберешь себе вариант платья!

Элла бросает последний взгляд в зеркало — нет, прическа не растрепалась — и спешит за подругой, которая чуть ли не из кожи выпрыгивает, пока ждет ее на крыльце дома.

На самом деле Глейнвейл — это, вероятно, самый странный город, где можно родиться. И вовсе не из-за фейри. Хотя Элла полагает, что почти вся Европа такая… интересная, за неимением другого слова, если речь идет о небольших городах, а не совсем уж современных мегаполисах.

Город будто родился и вырос между эпохами, как страницы разных книг, склеенные в случайном, даже безумном порядке. Улицы — это лабиринт из булыжных мостовых XIV века, где современные велосипеды звонят колокольчиками, пугая прохожих, облачённых в куртки с капюшонами и плащи с вышитыми рунами. Но стоит выехать поближе к центру, как булыжники сменяются гладким асфальтом.

Мойра почти тащит Эллу за руку к нужному магазину — вывеску видно издалека. Она напоминает те, что висят над тавернами или магазинами зелий в видеоиграх, но при этом ярко-неоновая, вся в светодиодах.

Слева возвышается замок с башнями, покрытыми мхом, а справа — стеклянный небоскреб, где в окнах мелькают самые обычные офисные клерки. По тротуару проходит мужчина, похожий на викинга, с Bluetooth-наушниками в ушах и телефоном. Он спорит с кем-то на гаэльском, жестикулируя так, что прохожие шарахаются — Элла сдерживает хихиканье.

Улица дышит хаосом, но в нём есть своя музыка. Колокольчики велосипедов перекрывают звуки колдовских трубок, кто-то играет на банджо, а кто-то — на синтезаторе, накладывая на мелодию автотюн. Запахи кофе и свежеиспеченного хлеба смешиваются с ароматами диких трав, которые продаёт старуха-колдунья, сидя на ступенях собора XII века.

Подготовка к Белтайну окрашивает город в оранжевые и золотые тона. На фонарях висят гирлянды из живых цветов — в рекламе говорилась, что они распускаются только под музыку. Все улицы переполнены воодушевленным туристами. Ребята в масках кота и лисы раздают листовки с расписанием мероприятий на праздник — от того самого бала до разжигания костров.

То и дело попадаются баннеры — «Добро пожаловать, принц Арлан! Помните: магия и этикет — ваши лучшие друзья!».

Каждый дом здесь — кусочек истории, наслоенный без всякой логики. С появлением в городе фейри все и вовсе вышло из-под контроля. Например, в любимом кафе Мойры — «Доме Модрон» — подают эспрессо в кружках с изображением кельтских узоров, а на стенах висят портреты всех местных фейри.

«Безделушки госпожи Рубин» — один из тех многочисленных магазинов, где продают всякие волшебные сувениры и артефакты. Элла проходила мимо него много раз, просто никогда не заглядывала. У входа на веревочке болтается объявление: «Акция! Купи три свитка — четвертый в подарок!».

За углом — старинный книжный магазин, где полки до потолка забиты томами на пергаменте, и туда Элла уже заходила.

— Давай, идем!

Мойра почти вталкивает Эллу в магазин.

Да, внутри все так же, как и стоило ожидать — современные витрины громоздятся рядом со старинными деревянными. Повсюду и свитки, и сверкающие кристаллы, и маленькие бутыльки всевозможных зелий. Они — немногие из чудес, которые таким людям, как Мойра и Элла, по-настоящему доступны.

По крайней мере, они на них прекрасно работают и ничего особенного не требуют взамен. Не все, конечно, но в любом случае.

— Добро пожаловать, — приветствует их девушка за стойкой. — Чем я могу вам помочь?

И с одного взгляда видно — фейри. Слишком красивая, как будто сошедшая с какой-нибудь картины или прямо из фильма, где ее внешность, разумеется, обработали графикой уже после многочисленных слоев макияжа.

Ее глаза удивительного оттенка голубого — чистые как сапфир, а волосы белые словно снег. Она слегка склоняет голову набок, отчего сережки с камнями в цвет ее глаз сверкают на солнце. Она прекрасна — Элла может это признать. А еще странно незнакома, но, возможно, она просто заменяет мадам Рубин?