Туманы острова Лилий

22. В доме Свана

После неудачи в пещерах Марк словно ушел в себя. Со стороны могло показаться, что он расстроен, разочаровался в поисках или впал в апатию. Однако Джоан знала, что волноваться не о чем: ему требуется время, чтобы восстановить силы и продумать план дальнейших действий. И он просто отдыхал: ел, спал, гулял вдоль кромки воды – когда море разрешало и не прогоняло с пирса пронизывающим ветром. Он ходил в лес с Джоан и Бартоломью, иногда гулял с Вероникой, если случайно сталкивался с ней в городе. Несмотря на всю их эксцентричность, обитатели замка не вызывали у него столько подозрений, как Сван. Кромахи казался темной лошадкой. С одной стороны, он спас ему жизнь (в чем Марк, положа руку на сердце, все еще сомневался), а с другой — оставался человеком, который в первое же их знакомство украл важные улики, фотографии, сделанные Джеффри. А значит, ему хватило беглого взгляда, чтобы узнать дорогу в библиотеку. Да и та самая копия с гравюры в папке намекала на связь Свана с Орденом. Может быть, стоило еще раз навестить его и аккуратно расспросить? Пока на этом острове прямые разговоры оказывались более продуктивны, чем попытки выяснить что-либо тайком. Значит, и к Свану следовало идти с открытым забралом: на сей раз никаких крыш и чердачных окон.

За чередой туманных и снежных дней Марк дождался более-менее ясного утра. В схваченном морозом лесу Марк уже с легкостью ориентировался. Нетронутый наст хрустел под его тяжелыми ботинками. В оврагах плескался туман, но пока не представлял опасности, загнанный на самое дно лучами солнца, которые нет-нет да и проскальзывали из-за туч.

Вскоре Марк подошел к деревянному дому. Как и горожане, Сван прикрепил по обеим сторонам от входной двери факелы, которые, впрочем, сейчас не горели. Он постучал. Никто не ответил. Он постучал снова и окликнул:

— Эй, есть кто дома?

Раздался шум, чердачное окно приоткрылось, и из него выглянул хозяин дома. При виде Марка он скривился:

— Приветствую. Ты заблудился и ищешь дорогу?

— Нет, я хочу поговорить.

— О чем?

— Неудобно кричать, может быть, впустишь меня?

Сван картинно вздохнул и отправился открывать дверь.

— Проходи Марк. Сегодня холодно, ты не замерз? Может, выпьешь чего горячительного, чтобы согреться?

Маска радушного хозяина ему не шла.

Дом Кромахи был небольшой и не особенно уютный. Теперь Марк мог спокойно рассмотреть его. Маленькая прихожая вела в гостиную, служившую одновременно столовой — по центру стоял крепкий деревянный стол с парой табуретов. В закопченной печурке в углу горел огонь, от чего в доме было душно, но несмотря на это оба небольших окна были закрыты. На дощатых стенах висели полки с книгами и учебниками по физике, а также картина, на которой были изображены море и парусник. В другом углу, под лестницей в мансарду, располагался полированный деревянный комод из какого-то явно дорогого дерева, выбивавшийся из остальной аскетичной обстановки. На нем тоже лежали книги, а также стояла начатая бутылка коньяка.

— Нет, спасибо. Я все же по делу…

— Ах, по делу, — повторил Сван, потирая руки. Марк сделал глубокий вдох.

— Слушай, я знаю, что ты тогда в лесу спас мне жизнь…

— Ты уже благодарил меня за это.

Еще один глубокий вдох.

— Ты забрал две фотографии, которые сделал Джеффри Уайт. Я бы хотел получить их обратно.

— У меня их нет, — серьезно ответил Сван.

— То есть как? — опешил Марк.

— Я не счел нужным хранить эти снимки, извини, — он многозначительно кивнул на печь.

Марк провел рукой по лицу и без спроса уселся на один из табуретов.

— Зачем ты вообще их брал?

— Не расстраивайся, — в голосе Свана послышались нотки искреннего сочувствия, — вы с друзьями хорошо продвинулись в поисках. Уверен, что рано или поздно вы добьетесь результата.

Он сел на свободный табурет, из-за чего хозяин дома и гость оказались на противоположных концах стола.

— Ты когда-нибудь был в библиотеке? — спросил Марк.

— Нет.

— Почему?

— Это запрещено правилами Ордена. В библиотеку может заходить только библиотекарь.

— А как же читать книги? Или и это запрещено?

— Отнюдь. Есть каталог. Выбираешь, что тебе нужно, и библиотекарь приносит. Знаешь ли, книгохранилище весьма тесное, пыльное и неудобное, похоже на большой шкаф.

— Тебе можно сейчас верить?

— Я бы не стал, — пожал плечами Сван.

Марк окинул взглядом комнату:

— Как ты вообще живешь здесь один среди леса?

Сван снова скривился:

— Я это заслужил. Жители поселения мне не доверяют, и, честно говоря, я их понимаю.

— В замке же тебя принимают, мог бы переехать туда.

Сван задумался, словно эта мысль не приходила ему в голову раньше.

— Хм, может быть ты и прав. По-моему, Монтфераны — единственные, кто не ненавидит меня… Хотя окружающая тишина мне даже на руку. Когда-то давно я работал в лаборатории при университете, преподавал, даже метил на пост заведующего кафедрой... Но потом в моей жизни произошла череда не слишком счастливых событий, я связался не с теми людьми, сбился с первоначального курса и оказался на той стороне, на которой стыдно находиться… Но это уже в прошлом. Теперь я снова занимаюсь наукой, потихоньку дописываю свою диссертацию. Если допишу, возможно, направлю ее в университет, попробую вернуться…

— Скучаешь по университету?

— Скучаю. И по своему блаженному неведению тоже. Поверь, мне пришлось столкнуться с такими вещами, о которых я бы с удовольствием забыл. Как сказал кто-то умный, «ты не знаешь, чего ты не знаешь», но для меня назад хода нет… А для вас, молодые люди, пока есть. Подумай о тех, кого ты привез с собой на остров Лилий.

— Они здесь по своей доброй воле.

— Пойдем-ка в мансарду, — махнул рукой Сван.

Они поднялись по скрипучей лестнице. Очутившись в рабочем кабинете, Сван решительно подошел к столу. Он открыл один из ящиков и принялся там что-то искать. Марк же отошел к окну — ему показалось, что он заметил кого-то перед домом, но прежде, чем он успел хорошенько приглядеться, человек, если это, конечно, был человек, исчез из поля зрения.