Туманы острова Лилий

29. Атака теней

— Мы зашли в тупик, — произнес Марк.

Последние несколько дней не принесли никаких зацепок. Он чувствовал, что разгадка библиотеки где-то рядом: искатели словно ходили кругами и буквально в шаге от ответа сворачивали не туда. Он не расставался с фотографиями, пытаясь рассмотреть на них то, что они, возможно, не заметили. Из-за постоянного холода и сырости он начал простужаться. По утрам у него болело горло, а ночью он зяб под теплым одеялом. Но он не позволял себе раскисать, особенно теперь, когда, как он думал, заболел Уильям.

— Мы зашли в тупик, — горестно повторил он.

— Говори за себя, — хмыкнул Бартоломью. Джоан начала беспокоиться за брата, и они с Барти решили вытащить его «проветриться». Марк подумал, что слишком хорошо скрывал свою начинающуюся простуду, потому что отправились они на берег моря. Скованный изморозью песок хрустел под ногами, с воды дул пронизывающий ветер, который пробирал до костей, несмотря на два свитера и толстую куртку. Солнце, светившее словно в насмешку, не грело. Однако Марк терпел и не жаловался.

— Ты слишком много думаешь, а это никому не на пользу, — продолжал Бартоломью. —Расслабься, позволь себе плыть по течению — и остров сам откроет тебе свои тайны.

Марк покосился на Джоан, которая легко шагала у самой кромки воды. С тех пор, как она начала встречаться с Барти, она словно и вовсе потеряла интерес к библиотеке. Зато освоилась на острове быстрее их с Уильямом, даже к Мортимеру теперь относится без былой опаски.

— Дойдем до причала и повернем, холодно.

Марк пожал плечами. Терять было уже нечего. Одно из двух: либо этот проклятый ветер выдует из него всю простуду, либо завтра он не сможет подняться с кровати. Расслабиться, позволить себе плыть по течению…

Вдруг Барти резко остановился:

— Что это?

— Где? — уточнила Джоан.

— Белеется у пирса.

— Лодка.

Барти чуть ли не бегом бросился по скользким доскам причала, Джоан и Марк еле поспевали за ним. Так и есть: к пирсу был пришвартован катер. Небольшое белое судно поднималось и опускалось на бурных волнах, билось о каменную стену, но покрышки, рядком прикрепленные к стене, смягчали удары.

— Что-то не так? — с беспокойством спросила Джоан.

— Да. Кто-то прибыл на остров и не сообщил об этом в замок.

— Это так важно? — Марк впервые видел Бартоломью таким серьезным и взволнованным. — Может, какой-нибудь бедолага с материка попал в шторм и сумел пристать к острову?

— Но не один же он бродит. Ему нужен кров, еда, возможно, медицинская помощь… В замок никто не звонил и не сообщал... Да и кто отправится в море в такую погоду? Нет, это не чужак.

Он помолчал, словно обдумывая что-то, и с мрачным видом продолжил:

— Из всех знакомых мне людей так может поступить только один человек. И это плохо, катастрофически плохо. Нужно сообщить отцу.

— Может, позвонишь ему из гостиницы?

— Верно, так будет быстрее. Пойдемте.

Барти еще раз оглядел катер, словно удостоверяясь, что он ничего не пропустил, резко развернулся и отправился на берег. Марк и Джоан переглянулись и последовали за ним. Он почти перешел на бег и за всю дорогу от побережья в город не проронил ни слова. Когда в конце улицы наконец показалась крыша гостиницы, Марк обратил внимание, что вдруг стало необычно темно, воздух казался густым и вязким, клубы тумана поползли по земле. Он притормозил, пытаясь понять, что происходит, и вдруг перед Барти как из-под земли возникла тень. Бартоломью от неожиданности чуть не врезался в нее, но тут же сориентировался, отскочил назад и вытащил из ножен свой неизменный короткий меч и провел лезвием по ладони. Стычка была короткой: пара уверенный атакующих движений, и его меч уверенно поразил холодную тьму. Тень рассеялась, стало как будто светлее, однако все равно слишком темно для обычного пасмурного дня.

Бартоломью обеспокоенно посмотрел на Джоан и Марка:

— Вы в порядке?

— Да, но что это было? Разве тени могут нападать вот так среди дня, когда светит солнце?

— При определенных обстоятельствах…

Его слова прервал женский крик. Они вздрогнули.

— Кажется, это со стороны кладбища.

— Берите факелы и пойдем, — Барти кивнул на пару факелов, висевших по бокам чьей-то двери. Марк снял один, а Джоан, чтобы не оставлять хозяев совсем без защиты, взяла второй со входа в соседний дом. Марк вытащил из кармана коробок спичек, однако Барти скороговоркой произнес слова на незнакомом языке, от чего огонь на факелах загорелся сам собой.

— Как ты…

— Поспешим, все потом.

Бартоломью шел впереди и держал меч перед собой, готовясь отразить очередное нападение. Следующую тень они увидели у кладбищенской стены, она надвигалась на на женщину в коричневом берете, из-за спины которой выглядывала девочка-школьница. Они медленно отступали шаг за шагом, но уперлись в стену. Женщина держала перед собой зажигалку, но ветер то и дело гасил и без того крохотное пламя. Барти бросился к ним и вонзил меч в спину тени. Та беззвучно растаяла.

— Бартоломью, спасибо… — только и смогла выговорить женщина, прижимая дочь к себе.

— Не стоит, Ингрид. Идите в церковь, там безопасно. Не оставайтесь на улице. И вы тоже, — обратился он к стоявшим в отдалении нескольким жителям поселения. — Не оставайтесь снаружи, укрывайтесь в домах, идите в церковь!

— Там еще тени! — крикнул кто-то, и через кладбищенские ворота потек людской ручей. Барти, Марк и Джоан шли впереди, внимательно оглядывая кладбище.

— Вон там! — раздался обеспокоенный голос, и все увидели тень, стоявшую у одного из надгробных камней. Тварь не двигалась, и Барти лишь поторопил остальных.

— А это что? — с беспокойством сказала Джоан, показывая рукой на темную груду, лежащую на земле у самого фундамента церкви. Над ней стояла одна из тварей.

— Гилмар! — Марк бросился вперед, с ужасом понимая, что на земле действительно лежит пастор. В памяти возникло воспоминание, как бедняга-Уолден превратился в тень. Марк в два прыжка преодолел расстояние, разделявшее их, и принялся размахивать факелом перед тенью. Та шарахнулась в сторону. Пастор зашевелился и попытался сесть. Взгляд у него, хоть и мутный, был совсем человеческий, и у Марка отлегло на сердце. К первой твари присоединилась вторая. Марк ощутил ледяной холод сбоку и понял, что из-за надгробия выходит и третья тень. Мимо него пролетел нож, и одна из теней испарилась.