Тунисские напевы
Песнь двадцать шестая
Глубокая ночь; тьма и тишина. В комнате младших наложниц раздавался громкий храп Гайнияр. Шторы на её ложе были задёрнуты; узоры песчаного цвета на кремовом полотне отражали дрожащий луч свечи. Неожиданно кто-то отодвинул шторы и рукой начал трясти Гайнияр за плечо. Дева в испуге открыла глаза, как бы пытаясь понять, что случилось.
– Это я, – прошептала Гайдэ.
– Что… а… чего тебе? – также прошептала подруга.
Гайдэ присела на перину. – Мне нужно кое-что тебе рассказать. Только обещай, что никому не проговоришься!
– Конечно, конечно, – вернулась к Гайнияр привычная бодрость.
– Только даже вида не подавай, даже словом не намекай потом.
– Да рассказывай уже!
– Завтра я убегу…
– Куда? – не удержалась Гайнияр и громко вскрикнула.
– Тише ты! – оглянулась Гайдэ, – В Грецию. Фарид согласился. Кирго всё устроит.
– Кирго, – повторила Гайнияр, – а как же он?
– Он поплывёт с нами, и отправиться к себе на родину.
– Ох и страсти.
– Уж завтра ночью мы поплывём в Грецию, заберём моего брата, и Фарид всё сделает для меня.
И девы ещё некоторое время сидели в молчании. Потом Гайдэ крепко пожала руку подруги, и ушла к себе на ложе.
Вновь тишина воцарилась в покоях. Всё успокоилось. Жария открыла глаза и долго лежала глядя в потолок. Разговор, только-что услышанный, живо отзывался в её облике.
#106947 в Любовные романы
#29419 в Проза
#11067 в Женский роман
запретная любовь, 18 век, путь и становление г...
16+
Отредактировано: 20.08.2021
Добавить в библиотеку 