Тур

2

мир Селена. 504 год с основания Империи. Гибернский тракт.

Все люди народ суеверный. А уж купцы и подавно. Наверное ни в каком другом ремесле нет столько традиций, обычаев и примет. Одной из таких традиций, пришедшей из глубины веков, со времен старой империи, было пересечение границ между различными провинциями и регионами. Не важно как долго оставалось светлого времени суток, традиция обязывала переходить границу по утру. Приграничные трактиры обязательно имели большое подворье, чтобы вместить купеческие обозы. А у трактирщиков, даже в самые худые времена, непременно была бочка вина, дабы проезжающие могли выпить стаканчик «на удачу».

В широко открытые ворота трактира «Гусь и подкова», расположенного всего в лиге от границы с Гибернией, въехал небольшой караван. Шесть крепких дорожных фургонов крытых добротной тканью из Дерпта, влекли тяжеловозы-комтойцы. Следом втянулись десяток охранников, красующихся бляхами Вольных топоров. Последней шла обычная телега запряженная низкорослой лошаденкой. Обычное дело — обитатели небольшого хутора решили примкнуть к купеческому обозу, дабы спытать удачу, расторговавшись в ближайшем городе.

Кряжистый, хоть и пребывающий в годах, но все еще справный, купец, зайдя в трактир, окинул привычно-оценивающим взглядом полупустой зал. Замерев лишь на мгновение, уверенно шагнул в сторону лучшего места — большого стола стоящего у самого окна. Воины охраны, в добротных кожаных кирасах и стальных шлемах, сели за стол рядом с купцом. Возчики же, вместе с примкнувшими к ним селянами, выбрали себе стол попроще.

Трактирщик, угодливо улыбаясь, уже спешил через зал, по привычке вытирая руки полотенцем. Купец, огладив бороду, распорядился:

- Мясной похлебки, жаркое, и пару кувшинов вина. - чуть поколебавшись, все же добавил, - И пива моим людям.

Трактирщик поднял руку подавая знак служанкам. Тут же поднялась приятная глазу хозяйственная суета. Засновали с блюдами служанки, на столе оказались глубокие миски с обжигающей похлебкой. По трактиру поплыл густой, мясной аромат.

Когда с похлебкой было покончено, да и от жаркого остались только кости, купец вновь подозвал трактирщика. Степенно огладив бороду, спросил:

- А скажи почтенный, спокойно ли ныне в Гибернии? Что говорят проезжающие? - и повел рукой, поясняя свой вопрос, - Уж больно пусто у тебя.

Трактирщик понятливо кивнул, и на секунду задумавшись, ответил:

- Что касается малолюдства, ты прав. Опасаются в последнее время ездить. Чего именно боятся? Тут врать не буду — не знаю. Однако говорят всякое. Поминают и оборотней и разбойников. Сами понимаете, барону с его дружиной сейчас не до того, ввязался в спор за наследство. Вот и полезла всякая нечисть на тракт.

Окинув взглядом купеческую охрану, он добавил:

- Пожалуй вам то бояться нечего, а вот в одиночку ехать… тут уж как повезет.

Купец озабоченно хмыкнул и посмотрел на старшего своей охраны.

- Что скажешь? Одни поедем или может стоит дождаться еще кого?

Старшина Вольных топоров пожал плечами и с некоторым равнодушием кивнул.

- Решать конечно тебе, ты хозяин. Но мне кажется ждать не стоит. Когда он еще будет этот следующий обоз. Что касается оборотней, то молва слишком преувеличивает их силу. Оно и понятно — у страха глаза велики. Для одиночек они действительно опасны, а вот большого скопления народа предпочитают избегать. С разбойниками ситуация немного иная. Сами по себе, они вояки никакие. Любой из них моим парням на один удар. Магических амулетов у них отродясь не бывало. Главная сила разбойников — внезапность и количество. Внезапности считай уже нет, - тут старшина едва заметно кивнул в сторону трактирщика, - ну а что касается многолюдства… Сам видишь, - он повторил жест купца, махнув в сторону пустого зала, - нечем кормиться тут большой ватаге. А с меньшей мы справимся.

Трактирщик, задетый за живое, упоминанием его пустующего зала, вновь включился в разговор:

- Воля ваша, но вот только вчера с той стороны обоз проезжал. Так еле прорвались. Телеги порублены, сами изранены. Говорят, если бы не добрые лошади, там бы и остались. - он замешкался, словно не мог решить, стоит ли продолжать, но все же добавил, приглушив голос, - а еще поговаривают… Изначальные пробудились ото сна…

Вольные топоры до этого серьезно слушавшие слова трактирщика, дружно фыркнули в свои кружки. Даже купец позволил себе легкую улыбку, и взглянув на старшину мотнул головой:

- Ты прав. Не будем терять время, поедем одни.

Трактирщик покраснел, в душе проклиная себя за болтливый язык. Изначальные. Те кто жил здесь задолго до прихода людей. Давно ставшие сказкой.

По утру, едва первые лучи солнца окрасили верхушки деревьев, обоз тронулся в путь. Перед самым отправлением старшина Вольных топоров провел, ставший уже привычным, инструктаж.

– Возничим не дергаться и не мандражировать, едем тихо и спокойно. Бойцам быть настороже, но без команды в драку не лезть и лошадей не гнать. А ты, хозяин, оттянись-ка немного назад и держись в середине, в случае чего там безопасней.

Все так же спокойно и размеренно как и все предыдущие дни, торговый обоз продолжил путь. Границу миновали без происшествий. Какой-либо пограничный контроль отсутствовал. Купец довольно усмехнулся, вновь пряча в кошель монеты, предназначенные для уплаты въездной пошлины. Верно сказали знающие люди - местным владетелям нынче не до бухгалтерии.

Каменные пирамидки служащие межевыми столбами, остались позади, так же как и приграничная таверна, похожая словно близнец на ту в которой ночевали. А караван уже едет по землям Гибернии. Дорога, не нарушенная ни переправой, ни буреломом, вилась между невысоких песчаных холмов, поросших высокими елями. Ветер шевелил еловые лапы, от чего пятна света и тени плясали по лесной траве, скользили по лицу, раскрашивали причудливыми узорами фургоны. День стоял жаркий и душный. Вольные топоры парились в своих бронях и шлемах, но привычно терпели.