Турнир Первых Магов

Глава 10. Знакомство с семьёй

Дернир Каледриас

Что за нравы в этой Абердии! Закостенелые, лицемерные снобы! Зачем вообще нужно было к ним присоединяться? Жили бы сами по себе без навязанных правил. Хотя нет — тогда бы Дернир не познакомился с Катариной.

Если уж на то пошло, он вообще пока даже не задумывался о женитьбе — рано ещё. Лет в сорок, а может, и позже, как водится у демонов. Как его родители, например. А бабушка вон аж в восемьдесят два замуж вышла. И никакую невинность никто до брака не хранил!

Он понимал, что женщинам, конечно, было сложнее. Даже его сестра, никогда особым ханжеством не страдавшая, в столице вела себя иначе, чем дома. Там она спокойно встречалась с кем хотела, а здесь — скрывала свои связи, и ему нередко приходилось её прикрывать.

Поэтому он собирался заключить помолвку с Катариной, чтобы она не расстраивалась. А дальше — будет видно…

В его семье, как и во многих аристократических родах княжества Огня, младшие могли заключать помолвки и браки только с согласия главы рода. Чтобы, так сказать, сгоряча дел не натворить. Всё‑таки демоны были очень темпераментными, горячими и склонными, как любила приговаривать бабуля, к импульсивным необдуманным поступкам.

Как раз Джамилия Каледриас, его бабушка, в настоящее время возглавляла род и, к сожалению, была убеждена, что демоны должны вступать в брак только с другими демонами. Во всём остальном Катарина более или менее ему соответствовала: она происходила из вполне достойной магической семьи.

Если честно, Дернир и против демониц ничего не имел. Скорее наоборот: он восхищался ими. Страстные, раскрепощённые, ослепительно прекрасные, они загорались, как сухие ветки в костре, и неистово пылали. Самые жаркие его связи были с женщинами родного княжества. Вот только… Подобные отношения мгновенно вспыхивали — и так же быстро угасали. Даже для демона это было чересчур. Наверное, именно на контрасте с ними Дернир и обратил внимание на Катарину.

Когда они вышли из экипажа, девушка восторженно ахнула. Ему было приятно, тем более что он разделял её восхищение. Перед ними во всём великолепии предстал его родовой замок. С фасада он выглядел безупречно: мать Дернира ревностно следила за этим.

Замок был выстроен из огненного камня, добываемого исключительно в землях Огня. Его поверхность переливалась оттенками от жёлто‑оранжевого до кроваво‑красного, а на ощупь камень был гладким и тёплым. Соединить такие глыбы могли лишь могущественные огненные маги — потому замок возводили лично предки Дернира из рода Каледриас.

Взгляд словно отдыхал среди родных красок. Бежевые, серые и порой болотно‑зелёные тона столицы навевали тоску и приводили в уныние. В их замке, напротив, всё было выдержано в красных оттенках — самых приятных и естественных для демонов. У каждого из них к тому же имелся свой любимый. Например, Дернир отдавал предпочтение глубокому тёмно‑бордовому, а Джерси — пламенному кроваво‑алому.

Для своей пары демоны также подбирали наряды в гармонирующих с их натурой красных тонах. Сегодня Катарина была в бордовом платье, но оно ей не шло. Дернир сразу почувствовал: этот оттенок — не её. Однако он пока не мог точно определить, какой именно подойдёт ей лучше.

Знакомство вышло ровным, хотя Катарина заметно робела. Дернир тяжело вздохнул: он ведь просил её держаться увереннее.

Затем он проводил её в отведённую комнату. Оставалось около двух часов, чтобы подготовиться к праздничному ужину.

Дернир оставил Катарину одну, сказав, что ему нужно поговорить с родственниками. Кроме этого, его уже несколько утомило выслушивать её сомнения, которые досаждали ему ещё в дороге. Девушки склонны всё преувеличивать. Что такого страшного может с ней здесь случиться? В конце концов, никто же её не съест.

К ужину они опоздали. В последний момент Катарина заметила, что её причёска растрепалась, и бросилась к зеркалу. Управившись с причёской, она поспешила к Дерниру, но на ходу попыталась объясниться и споткнулась. Он похолодел: лишь бы причёска не пострадала, она же тогда начнёт всё заново!

Но обошлось — Катарина лишь потеряла туфельку. Пока она надевала её обратно, заметила маленькое пятнышко и вынуждена была позвать служанку, чтобы удалить его.

— Я сама виновата, — вздыхала Катарина. — Не проверила, понадеялась на служанок. Моя Клори обычно следит за такими вещами гораздо внимательнее.

Дернир промолчал, хотя очень сомневался, что кто‑то в его семье станет разглядывать туфельки Катарины в поисках пятен. Зато их опоздание наверняка заметят.

Когда они подошли к столу, за ним уже все собрались. Во главе восседала леди Джамилия. Её муж редко появлялся в этом доме: их страсть угасла, и он проводил время в странствиях.

Две их дочери жили в своих семьях, а сын Кабир и его жена Севиаль — родители Дернира — присутствовали здесь. Джерси тоже была, а других братьев и сестёр у Дернира не было.

— Катарина, вы знаете, что у нас в княжестве браки до сорока лет — большая редкость? — вежливо начала разговор леди Севиаль.

Отец Дернира, Кабир Каледриас, и леди Джамилия молчали. Они не спешили вступать в беседу, однако и не особенно скрывали недовольства происходящим.

— Нет, я не знала, простите, леди Севиаль.

— Дернир, расскажи, как ты решился на такой шаг? — видимо, поняв, что Катарина сейчас не расположена к разговору, леди Севиаль обратилась к сыну.

Пока он обдумывал ответ, за него со смешком ответила Джерсиналь.

— Да просто навыки подрастерял — девчонку в постель без помолвки затащить не может.

«Ну, Джерси, чтоб я ещё стал когда‑нибудь тебя прикрывать!» — мысленно возмутился Дернир, бросив на сестру злой взгляд. Но её это ничуть не смутило.

Тем более остальные охотно рассмеялись над её шуткой — даже леди Севиаль сдержанно улыбнулась. Лишь Катарина не разделяла всеобщего веселья. Она густо покраснела, уставилась в тарелку и, казалось, вот‑вот расплачется.

Дернир тяжело вздохнул. Сколько раз он предупреждал её не принимать слова его семьи близко к сердцу. Они не хотели ничего плохого. Просто у них были совершенно иные взгляды на жизнь.