Турнир Первых Магов. Другие правила

Глава 16. Только друзья

Дернир Каледриас

Дернир шёл на занятия по магии воздуха, где он снова встретит Веналь. Он решил, что будет видеть в ней только друга.

Хватит! Взрослый уже. Из‑за его неуёмной страсти и так уже пострадала Катарина. Не то чтобы он до конца понимал, в чём она пострадала, но, судя по укоризненным взглядам, что она бросала на него при их случайных встречах, — он как минимум разрушил ей жизнь.

Он не мог предложить Веналь ничего серьёзного, а она не была согласна на меньшее. Она ещё встретит человека, который сможет дать ей всё то, чего она достойна, с которым они создадут семью, нормальную и официальную.

«Но точно не с одним из этих!» — успел подумать Дернир, прежде чем рвануть в сторону Веналь и отирающихся около неё парней из «Огонька». Он свирепо глянул в их сторону, и они поспешили ретироваться.

— Они досаждают тебе? — спросил он у Веналь.

— Не особенно. Просто им скучно и нечем заняться, — улыбнулась девушка, подавая ему свою сумку.

При передаче её ладонь задержалась рядом с его, а когда она убирала её, нежные пальчики легко и невесомо скользнули по тыльной стороне его ладони. При этом она не отвела взгляд, как обычно, а продолжала мягко улыбаться. Дернир испытывал чувства и желания, совсем не уместные для друга.

Он с трудом отвёл взгляд и направился к аудитории.

«Веналь — друг и ничего больше», — старательно убеждал он сам себя, но каждый раз при этой мысли что‑то внутри болезненно сжималось. Ничего, привыкнет. Зато так он не потеряет её навсегда. Он явно на правильном пути — вот же, она даже стала ему улыбаться.

— Ой, прошу прощения, — кто‑то налетел на него из‑за угла, хотя он и сам не слишком внимательно смотрел под ноги.
— О, Дернир, привет!

Это оказалась милая рыженькая девушка. Кажется, её звали Сана, и она лучезарно улыбалась ему. Заметив, что она всё ещё стоит слишком близко, положив руку ему на грудь, Дернир сразу же отскочил от девушки, обернувшись на Веналь. Та равнодушно шла мимо, даже не смотря на него.

Так‑то Дернир был свободен и мог бы начать с кем‑то встречаться, но… С Веналь они были теперь друзьями, а он решил для себя, что будет серьёзнее. Конечно, жить совсем без женщин он не сможет, а женщины за деньги… ему совсем не понравились.

Из борделя он ушёл раньше срока, за который заплатил. Тело ощущалось отдохнувшим и расслабленным, без напряжения. Но на душе по‑прежнему скребли кошки. «Не то», — чётко осознавал он. Секс за деньги ему определённо не подходил.

Заводить очередную интрижку в магитете тоже не хотелось. На ближайших каникулах он поедет домой и скажет бабушке, что готов жениться на ком она скажет. Какая разница, зато долг перед семьёй выполнит в полном объёме. Станет примерным мужем, займётся наконец делом. Например, откроет какую‑нибудь фабрику артефактов, а Веналь сделает своим заместителем. Джамилия всегда говорила, что помощниками должны быть только люди, которым доверяешь, настоящие друзья.

Он сел за учебный стол рядом с Веналь, но придвинулся к самому краю, чтобы сохранять с девушкой дружескую дистанцию. Нельзя сказать, что это ему легко давалось, но он решил, что так будет лучше для всех.

— Ты говорил, у тебя стало получаться? Покажи, — требовательно — ему показалось, что даже несколько капризно — произнесла Веналь.

Произнося последние слова, она положила локоть на стол, приблизившись к Дерниру настолько, что он почувствовал свежий, приятный аромат её волос. Двигаться дальше ему уже было некуда — только в проход. Каким образом у него в таких условиях может что‑то получиться? Он же просто не сможет нормально сосредоточиться!

Дернир нервно сглотнул, стараясь не смотреть на девушку, начал формировать поток. Не смотреть на неё не вышло сразу. Веналь, подперев голову рукой, внимательно наблюдала за ним, едва заметно улыбаясь уголком губ. Создать поток тоже не вышло. Ничего подобного не случалось уже, по крайней мере, месяц.

— Ты явно преувеличил свои успехи, — прокомментировала Веналь. — Тебе ещё тренироваться и тренироваться. Можешь пойти со мной во время большого перерыва в парк. Я приметила там хорошее спокойное место для практики.

Дернир удивлённо посмотрел на неё — девушка вела себя как‑то странно. Не то чтобы ему было это нужно, но разве он может отказаться от бескорыстной дружеской поддержки? Он согласно кивнул.

— Тогда договорились.

Веналь удовлетворённо улыбнулась и отодвинулась на свою сторону. Дернир, однако, не почувствовал облегчения, скорее наоборот — ему захотелось вернуть девушку обратно, а может, и ещё ближе. Он даже не задумался о том, почему она вдруг так настойчиво предлагает помощь. Раньше она никогда не проявляла подобного интереса к его тренировкам.

После занятия он шёл за Веналь и размышлял о том, что она выглядит лучше: как будто сегодня она почти не старалась спрятать свою красоту. И это ещё больше усложняло его жизнь. Если бы она по‑прежнему постоянно носила артефакторские очки, дружить с ней было бы, несомненно, проще. Хотя бы одежда её всё ещё была свободной, скрывающей то, что он, однако, прекрасно помнил по их свиданиям в начале года. Казалось, что это всё было когда‑то в прошлой жизни.

Парк вокруг магитета был огромным. Студенты иногда отрабатывали здесь неопасные магические навыки, просто гуляли или ходили на свидания. Опять его понесло не в ту степь. Дернир огляделся. Веналь вела его в дальний укромный уголок парка — сюда он никогда раньше не заходил. Хорошее место для романтического свидания. Да что ж такое!

Дернир невольно ускорил шаг, чтобы не отставать от Веналь. Она шла легко и непринуждённо, словно порхала над дорожкой парка, а её золотистые волосы слегка развевались на ветру. Девушка распустила их, как только они вышли из здания. Он снова поймал себя на мысли, что не может оторвать от неё взгляда, и поспешно уставился на свои ботинки, стараясь сосредоточиться на чём‑то нейтральном — например, на окружающей природе. Это место было как будто отголоском лета. Высокие вечнозелёные кипарисы очерчивали и как бы ограждали небольшую поляну, в центре которой росло старое раскидистое дерево с густой кроной. Листья лишь местами пожелтели и были всё ещё на своих местах. Изумрудная трава покрывала землю, как мягкий пушистый ковёр.