Турнир Первых Магов. Другие правила

Глава 28. Управление магической защиты

Марджен Валайрен

— Как насчёт дополнительной тренировки? — предложил Кейн. Уже не в первый раз. Собственно, подобные предложения от него поступали почти каждый день.

— Кейн! Ну сколько можно? Мы и так в отличной форме, — возмутился Мэд, растягиваясь на скамье и закидывая руки за голову.

— «Отличная форма» будет, когда мы победим в турнире, — Кейн подошёл ближе и демонстративно постучал пальцем по своим часам. — До конца тренировки ещё целых шесть минут двадцать секунд — не расслабляемся.

Заканчивать тренировки раньше хоть на секунду для Кейна было недопустимым преступлением, а вот задерживать… Да хоть на несколько часов — никаких проблем он в этом не видел, особенно в отношении других. Сам он, если у него было что‑то запланировано, заканчивал секунда в секунду и отправлялся по своим делам.

Сегодня после тренировки у Кейна была запланирована ещё одна тренировка, поэтому он, как всегда, предложил напарникам продлить, чтобы не мучиться одному.

— Извини, дружище. Не получится. У меня запланированы дела, — ответил Марджен в его же стиле.

Ни капли лжи. У него действительно сразу после тренировки назначена была встреча с Шеланаром. Последнее время они почти не виделись. Друг всё время где‑то пропадал. Вчера он сказал, что им нужно поговорить — у него появилась новая информация об аберрациях.

Марджен шёл в ресторан, где они договорились встретиться. После тренировки он был очень голоден и рассчитывал подкрепиться вкусной рыбкой, которую Олли всегда готовила для Шеланара. Когда‑то она и для Марджена готовила… Но он совершил непоправимую ошибку: вместо того чтобы просто наслаждаться кулинарным талантом девушки, находясь под впечатлением её блюд, чуть‑чуть за ней приударил. Как‑то незаметно у них завязались романтические отношения. Это были лучшие в его жизни два месяца. Ну, в плане питания. А в остальном… Олли была откровенно скучна, и все её разговоры сводились к еде. А Марджен, хотя и очень любил хорошо покушать, обсасывать процесс приготовления карпа до мельчайших деталей считал излишним.

Он терпеливо кивал, изображая живой интерес, пока Олли в сотый раз описывала, как правильно вымачивать рыбу в лимонном соке с травами. «А потом, — вдохновенно продолжала она, — нужно обязательно добавить щепотку мускатного ореха — совсем чуть‑чуть, иначе вкус испортится!» Марджен не представлял, зачем столько говорить о еде: ему лишь хотелось всё это съесть, а не болтать. По мнению Марджена, еда была предназначена лишь для того, чтобы её есть, и ничего более.

«Олли, — не выдерживал он, — а можно просто… подать блюдо? Без лекции?»

«Но ведь процесс — это половина удовольствия!» — возмущалась она.

Марджен мысленно вздыхал и смотрел в окно, мечтая о тишине и спокойном разговоре о чём‑нибудь другом — хоть о погоде, хоть о последних городских новостях, хоть о женских тряпках.

Со временем стало только хуже. Олли начала планировать их свидания вокруг кулинарных тем: то экскурсия на рыбный рынок, то мастер‑класс по разделке лосося, то дегустация разных видов оливкового масла. Марджен вежливо соглашался, но с каждым таким «мероприятием» чувствовал, как его энтузиазм тает, словно сливочное масло на горячей сковороде.

Через некоторое время даже изысканные блюда Олли уже не доставляли ему прежнего удовольствия, а когда они уже оказались в их постели, причём в качестве активного участника, его терпение окончательно иссякло. Мужчина мягко, но твёрдо объяснил девушке, что им лучше остаться просто знакомыми — и что он по‑прежнему будет восхищаться её кулинарным мастерством, но уже на расстоянии.

Увы, и здесь Олли не проявила понимания и женской мудрости. Она накричала на него, бросаясь несправедливыми обвинениями: что он использовал её, а теперь, наигравшись, бросил и нашёл другую, хотя ничего из этого не было и в помине. Она также обвиняла Марджена в том, что он был с ней только из‑за того, что она божественно готовит, но это хотя бы частично соответствовало истине.

«Прожорливый кобель!» — напоследок бросила она и хлопнула дверью.

Ну, это он бы пережил — не в первый раз его несправедливо обвиняют в подобном. Но Олли с тех пор затаила на него обиду и всегда, когда он заказывал еду в ресторане, лично следила за приготовлением его блюд — и делала это с особым рвением.

Сначала Марджен не понимал, почему его порции стали такими… странными. Карп, который раньше таял во рту, теперь оказался пересоленным, а соус к нему — чересчур пряным, будто в него вылили целый набор специй. Салат, который должен был быть лёгким и свежим, оказался пропитан таким количеством оливкового масла, что листья плавали в нём, как кораблики в море. В общем, Олли нарочно портила заказанную Мардженом еду, но он нашёл выход. Он подавал заказы через Шеланара, для которого Олли готовила даже ещё вкуснее.

Марджен сел за столик, заказал чай, а вскоре подошёл и Шеланар. Выглядел он бодрым и, как всегда, серьёзным, а сам Марджен, вероятно, выглядел довольным, ведь скоро другу принесут вкусную рыбку.

— Где пропадал всё это время? — спросил Марджен.

Шеланар сел напротив, откинулся на спинку стула и слегка улыбнулся — едва заметно, как умел только он.

— Дела, Марджен, сплошные дела, — ответил он с истинным аристократизмом, аккуратно расстелив салфетку на коленях. — Я ездил домой, а до этого посещал княжество Воздуха.

— Чего ты там забыл? — удивился Марджен.

— Я же сказал — дела, — важно заметил друг. Ну ладно — не хочет, пусть молчит. Марджен может потом как‑нибудь сам узнает. — Именно там мы… я стал свидетелем нападения бешеных аберраций, — неожиданно добавил он.

Марджен мгновенно перестал улыбаться и подался вперёд, поставив локти на стол:

— Аберраций? Ты не шутишь?

Друг удивлённо приподнял бровь. Да, разумеется, глупый вопрос. Какой же из Шеланара шутник?

И он поведал весьма интересную историю. Рассказал, как помог магам княжества Воздуха избавиться от десятка бешеных аберраций, а после расспросил свидетелей о деталях происшествия. Самая интересная информация состояла в том, что накануне по всей территории комплекса, где всё случилось, проводили полную проверку артефактом‑активизатором.