Твое сознание

Часть 6

Мы опоздали на место преступления всего на каких-то 30 минут. Согласно показаниям Дональда, вторую девушку, блондинку, которую звали Элиза Фростин, ударили по голове сзади чем-то тяжелым. Удар был настолько сильным, что она сразу же потеряла сознание. Кэтрин же сначала ударилась лбом об стену, отчего тоже отключилась. Убийца вырезал ей толстую кишку и оставил умирать в луже собственной крови. Мне было отвратительно думать о том, что кто-то способен своими руками перебирать органы живого человека в поисках нужного. Мы не могли понять, что могло побудить человека на столь жестокие действия.
Встретившись с Элизой на следующий день после того, как она пришла в себя, я была полна решимости, узнать всю правду о произошедших событиях. Ярость переполняла меня, осознавая, что Пирай и Фростин были родными сестрами, разлученными по разным семьям. Их случайная встреча на улице год назад пробудила в них воспоминания о прошлом. Блондинка, заливаясь слезами, поведала мне о недавнем обретении сестры и ее трагической потере. Я понимала, что нужно узнать все, начиная со знакомства с другими жертвами и заканчивая стрекозой.
Она рассказала мне, что Кэтрин познакомила ее со своей лучшей подругой Марисой, а та, в свою очередь, представила ей свою ученицу Марию, когда девушки сидели дома у Кларк, а Долкор пришла к ней на урок. С Анной Элиза познакомилась в кафе, где работала Фростин, и где Уотсон часто появлялась и общалась с персоналом. Вот пока я вела разговор с пострадавшей, которая мне, между прочим, показала свою татуировку стрекозы посередине живота, Грег договаривался с руководством больницы, чтобы к Фростин допускали только одного врача и медсестру, больше никто не смел, входить в ее палату, кроме нас, конечно.
По возвращению в офис нас ждал сюрприз. Пришло послание от начальника. Он велит нам либо раскрыть дело за две недели, десять дней, или передать его другому следователю. Начальник считает, что мы слишком молоды и неопытны, а это дело слишком мудреное, и убийства текут одни за другим.

— У нас есть только две недели — сжимаю со всей силы ручку в руке, и она чуть ли не ломается.
— Это все слишком запутанно, — произносит Карс, крутясь на компьютерном стуле. — Может, оно и впрямь не по нам?
— Сдался. Ты уже сдался? — Прожигаю его свирепым взглядом.
— А что мы можем? — разводит руки в стороны парень. — Убийца нас за нос водит. Играет с нами. Мы только натыкаемся на что-то полезное, как сразу же все летит к чертям! — Кричит он последнее слово. — Он даже убил Кэтрин не на четвертый день, а на третий. Обломал и не дал еще одного дня отыскать его перед новым убийством. — Его голос стихает. — Миледи, что мы можем еще?
— Слово. Надо его разгадать, — говорю я, не поднимая взгляда на друга. — Пока у меня получилось лишь LЕСТ.
— Диалект?
— Это начало слова, а не его конец. — Отвергаю его предложение.
— Да нет такого слова с началом на LЕСТ! — Он груб, не сдерживает больше свои эмоции. — Миледи, признай. Мы проиграли. Давай просто передадим это дело и все.
— Давай до завтра. Все обдумаем и утром еще раз обговорим, — кладу ручку на стол и поднимаюсь со стула, удаляясь к выходу.

Грег прав. Все летит к черту. Я не знаю, что могу делать. Иду прямо, смотрю себе под ноги и даже не подозреваю, как оказываюсь на набережной, где нет ни одного человека, ни одной лодки на воде. Пустота и ветер. Я усаживаюсь на лавочку и закидываю голову на спинку, закрывая глаза. Погружаюсь в свои раздумья, чувствую только, как ветер колышет пряди волос и сдувает опавшие листья на тротуары. Я слышу все, каждый шорох, каждый звук, но я даже не подозревала, когда он успел присесть рядом и наблюдать за мной.

— Девушка, у вас все хорошо? — спрашивает меня мужской бархатистый голос. Я тут же открываю глаза и поворачиваю голову на парня ровесника.
— Все хорошо.

Рядом со мной, на расстоянии нескольких сантиметров, сидит молодой человек, у которого волосы красно-коричневого цвета, и они падают на его янтарные глаза, которые он пытается скрыть. Время от времени он проглаживает волосы, придавая им более аккуратный вид. Незнакомец одет в бордовое пальто, которое отлично сочетается с его волосами, и под ним носит черную рубашку. Под ее воротом виднеются серебряные цепи, а сама она аккуратно заправлена в темные джинсы. Парень смотрит на меня внимательным взглядом, в его лице я читаю некое удовольствие, будто он рад меня видеть или мы старые знакомые.

— Рад это слышать, — кивает он. — Моя фамилия Форфаттер, а ваша?
— Хопер. — Таким же тихим голосом отвечаю ему. — Как вы подошли ко мне так бесшумно?
— Давай на «Ты», мы все равно одного возраста. — Я киваю. — И это ты ко мне подсела, а ни я подошел.
— Видимо, не заметила. — Пытаюсь вспомнить, был ли тут этот парень. — Тебе тоже 23 года?
— Ну да, — на лице незнакомца расцветает улыбка. — У тебя что-то случилось, не так ли?
— Возможно, так оно и есть, — отвожу от него взгляд на водную гладь. — Проблемы на работе.
— Поделись. — Всем телом чувствую, как он рассматривает меня. — Вдруг я смогу помочь тебе.
— И что же я могу тебе рассказать… — я замолкаю на несколько секунд. — Я работаю следователем и расследую с другом серию убийств…
— Это те, что происходят по ночам?
— Да, они самые, — качаю головой. — Только мы окончательно завели себя в тупик, и это дело хотят передать другим, если за две недели мы с ним не разберемся.
— В чем именно вы запутались? — Теперь и сам Форфаттер следит за горизонтом.
— Мне кажется, что убийца шифрует слово, я почти близка к разгадке, но все равно не понимаю, как прочесть его. — Выдаю я, понимая, что могу сейчас разговаривать с самим убийцей.
— Тогда, может, ты и не близка к разгадке? — Даже не задумавшись, начинает отвечать на мои слова своими. — Хопер, поди, ты заходишь слишком далеко, чтобы посмотреть, что у тебя перед самым носом.
— О чем ты? — Краем глазом смотрю на него, слежу за эмоциями на лице, однако он совершенное спокойствие.
— Ты зашла так далеко и так уверенно движешься к цели, не замечая вокруг себя ничего более, — парень улавливает мой взгляд на себе и слегка улыбается. — Попробуй остановиться и посмотреть на картину под другим углом.
— Я не понимаю тебя, — его слова заводят меня в еще большее не понимание. — Что ты хочешь до меня донести?
— Просыпайся, Хопер.