Твое сознание

Часть 7

В то время как я продолжаю стоять на своем месте, по моим щекам тихо скатываются слезы. Я не могу понять, как все это произошло. Я была здесь все это время, а он каким-то образом проскользнул мимо меня. Боже, это просто невероятно. Внезапно один из мужчин подходит ко мне, просит ожидать Грега, чтобы вместе с ним и остальными осмотреть тело. В моей голове крутятся слова, словно гнетущие облака. Зачем осматривать? Все уже настолько очевидно.
Карс и Дональд прибыли одновременно. Они заметили меня, сидящую на диване в коридоре, прошли мимо и свернули в палату. В то время как Рихт был, привыкнут к такому виду сцен и мог наблюдать за мертвыми людьми часами, то другу это показалось неприятным. Он провел там всего несколько минут и вышел, впервые в своей жизни столкнувшись с таким отвратительным зрелищем. Парень подходит ко мне и смотрит таким видом, будто хочет сам меня прикончить.

— Ты была все время тут, — начинает он. — Как тогда ты упустила убийцу?
— Лучше бы поинтересовался, как он в палату пробрался! — Вскакиваю с места и стою перед ним.
— Если ты была здесь, почему не проследила за ее безопасностью?! — Продолжает Грег наезжать на меня, а я отвечать.
— А охрана на кой тогда!
— Карс! Хопер! — Вмешивается Дональд, выходя на шум. — Что за дурацкие ссоры? Неужели вы решили разбираться здесь и сейчас? — Мужчина смотрит на нас с презрением. — Успокойтесь и займитесь расследованием дела.
Мы киваем ему и возвращаемся обратно в палату. Рихт, осмотрев тело визуально, объяснил, что убийца явно спешил. Живот девушки был вскрыт небрежно, органы перерезаны неаккуратно и выложены, как будто с дрожащими руками, а один из органов был перепутан местами. Это трудно поверить или понять. Однако спустя некоторое время, криминалист приказал, чтобы друг отвез меня домой, и мы нормально поговорили. Я не совсем понимала, что он имел в виду под «нормально», но согласилась поехать с ним.
По привычке сажусь на переднее сиденье, Грег ничего не говорит, просто гробовая тишина, один звук двигателя слышен. Мы едем так на протяжении десяти минут, а потом авто останавливается на светофоре. В воздухе так и летает напряжение. Но зная друга, я точно уверена, что он не сдержится и начнет разговор первым. Я слишком хорошо его знаю.

— Ты же знала, что он способен на все. — Карс смотрит на меня с укором.
— Но я не могла предположить, что он будет таким безумным! — Отвечаю я, чувствуя, как горечь поднимается в горле. — Я сидела там очень долго. Он знал об этом и выжидал, а я не додумалась до этого.
— Ты ведь ушла. — Парень на короткое время смотрит на меня, а затем снова следит за дорогой.
— Да, я ушла. — Подтверждаю я. — Но все такси были заняты, пришлось ждать час.
— И именно за этот час убили Элизу. — Его голос повышается, но резко стихает. Понимает, что крики ничего не изменят.
— Да, знаю я! — Поворачиваю голову в его сторону. — Я не решилась идти в палату, пока не замерзла. Не хотела будить Фростин, и так просидела там уйму часов. Прошла вокруг больницы и все. Я не могла рассчитывать на то, что он сумеет проникнуть к Элизе через окно! Там был третий этаж!
— Прости. — Карс останавливает машину у моего дома. — Прости, миледи. Если бы я не вспылил, если бы не рассорился с тобой из-за этого проклятого дела.… Все могло бы быть по-другому.
— Назад ничего не воротишь, Грег. — Смотрим, друг на друга, а в глазах читается печаль. — Убийца все это время был в нескольких метрах от меня. И знала бы я об этом, если бы до меня дошел этот факт… Мне кажется, я бы все равно не отличила его от других пациентов и работников больницы.
— Ты права, — качает друг головой. — У нас остается только Зарина. Наш единственный шанс поймать убийцу.
— С этим и остальным будем разбираться днем. Я пошла. Пока.

Я выхожу из автомобиля и направляюсь к двери, пропустив прощальный жест в сторону друга. Как только переступаю порог, мама и Алигер набрасываются на меня с кухни, полные беспокойства, сонные и испуганные. Слышу множество вопросов о том, почему я так долго отсутствовала, что произошло в больнице. И мне приходится отвечать на все. Когда я упоминаю о смерти девушки, Зарина вскрикивает на весь дом. Это очень болезненно, когда ты теряешь свою подругу, особенно если это происходит из-за умалишенного человека, который уже убил пятерых твоих знакомых. Никому не пожелаешь испытать такое, особенно зная, что ты следующая жертва. Нам потребовалось время, чтобы утихомирить Алигер. Лиза дала ей успокоительное и только после этого девушка, наконец, заснула.
Уже на обеде Грег приезжает к нам домой. Говорит, что так лучше будет для всех. Надо следить за девушкой каждый миг, мы не можем на этот раз упустить убийцу. Пока Зарина все еще спит, мама уходит на второй этаж проведать ее, мы же остаемся в гостиной, сидя на креслах, расположенных друг напротив друга.

— С утра был у Дональда. — Переходит сразу к работе друг. — Он подтвердил свои слова, которые говорил ночью. Бедный, не спал всю ночь.
— Ему не привыкать. — Беру с тумбочки свой любимый кофе и отпиваю немного, парень же к своему так и не притронулся. — Как убийца в палату попал, кроме окна есть предположения?
— Нет. Если не через дверь, то через окно.
— Там третий этаж, — напоминаю ему. — Он что, спец по прыжкам?
— Это бы нам явно затруднило задачу, — усмехается Карс и берет кружку за края, наблюдая, как черный напиток переливается по кругу. — Однако когда я тебя увез домой, я вернулся обратно в больницу. В палате не было никаких либо следов, хотя на улице была слякоть. — Он немного пьет кофе и ставит кружку на тумбочку рядом со мной. — Миледи, почему окно было открыто? Убийца бы не смог его открыть снаружи.
— Там было душно, — отвечаю я. — Спросила у медсестры, когда та заходила, почему в больнице такое происходит? И она ответила, что на днях сломалась вентиляция и ее никак не могут починить.
— Поэтому во всех палатах открывают окна?
— Да. — Замечаю в его взгляде что-то смешное, а на лице друга тянется глупая улыбка. — Хочешь сказать, что убийца перепрыгнул через окно одной палаты в другую?
— В точку! — показывает он на меня указательным пальцем. — Соседняя палата была пуста и с открытым настежь окном.
— Насколько же надо быть ловким? — я изумляюсь, а вот Грег, похоже, этого и ждал. — Говори.
— Стоит иметь только длинные ноги, например, как у меня, — вытягивает он правую ногу. — Не думай только лишнего, — тут же предупреждает парень. — У меня имеется алиби! — я лишь клоню голову на бок, ожидая пояснения. — Понял. Короче, Джош стоял в палате Элизы, я же в соседней. — Друг хочет увести от меня взгляд, однако это у него не выходит, а мне начинает весь этот спектакль действовать на нервы. — В общем, я запрыгнул на подоконник, встал на бортик и перешагнул на второе окно.
— Ты сдурел! — восклицаю я, глядя на него грозным взглядом. — А если бы грохнулся?!
— Ну как видишь, сижу тут с тобой живой и невредимый, — виновно улыбается он и разводит руки в стороны. — Зато мы проверили, что убийца мог перепрыгнуть через окно, а вентиляция не удивлюсь, что сломалась из-за него как раз.
— Следующие убийство должно состояться в парке. — Через пару минут начинаю говорить снова, понижая свой голос до шепота. — Зарина не знает об этом. Из дома я ее никуда не выпускаю.
— Оно точно должно произойти именно там? — Таким же тихим голосом, уточняет Карс.
— Да, — киваю ему. — Наш умалишенный псих должен закончить фигуру шестиугольника, а последняя точка выпадает на парк.
— Если Алигер будет всегда дома, до парка добраться не сможет, — проговаривает все свои мысли вслух Грег. — Но он придет за ней, убийца догадывается или уже знает, где девушка. Он должен прийти сюда, только, как будет выманивать ее из дома?
— С чего ты решил, что он будет ее выманивать из дома?
— Ему же нужен парк, — произносит друг.
— Ну да — не спорю с ним. — Почему убийца не может, например, забраться домой, схватить Зарину и утащить на место убийства?
— Тоже вариант.
— Что будем делать? — Спрашиваю его, а Карс пожимает плечами. — Если обезопасим дом полицией, то он не сунется, и мы предугадать его тогда действия не сможем.
— А если не обезопасим, — продолжает мою мысль Грег. — Тогда он заявиться, и нам останется только спасти Алигер, да убийцу поймать.
— Ловушка в доме?
— Она самая. — Кивает головой друг. — Но какая, это уже другой вопрос.