Твои Наследницы

= 15 =

Девушка тяжело вздохнула, надеясь, что ей хватит терпения на этого… «недогонялова».

- Будем у машины говорить или в машине, Денис? – спросила Кира.

- Кира, да о чём вообще разговаривать? Ты действительно поверила Юрке? Ты же знаешь, что он брешет как дышит.

- Выходит, что будем говорить здесь. Как знаешь, Денис. Предлагаю пройти к вон той скамейке! – пальчиком указала направление в двадцати метрах от подъезда, где напротив небольшой дворовой парковки находились лавки. Сейчас они были пустыми, а с наступлением вечера их заполняли молодые люди, любящие шуметь до самой ночи, особенно в тёплое время года.

Денис нехотя прошёл с Кирой к скамейке. Присел рядом с девушкой.

- Кира, ты правда поверила Юрию?

- Нет. Я уже давно не верю Юрию. Впрочем, Денис, я и людям верить не привыкла. Ты единственный, которому я верила.

- Верила?

- Ты меня за дуру держишь? Я не поверила Юрию, но мне достаточно было увидеть твою реакцию на его слова. Слова Юрия достигли цели, и они не были пустым звоном. Денис, что ты от меня скрываешь?

- Я не знаю, что именно имеет в виду Юрий. По молодости мы с ним дружили. Ты же это знаешь.

- Знаю.

- Ну и…, - выдохнул, - бывало, что мы с ним и дурили. Мало ли теперь, какую именно дурь из наших с ним выходок он имел в виду.

- Денис…

- Кира, я не святой. В прошлом совершал много нехороших поступков из-за которых мне сейчас очень стыдно. Если бы мог повернуть время вспять, то многое хотел бы изменить. Особенно пересмотрел бы собственную жизнь и не совершил проступков, о которых жалею до сих пор. Есть в моей жизни грехи, милая, которыми я вовсе не могу гордиться.

- Но почему Юра так сказал? Твои грехи как-то связаны со мной, да?

- Кира…

- Денис, ты красиво говоришь. Твои слова не лишены смысла. Но я уже не наивная девятнадцатилетняя девочка. Той доверчивой дурочки больше нет и никогда не будет. Я всё равно узнаю то, что ты скрываешь от меня.

- Может стоит оставить прошлое прошлому, а? Ты же сама всегда так говорила. Ты уже не та. И я уже не тот безбашенный парень, который порой совсем не думал головой, а вёлся на поводу отчаяния и собственных эмоций. Мы уже не подростки и не юнцы. Мы – зрелые, взрослые люди, которые отдают отчёт своим действиям и поступкам. Зачем же ворошить прошлое, Кира?

- Денис, почему ты не хочешь мне сказать? Что ты и Юрий такого сделали, а?

- Я не могу сказать. Просто не могу и всё, - Денис встал с места, но девушка вцепилась в его руку, заглядывая в глаза.

- Денис, если ты сейчас уйдёшь, то больше не приходи. Я не хочу окружать себя людьми, которым не могу доверять.

- Из-за какой-то бессмыслицы, которую нёс Юрий, ты готова перечеркнуть семь лет нашей дружбы?

- Ты изворачиваешься и перекручиваешь мои слова.

- Просто я считаю, что прошло столько лет и прошлое не имеет никакого значения. Я не желаю поднимать эту тему. И тебе советую забыть.

Кира отвела в сторону взгляд, чувствуя, как стало больно в области груди. Она столько раз убеждала себя забыть, но так и не смогла. Такое не забывается. И не прощается.

- Уходи, Денис.

- Кира, послушай…

- Уходи. Я уже послушала.

Денис с силой сжал руки в кулаки, хищно смотря на девушку. Хотелось прикоснуться к ней, погладить, утешить, обнять и поцеловать. Защитить от всего и всех. Но не мог. Знал, что оттолкнёт, что не примет и пошлёт к чёрту.

А ведь он заслужил на её презрение, которое просто не вынесет. Лучше промолчит, в наглую уйдёт от ответа, чем настроит её против себя правдой, о которой и самому никогда более не хотелось бы вспоминать.

Тошно от одной мысли, что возможно из-за него у дочерей Киры нет отца. Хотя, если бы не он, так был бы другой. Он – пешка. Разменный и легкозаменяемый элемент, который бы с лёгкостью заменили с тем же результатом для Киры или даже с худшим.

Кира смотрела в спину уходящего друга, молчала. Заметила, что Денис поспешил не просто уйти, а сбежать. Быстро уехал. Разговор его однозначно зацепил. И сильно. Ему есть что скрывать.

Встав с лавки, девушка медленно пошла в сторону подъезда, опустив вниз голову. Нужно взять под контроль эмоции. Арсений, Денис, Юрий и все остальные мужчины – они лишь приходящий и уходящий элемент в её жизни. Дочки – они навсегда. Только любимые девочки важны, а всё стальное не стоит её волнений.

- Кира! – вздрогнула от мужского голоса, который никогда не забывала. Не может быть! Что Волков здесь делает?

Подняла голову, встречаясь взглядом с Арсением. Он перегородил ей дорогу, рассматривая.

Кира поджала губы, намереваясь обойти мужчину, желая сделать вид, что он для неё пустое место. Но он вцепился в её запястье и не позволил сбежать.

- Отпусти! Не смей прикасаться ко мне, - возмущённо произнесла, всматриваясь в его холёную физиономию. Как всегда, он одет с иголочки, на дорогой машине, которую припарковал прямо у подъезда, в котором проживала Кира.