Твои отпечатки на осколках моих грёз

11. время леТит, не леЧит

Последняя сессия закрыта. Я защитила дипломную. Сдала на отлично госы... И в мыслях раз сто рассказала об этом Ринату. Он стал моим невидимым безгласым собеседником, которого я носила в себе. Уже целый год, как я рассказываю ему обо всём, что со мной происходит, но ничего не знаю о нём. Что стряслось? Разве человек может просто взять и исчезнуть из твоей жизни, словно туман поутру, будто его и не было никогда...

Если бы мы расстались, как расстаются нормальные пары - было бы не так горько. Но в моём календаре не было дня, который я могла бы отметить чёрным. Не было равнодушного или полного сожаления прощального взгляда. Звук его отдаляющихся шагов не разбивал моё сердце. Даже прощального смс не удостоился мой телефон...

Они не оставили в книгах ни листьев сушёных,
Ни писем желтеющих - нечему в печке гореть...*

Семья Карины собралась в путешествие в Италию. Это был подарок дочери к окончанию университета. Мы же, по обыкновению, поехали к бабушке.
Для разнообразия я решила провести пару дней в гостях у двоюродной сестры, Луизы, в Грозном. К тому же, мне безумно хотелось посетить центральную мечеть. О том, что я лелеяла надежду встретить старого знакомого, не стоит и упоминать.

Мы с Луизой, в длинных платьях и платках, шли по парку, прилегающему к мечети, любуясь мастерством турецких архитекторов, когда услышали, как группа людей обращается к прохожим:

- А вы не знаете английский? Наш переводчик переел жижиг-галнаш и вернулся в отель! Кто-нибудь, знает английский?

Луиза дернула меня за рукав.

- Почему ты молчишь? Моя сестра знает! - выкрикнула она с гордостью.

- Что ты делаешь? - шикнула я на неё, но было поздно: группа направилась к нам.

Это были представители двух компаний: московской и амстердамской. Один из москвичей был родом из Чечни, и узнав об этом, заграничные партнеры изъявили желание посетить республику. Переводчик, после неумеренного поглощения национального блюда в ресторане, почувствовал себя неважно, и был отправлен в гостиницу с пачкой активированного угля. И в поиске замены ему эта группа, благодаря моей сестре, наткнулась на меня.

Я откровенно нервничала. Одно дело, переводить письменные тексты, другое - живую речь, к тому же тогда, когда на тебя обращены сразу восемь пар мужских глаз.

- Мы хотели немного рассказать гостям о нашей религии и о мечети, - с этими словами ко мне обратился самый молодой из группы. - Мои знания языка не настолько хороши.

Сглотнув ком, я повернулась к иностранцам, которые, радушно улыбаясь, глядели на меня в ожидании.
Я выразила надежду, что им понравится в нашей - немного отличной от других - республике России, и мы направились ко входу в мечеть. Я объясняла, для чего там лежат платки и платья, как нужно заходить, как происходят молитвы, как молятся женщины и почему их намаз совершается отдельно, и ещё много всего, о чем спрашивали голландцы.

Если бы я не нервничала так сильно, я бы получила удовольствие от этого опыта: иностранцы были очень милыми и проявляли искренний интерес к нашей культуре. Луиза стояла чуть поодаль, и я слышала краем уха, как она время от времени разговаривала с кем-то из москвичей.

Позже, когда мы вышли к большому фонтану в центре парка, я сперва на английском попрощалась с голландцами, сказала, что была рада познакомиться с ними и пожелала им приятно провести время в России. Затем простилась с москвичами, и мы с Луизой отправились в её любимое кафе.

- Впервые пожалела, что прогуливала английский! Так занимательно было вас слушать! Только ничего не понятно.

Я хотела было поворчать о том, что сперва нужно было спросить у меня, готова ли я к роли переводчика, но, осознав, что мне и самой было интересно, передумала.

- Кстати, среди них же был наш земляк. Так вот он прямо совсем земляк - его родители родом из нашего села.

Я не придала значения этому замечанию, а стоило б.

День спустя я отправилась обратно в село, досадуя о том, что за два дня, проведённых в Грозном, так и не встретила по волшебству Рината. Бабушка, ловко орудуя спицами, вязала мне яркие шерстяные носки на зиму, рассказывая, как когда-то давно, когда её длинные косы не были серебряного цвета, она ходила за водой к Тереку, с двумя ведрами. Наш будущий дедушка ловил рыбу в реке, там-то и случилась их первая встреча.

Я с великим удовольствием слушала эту историю в сто семьдесят первый раз. И тут, явно чем-то воодушевленная, в комнату зашла невестка, Зарета.

- Нашу Алю такой красавец заприметил! - шёпотом начала она.

По традиции, невестке нельзя называть родственников мужа их настоящими именами. Чтобы долго не ломать голову, я попросила звать меня Алей.

Не скажу, что мне было не любопытно, что это за красавец, но эмоции невестки явно были в двадцать раз сильнее моих.

Выяснилось, что парня зовут Джамал, он живёт и работает в столице, а его мать родом из села. Бабушка тут же спросила, чей он будет, и невестка рассказала, упомянув все семь поколений.

- Они давно здесь не были, с тех пор, как родители его матери умерли, - пояснила невестка.

Он хотел увидеться со мной, но у меня не было настроения для встреч. Может, через год, или два... А лучше три. Когда перестану думать о Ринате.

Бабушка, теперь уже перебирающая чётки в ежевечернем ритуале, тоже высказалась о том, что можно было бы и выйти на свидание, посмотреть, что это за юноша, но давить не стала. И невестка ушла, укоризненно покачав головой.
Но через какое-то время она вернулась: