Твои отпечатки на осколках моих грёз

20. Чёрный день

Смотрю на часы: 4:15. То ли привиделся очередной кошмар, то ли боль в груди вырвала меня из объятий сна. С досадой на эту зловредную мышцу, встаю с кровати и отправляюсь на кухню. По дороге хватаю с полки первую попавшую под руку книгу. С трёх попыток и двух чашек кофе не могу одолеть и страницу - и признаю эту затею провальной.

Сжав руку в кулак, бью по грудной клетке - этот странный комок никак не рассасывается. Роняю голову в раскрытые страницы. 

Неправильно. Неправильно. Неправильно.

Всё ошибочно. Сбой в системе. Кто-то вроде Джамала влез в ровный ряд половинок, и произошло смещение. Всевышний, у тебя ведь есть ответственный по любовным делам? Сделай ему выговор! Пусть наведёт порядок!

Подхожу к окну, и трудноодолимое желание спрыгнуть к чертям собачьим вниз охватывает меня. Это положило бы конец моей пустой, бессмысленной жизни. Я не хочу проживать её без него.

Алиев Ринат, ты свёл меня с ума! На обломках моего мира твои следы. Но куда мне обратиться за справедливостью? Какая компенсация положена за ущерб ценою в безрадостное существование?

После завтрака, состоявшего из яблока, я снова забираюсь на подоконник и смотрю вниз, на прыгающих на скакалках девочек.
Звонит Джанета.

- Такой погоды в этом году не будет! Не хочу пользоваться привилегиями золовки, но я не позволю тебе бестолково потратить эти чудесные выходные.

Середина октября действительно подарила нам бабье лето. Метеорологи обещали несколько тёплых дней. Разумеется, семья Алиевых вновь собралась загород.
Прижимаю руку к груди, стиснув зубы от боли - может, стоит обратиться к врачу?

- Не могу, - хрипло произношу я.

- Ты в порядке? Чем-то расстроена? - обеспокоенно спрашивает золовка.

Бери себя в руки и отказывайся от поездки, любой ценой! 
Прочистив горло, я предпринимаю попытку:

- Всё хорошо, но у меня были планы, подруга просила...

- Ничего не желаю слышать! К тому же, Хазкант уезжает на днях, когда мы ещё соберёмся. Через час буду у тебя.

Уезжает... Давящее чувство в груди усиливается. Старовится трудно дышать. 
Открываю окно.
Уезжает.
Как хорошо, что он уезжает!
Как же мне не хочется, чтобы он уезжал...

Когда я увижу его снова? На каком-нибудь дне рождения племянников? Или он приедет встречать Новый год? Может, на Уразу-Байрам?

Как и в прошлый раз, Джанета заезжает за мной. С ней Амина. Мы должны закупиться продуктами в супермаркете. Мужская же половина отправилась на дачу рано утром.

Как только добираемся до места, берёмся за приготовление обеда. 
Заглянув на кухню за шампурами, Ринат здоровается со мной. Отвечаю, не поднимая глаз от разделочной доски.

Забегает Амина и, повиснув на дяде, ноет:

- Ещё! Ещё Инси-Винси!

Он садится на корточки и под перековерканную детским языком считалочку играет с ней в паука. Девочка заливается смехом, не доставая своими пальчиками до длинных пальцев дяди. Ком в моей груди разрастается с каждой секундой наблюдения за ними.

Как бы мне хотелось, чтобы у меня была дочь с изогнутыми длинными-длинными ресницами и зеленовато-карими глазами, и чтобы её отец играл с ней в пальчиковые игры, пока я готовлю им обед...

Глаза щиплет. Джанета в этот момент очень удачно чистит лук.

После ужина, когда солнце село и стало попрохладней, мы располагаемся у костра.
Амин сидит под боком у Рината, рассказывая ему о своей школьной футбольной команде, Аминка играет с непонятно откуда забежавшим щенком.

Смеркается. Сидим, закутавшись в пледы, и  поглощаем картошку из костра. Это напоминает мне о детстве, когда мы с Камиллой и Эльдаром разжигали костер только с одной целью - пожарить картошку! И жгли пальцы, доставая обугленные картофелины, но все равно на следующих выходных снова разжигали костер и снова жгли пальцы...

Джанета была права, мне просто необходимо было выбраться из душной квартиры на природу. Мне не хватало воздуха в бетонных стенах, и теперь я вздохнула полной грудью. Что странно, ведь в присутствии Рината в моей груди нет места ничему, кроме смятения и тоски.

Тоски по несбыточному, по утерянному...

И грудь переполнена до краёв этими тягостными чувствами, от которых я и без силы притяжения удержалась бы на земле во время любого урагана...

Продрогнув, встаю и подхожу к тлеющему костру. На небе уже начали появляться звезды, я хотела подозвать Аминку, но не вижу её на прежнем месте возле беседки. Меня тут же охватывает волнение, которое мгновенно перерастает в панику: калитка наполовину открыта. Срываюсь туда, выхожу за двор. Малышки нигде не видно.

- Амина!

Не отзывается. В шаговой доступности лес, неподалеку речка... Соседние дома располагаются слишком далеко друг от друга. Не дай Всевышний, девочка заблудилась...

На мой крик сбегаются остальные.

Они всё понимают без разъяснений. Амин бежит за фонариками и через мгновение возвращается, в его руках - три штуки. Мы решаем разбиться на три группы и отправиться на поиски. Джанета и я с одним фонарем, Ринат со вторым и Амин с Рифатом с третьим.

Отбросив в сторону боязнь темноты, я уверенным шагом ступаю в лес. Джанета освещает путь, а я несусь вперед, периодически выкрикивая имя девочки.

- А если она дошла до реки!

- Она бы не успела, - мне хочется верить в свои слова.

- А если её кто-то увёз...

- Мы бы услышали звук проезжающей машины.

До нас доносятся крики остальных - с разных сторон. Девочка не отзывается. Джанета начинает всхлипывать, но у меня нет времени её утешать.

Перехожу на шаг, вслушиваясь в окружающие звуки. Вдруг совершенно отчетливо слышу хруст веток где-то справа.

- Амина!

Бросаюсь туда. Джанета что-то кричит вслед, но я не слышу. Я бегу со всех ног, шорохи где-то впереди. Двигаюсь на слух, так как золовка остаётся позади, и я практически ничего не вижу.

Останавливаюсь и вслушиваюсь в тишину. 
Ничего.

- Амина!

Я готова отчаяться, но вдруг слышу что-то поблизости. Вновь мчусь на звук. Вдруг, делая очередной шаг, я не ощущаю земли под ногами... Скольжу вниз, по склону, и приземляюсь на дно оврага - острая боль пронзает лодыжку.