Твой папа нас предал

8.

— Ничего, Ильдар Каримович, — потрясла я головой. — Простите, мне пора. Думаю, что вам супруга всё расскажет.

— Но… Куда ты бежишь как ошпаренная? Что случилось, Юлианна?

— Спросите у вашей жены, — снова повторила я, торопливо обуваясь.

Зря я сюда пришла. Лучше бы по телефону всё сообщила.

Хотела как-то по-человечески сказать, лично.
Ведь мы были семьёй все эти несколько лет нашего брака.

Но вижу, что так было только для меня.

Для свекрови я так и осталась чужой и ненужной, о чём она не преминула напомнить мне снова.

— Всего вам доброго.

— Юля!

Я ничего слушать не стала. Просто вышла за дверь и ушла.

Для меня здесь уже поставлена точка.

Объяснять по кругу про измену Булата и развод я не стану.

Просто не переживу этого снова.

Конечно, Ильдар не стал бы говорить гадости, как моя свекровь, но всё равно он ничего не изменит уже разговорами, и это будет переливанием из пустого в порожнее.

На лестничной клетке выдохнула.

Ну… Один гештальт закрыт.
Что хотела — сделала тут.

Теперь нужно двигаться дальше по плану.

Однако переключиться с некрасивой сцены, устроенной матерью моего неверного бывшего мужа, никак не выходило.

Вышла из дома родителей Булата в полном шоке.

Я знала, что свекровь меня недолюбливает, но чтобы настолько…

Что плохого я им сделала?

Любила их сына, была верной женой. Дома всегда порядок, свежая еда.

Её наглый тон просто выбил меня из колеи.

Она всё продумала до мелочей. Оформила всё на себя, чтобы я даже не могла попытаться бороться за имущество Булата.

С одной стороны, это справедливо, потому что ничего я за эти годы не заработала, только небольшую сумму на личной карте…

Но всё-таки я была его женой, делила с ним постель, готовила ему завтраки — неужели я заслуживала, чтобы они оба так некрасиво поступили со мной за моей спиной?

То есть, едва я перестала бы им быть удобна, меня просто выкинули бы как паршивого кота голой попой на снег?

Прекрасное, однако!

Вот уж такого не ожидала точно от обоих!

Что муженёк, что мамочка его — прекрасны настолько, что ни в сказке сказать, ни пером написать!

Да ну их в баню! Справлюсь и без их подачек.

Даже рада, что больше ничего не будет связывать меня с этой семейкой.

***

СПУСТЯ ДВА ДНЯ

Я собрала чемоданы и подготовилась к выходу.

Взяла телефон и набрала номер телефона.

— Алло, Володь, привет. У нас всё в силе? Ты достал то, что я просила?

Услышала ответ на другом конце провода.

— Отлично, тогда я выезжаю. До встречи!
Убрала телефон в сумку, взяла чемодан и вышла на улицу ждать такси.

До поезда оставалось несколько часов.

Но прежде чем я покину этот город навсегда, я заеду в одно место…

Вышла из офиса мужа и взглянула в последний раз на этот большой бизнес-центр.

Я уезжаю и больше никогда не вернусь сюда.

Но теперь мне не было грустно. Наоборот, сегодня я была в отличном настроении. С сегодняшнего дня начинается моя новая жизнь.

К тому же, на прощание я оставила мужу сюрприз…

Надеюсь, он ему понравится.

***

За эти несколько лет, что я не была в своём дворе, тут практически ничего не изменилось. Разве что краска со стен домов еще больше слезла, да и скамейки возле моего подъезда все перекосились…

Красивым это место явно не назовешь. Тем более что за годы жизни в элитном районе я так привыкла к престижным аккуратным домам, ухоженным клумбам и ровным дорожкам. Теперь от мысли о том, что я буду жить в этом месте, я впадала в самое настоящее уныние.
Я подошла к старому подъезду, но как только протянула руку к домофону, дверь вдруг открылась сама. Из двери показалась небольшого роста пожилая женщина с седыми волосами и розовой помадой на губах, которая сразу бросалась в глаза. Немного приглядевшись, я узнала в ней соседку из квартиры напротив — Надежду Петровну.

— Юленька! Ты ли это? — всплеснула она руками.
Старушка оглядела меня с ног до головы и лучезарно улыбнулась.

Я рада была встретить старушку, она всегда мне нравилась. Добрейшей души человек. Сейчас большая редкость встретить по-настоящему доброго и отзывчивого человека.

В детстве я иногда приходила к ней в гости. Мы пили чай, баба Надя угощала меня конфетами и свежеиспеченным печеньем. Своих внуков у неё не было, и она была рада возиться со мной. Помню, тогда меня часто посещали мысли — вот бы мне такую бабушку!

Но, к сожалению, родная бабушка была полной противоположностью Надежды Петровны…

— Здравствуйте, баб Надь! Очень рада Вас видеть! — я с теплотой приобняла соседку.

— И я тебя, милая! — обняла она меня в ответ. — Ты к бабушке в гости приехала?

— Да вроде того… — нахмурилась я.

Говорить на тему предательства мужа и развала моей семьи мне всё ещё было больно даже с относительно близкими людьми, такими, как наша добродушная соседка.

— А почему одна, где твой муж? — сыпала вопросами любопытная старушка, не подозревая о том, что не намеренно делает мне больно. — Как его звать, запамятовала… Бурак?

— Булат, баб Надь, — вздохнула я и поправила её. — Я одна приехала. Нету Булата.

— А что это он такую красавицу одну отпускает путешествовать? Не боится, что уведут, а?

— Не боится, — покачала я головой. — Ему абсолютно всё равно, где я.

— Это…как? — растерянно захлопала ресницами соседка.

— Ну вот так… Мы…разводимся.

Конечно, мне не хотелось всем подряд рассказывать о разводе, по крайней мере, первое время. Но Надежда Петровна свой человек. С ней можно поделиться чем угодно. Она никогда не побежит сплетничать или обсуждать кого-то. Всегда поддержит ласковым словом.

— Ой-ой-ой… — заохала она. — Ну как же так, детка? Так ты потому и вернулась сюда, что ли?

— Да, — грустно кивнула я. — Некуда мне идти больше. К бабушке и вернулась.