Твой папа нас предал

13.

Арабы уехали.

Контракт был сорван, естественно.

Я так понимаю цель мстителя и была такова — сорвать подписание такого важного контракта. И ему это удалось.

А теперь мне предстояло выяснить, кому это так хотелось мне насолить.

Конкуренты?

Самое логичное, что они. Какой-нибудь засланный казачок подменил флешку, на которую заранее сбросил мои утехи с секретаршей.

Камера снимает даже мой кабинет в целях безопасности, но никто кроме охраны и меня туда доступ не имеет.

Значит, кто-то из охраны меня подставил.

Придётся провести расследование в стенах компании и наказать виновного.

Его вина куда выше, чем кажется.

Фирма едва не развалится без этого контракта. И что делать пока что — ума не приложу. Нужно срочно искать какого-то нового инвестора с живительными вливаниями в корпорацию или нам крышка. Скоро компанию придётся заложить из-за огромного количества долгов, которые иначе мы не в состоянии отдать.
Но в таком случае есть риск, что компанию просто поглотят другие игроки рынка и её в конечном итоге просто растащат по кускам, объявив банкротом.

Но это самый худший итог ситуации, совсем не факт, что случится именно так.

Сценарий может быть и другим, более позитивным, если я смогу найти выход из положения.

Я ещё поборюсь.

Булат Бестужев никогда так легко не сдаётся и не опускает руки.

Посмотрим ещё кто кого переиграет: я — судьбу, или судьба — меня.

Но пока что первоочерёдной задачей я себе поставил — поймать крысу.

Созвал охрану и службу безопасности.

Обрисовал ситуацию.

Потребовал провести внутреннее расследование, о каждом шаге докладывать мне.

Того, кто подменил флешку на ту, где была запись из моего кабинета, мы выяснили быстро — Владимир Попов, один из охранников.

Вот только он уволился на сегодняшний день и по нашим данным уехал за границу. Достать его теперь руки коротки будут, важнее было найти того, для кого он это сделал.

Очевидно, что самому ему эта акция протеста против меня была совершенно не нужна и работал он на кого-то.

На кого — пока выяснить не удалось, но ребята продолжали работать.

Парни искали заказчика по своим каналам, я искал инвестора.

На данный момент мне удалось договориться о встрече с Индией.

Инвестор из них не ахти какой, совсем не такой серьёзный, какими были арабы, но хоть что-то. Контракт с ними мог бы продержать нас на плаву какое-то время. Как вариант — найти несколько более мелких инвесторов, чем одна ОАЭ.

И в принципе, это было выполнимо, только работать и договариваться мне приходилось сутками. Я даже оставался ночевать в офисе — а потому что смысла не было в два часа ночи ехать по городу в свою квартиру, чтобы в семь утра уже ехать обратно… Проще поспать прямо в офисе, тем более что небольшие апартаменты на такие случаи у меня были — примыкали к самому офису. Там можно было и поспать, и помыться, и переодеться.

Ирина возмущалась, что я теперь практически живу в офисе, а ей так не хватает внимания. С тех пор, как Юля меня застукала с ней в рабочем кабинете, мы живём вместе с Ириной.

А что бегать друг от друга, если она собирается мне подарить сына?

Я даже предложение ей уже сделал.

Выбираем дату свадьбы и место её проведения.

Ира хочет шикарный праздник, что свойственно мечтательным девушкам, готовящимся стать невестой впервые. Я же такого энтузиазма перед свадьбой не испытывал, мне в принципе было всё равно где и как она пройдёт — как оказалось, шумный и пышный праздник не является гарантом счастливой семейной жизни. Вон, с Юлианной у нас всё развалилось в итоге…

Мучился ли я чувством вины перед ней?

На самом деле — да.

Вышло всё-таки не по-людски всё это.

Если уж дошло до беременности любовницы, а я стал ощущать, что совсем не дорожу этим браком, то стоило отпустить её по-честному, а не продолжать играть в семью…

Она тоже ко мне давно уж остыла, я чувствовал.

Перестала покупать красивое бельё для наших ночей.

Да и ночей совместных как-то не стало, если говорить о том времяпровождении, когда муж и жена не просто спят в одной кровати, отвернувшись каждый к своей стене.

Страсть, внимание к друг другу, нежности, приятный слова — всё куда-то исчезло.

Юлианна говорила, что я слишком много работаю, и из-за этого мы отдаляемся.

Может, она и была права — чёрт его знает.

Сейчас уже вроде как и смысла нет во всём этом копаться.

Лишь иногда меня невольно посещали мысли — как она там? Устроилась ли на новом месте?

Какая-то часть моей души всё-таки привыкла к Юлианне за годы брака и пока что не отпускала меня. Но я ни разу не позвонил ей и не написал с момента расставания. Разве она захочет от меня заботы после того, что увидела своими глазами? Я понимал, что ничего она брать от меня всё равно не станет, да и не понимал сам — должен ли я проявлять какую-то заботу, если мы подали заявление на развод?

Заявление я кстати получил — по почте. Так я узнал, что Юлианна поставила точку в наших отношениях.

Не могу сказать, что мне было прямо вот плевать с высокой колокольни.

Но мне казалось, что сейчас я должен уделить внимание своей новой семье, в которой родится скоро ребё нок, а Юля…

Она справится сама, ведь это было её решение стать для меня юридически никем. Я просто принял эти правила.

Спустя несколько дней я получил важную информацию — за день или два до проведения конференции в офисе была Юлианна.
Это удивило меня. Никакого повода тут бывать у нее не имелось — она не была сотрудником офиса, ко мне не заходила и вообще толком её никто и не видел.

Просто видели её у здания, она садилась в такси.
А ещё больше удивил меня тот факт, что она о чём-то общалась с тем самым Владимиром, что в итоге подменил карту памяти — знакомый из полиции пробил её номер телефона, который она, кстати, заблокировала позже, и выяснил, что она несколько раз созванивалась с Владимиром.