Твой персональный ад

Глава 100.

Наступила тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра. Все с замиранием сердца смотрели на лежащего в снегу Рейнара. Бабушка Люси, обессилев, опустилась на колени. Монах, все еще держа крест, внимательно наблюдал за Рейнаром, словно опасаясь нового приступа. Дэрек и Седрик стояли рядом, не зная, что делать.

Через несколько минут Рейнар открыл глаза. В них больше не было безумного огня, лишь испуг и непонимание. Он попытался сесть, но тело не слушалось. Монах помог ему подняться и укрыл его своим плащом.

– Что… что произошло? – прошептал Рейнар, оглядываясь вокруг.

– Ты был одержим, – ответил монах. – Но теперь все кончено. Ты свободен.

– Матерь Божья! Давно такого не видала... ох... – бабушка Люси вздохнула с облегчением.

– Лерайе... это был Бес которого зовут Лерайе. – поведал Монах. Его сущность такова: могущественный маркиз, стрелок в зеленой тунике, вооруженный луком и острыми стрелами. Этот бес провоцирует ссоры и сражения между людьми, но особенно стремится к тому, чтобы те ранили друг друга стрелами, раны которых никогда не заживали. Так, как Рейнар носил арбалет и его иммунитет был ослаблен из-за яда, эта сущность вселилась в него.

Рейнар в ужасе посмотрел на свои руки, словно ожидая увидеть на них следы тьмы. Воспоминания о последних часах возвращались обрывками, как кошмарный сон. Он помнил ярость, неконтролируемую злобу, желание причинить боль.

– Я… я причинил кому-то вред? – с тревогой спросил он.

Дэрек и Седрик переглянулись, не зная, как ответить. Монах положил руку на плечо Рейнара, успокаивающе сжав его.

– Главное, что сейчас ты в безопасности, – мягко сказал он. – Лерайе больше не властен над тобой. Отдохни, наберись сил. Тебе предстоит долгий путь к исцелению души.

Бабушка Люси, поднявшись с колен, подошла к Рейнару и перекрестила его.

– Слава Господу, все обошлось. Пойдем внутрь, там тепло и безопасно. Я налью тебе горячего чая с травами.

Мы вернулись в Монастырь. Попили горячий чай, перекусили орехами и сухофруктами.

В монастыре царила умиротворенность, контрастирующая с недавними событиями. Рейнар сидел у камина, закутавшись в одеяло, и смотрел на огонь. Его мысли были в смятении. Он не мог поверить, что стал сосудом для столь злой сущности.

Монах сидел рядом, молча наблюдая за ним. Он понимал, что Рейнару нужно время, чтобы осмыслить произошедшее. Слова утешения сейчас были бы лишними.

Спустя какое-то время Рейнар заговорил:

– Адель, кажется пока я был без сознания, я увидел место. В котором была сплочена группа людей.

Монах внимательно посмотрел на Рейнара.

– Какое место ты видел? Опиши его, – попросил он, чувствуя, как в душе зарождается надежда. – Иногда, этот Бес исполняет прихоти людей, чтобы их тело дольше прослужило ему. Если ты этого хотел, то вполне он мог тебе показать то, где это находится.

Рейнар нахмурился, пытаясь собрать обрывки видения.

– Это было… поселение, окруженное высокими стенами. Я видел флаг, но не могу вспомнить какой. Люди были одеты в белые ночнушки, занимались ремеслами, сельским хозяйством. Было ощущение общности, взаимопомощи. Но чувствовалось и напряжение, словно они чего-то боялись.

– Что-то вроде коммуны? – предположил монах, задумчиво поглаживая бороду.

– Белые ночнушки… это может быть религиозная община, или что-то в этом роде. – высказался Дэрек.

– Но страх… это тревожный знак. – продолжил Монах.

– Да, именно страх был самым сильным ощущением. Будто они живут в постоянном ожидании беды. – Рейнар кивнул, чувствуя, что монах понимает его.

– Возможно, это секта, скрывающаяся от мира, – предположил Седрик, нарушив молчание. – Многие из них живут в изоляции, боясь внешнего мира и преследований.

Монах поднялся с кресла и подошел к окну, глядя на заснеженные вершины гор.

– Секта?! – воскликнула я. – Звучит страшно.

– Страх – мощный инструмент, – произнес монах, не поворачиваясь. – Он может держать людей в повиновении, заставлять их верить во что угодно. Если это секта, то важно выяснить, кто ею руководит и какие цели преследует.

– Стойте, подождите. – я встала и принялась расхаживать по каменной плитке Монастыря. – Вы хотите сказать, пленники Диспатеры сбежали и обустроились в какой-то деревне? Моя мама очень мерзлявая, не думаю что она будет расхаживать зимой в одной ночнушке.

Все взгляды обратились на меня. В голове роились мысли. Я знаю маму, кутающуюся в меха, а не в простую белую ткань.

Монах повернулся и посмотрел на меня с пониманием.

– Не исключено, что это разные группы. Пленники Диспатеры – это одно, а община из видения Рейнара – другое.

– Рейнар, может быть ты вспомнишь или ты успел разглядеть людей... скажи, ты видел женщину с небольшим шрамом у брови?

Рейнар задумался, прикрыв глаза. Он попытался вызвать в памяти образ поселения, лица людей, мельчайшие детали, которые могли бы помочь. Но воспоминания были размытыми, как отражение в мутном стекле.

– Нет, Адель, не помню, – наконец произнес он, разочарованно вздохнув. – Все лица казались одинаковыми, словно стертые. Я не видел ни шрамов, ни особых примет. Но я уверен, что там были женщины, мужчины, дети, … обычные люди, живущие в страхе.

– А старики? Там были старики?

Я вспомнила того мальчика, который успел сбежать вместе со стариками. Он говорил, что посланники Диспатеры забрали только здоровых и молодых.

– Нет, стариков точно не было... или я не разглядел. Но все выглядели молодо и здорово.

Монах вновь подошел к камину, всматриваясь в пляшущие языки пламени.

– Нам нужно больше информации, – произнес он, словно обращаясь сам к себе. – Рейнару необходимо отдохнуть и восстановить силы. А мы пока попытаемся найти хоть какие-то зацепки об этой общине. Возможно, в старинных книгах монастырской библиотеки найдется упоминание о поселении, соответствующем описанию.

Бабушка Люси, покачав головой, подлила Рейнару еще чаю с травами. В монастыре вновь воцарилась тишина.

Прошел час поисков, но библиотека молчала. Старинные фолианты и пыльные свитки не спешили раскрывать свои тайны. Монах и братья перерыли все, что могли, но ни единого упоминания о поселении, окруженном высокими стенами найти не удалось.

– Может быть, это легенда, выдумка, – предположил Седрик, захлопнув очередную книгу. – Или это место так хорошо спрятано, что о нем никто не знает.