Твоя любовь - полынь, горечь на губах

Глава 12

Глава 12

Лиза быстро шла по пустым коридорам дворца, ее каблучки громко цокали по разноцветной плитке, устилавшей почти весь императорский дворец. Было уже далеко не раннее утро, но в этой части дворец еще спал, его обитатели раньше полудня не просыпались. Ее цоканье, возможно, кого-нибудь и разбудит, кого-нибудь будет раздражать, может даже, и бесить, но ей было все равно. Фаворитке главе Тайной Императорской Службы и наследника Императора было на это наплевать, никто уже давно не смел сказать что-либо против нее.

Пять лет назад, когда она прибыла в императорский дворец, ее не восприняли всерьез. Подумаешь, очередная любовница Дмитрия Михайловича, сколько их было и еще будет. Тем более, что и красотой она не блещет, куда ей до признанных дворцовых красавиц! Но проходил месяц, два, полгода, год, три, а Дмитрий никак не мог оторваться от этой непонятно откуда взявшийся графини Горчаковой. И вот уже больше пяти лет она фаворитка его Высочества Сиятельного Князя Дмитрия Михайловича. Целых пять лет!

Стуча каблучками, Лиза вспомнила, как забрав из Дивного, Дмитрий привез ее в императорский дворец. Она была неопытной, неискушенной, наивной, неиспорченной, временами доверчивой. Но все это теперь не применимо к ней после пяти лет в шкуре фрейлины императрицы и любовницы всесильного Сиятельного Князя. Она научилась никому не верить, ставить все под сомнение, отвечать на колкости и «удары» не менее острыми колкостями и более сильными «ударами», не переживать по пустякам, предвосхищать события и не обращать внимания на сплетни о себе, шепотки за спиной. В дворцовой жизни ей очень помогал дар, с помощью него она легко понимала, что на самом деле испытывает к ней тот или иной человек. Какими бы не были внешние проявления чувств окружающих ее людей, ее дар всегда безошибочно определял, что нужно от нее им.

Добравшись до своих покоев, Лиза захлопнула дверь в спальню перед носом опешившей горничной, сейчас она никого не хотела видеть, тем более соглядатая Дмитрия. После ночи, проведенной в его объятиях ей надо вымыться и прийти в себя. Пройдя в ванную комнату, Лиза включила воду и стала раздеваться, ей для этого не нужны были горничные. Сбросив одежду, забралась в наполненную водой и пеной ванну.

В попытке расслабиться, она закрыла глаза, но в голову лезли воспоминания. Лиза вспомнила, как в первую их совместную ночь, Дмитрий был нетерпелив и, казалось, совершенно не замечал, что Лиза не отвечает на его ласки и поцелуи. А она никак не могла в полной мере ему отдаться, была зажата, неуклюжа, вздрагивала и зажималась от его прикосновений. Дмитрий быстро и жадно целовал, сжимал и гладил неподатливое, цепенеющее от его ласк тело. Да…, первая их ночь была ужасной.

Потом, когда все, в общем-то, быстро закончилось, она скатилась с кровати и заперлась в ванной комнате, где долго рыдала горько и взахлеб. Дмитрий стучал ей в дверь, просил прощение, уговаривал, обещал златые горы, признавался чуть ли не в любви, но самые главные, простые, три слова «я тебя люблю», так и не прозвучали из его уст. Наконец, успокоившись и умывшись, Лиза вышла, чтобы увидеть виноватого и расстроенного Дмитрия. Он сказал ей, что слишком долго мечтал о ней, слишком долго ждал, того, в чем ему отказывали, поэтому был таким нетерпеливым и напористым. Опять просил прощения и обещал, что в следующий раз будет нежным и предупредительным. Следующий раз! Тогда она с ужасом подумала об этом.

В следующий раз, видимо, забыв о своих желаниях и думая только об ее удовольствии, Дмитрий был невыносимо нежным, чутким и добился отклика от Лизы, ее тело взорвалось в невыносимом наслаждении. И опять она рыдала в закрытой ванной комнате, теперь уже от того, что такого наслаждения она никогда не испытывала с Сашей, а с мужчиной, которого не любила, узнала, что это такое – телесное, плотское наслаждение.

Потом, конечно, уже не было рыданий, но все равно, после того, как она получала свою порцию наслаждения, наступало раскаяние, вина, горечь от того, что ее предавало собственное тело. Она редко оставалась после всего в спальне Дмитрия, почти всегда уходила сразу же, несмотря на время суток, усталость, разнеженное состояние, попыток Дмитрия ее остановить, задержать. Он обижался, возмущался, досадовал, но никак не мог ее удержать в своей спальне надолго. И у себя Лиза редко оставляла Дмитрия, выпроваживала, несмотря на его протесты.

С некоторых пор ей стали доносить об изменах Дмитрия. Лиза не стала делать вид, что ничего не происходит, прямо спросила его об этом. Он в ответ цинично заявил, что в их договоре ничего не было о его верности, а вот ее верность там оговорена. Да, Лиза была скована договором, который она подписала, не читав, еще в Дивном, перед ее отъездом в Новоград. Потом, уже в Новограде, прочитав его, Лиза поняла, что этот договор был составлен так, что она оказывалась секретным агентом на службе у Тайной Службы Его Императорского Величества. Она, по сути, теперь принадлежала Дмитрию, должна была находиться с ним рядом, выполнять все его условия, охранять, шпионить для него, даже то, что она должна быть его любовницей, было написано отдельным пунктом, как и ее верность, преданность ему, Дмитрию. Неисполнение какого-либо пункта по договору, приравнивалось чуть ли не государственной измене, и несло за собой неминуемое наказание. А ее должность фрейлины была номинальной, ширмой для отвода глаз. Этот договор поверг ее в шок, ужаснул, но исправить уже ничего нельзя было, под ним стояла ее подпись. Лиза тогда высказала Дмитрию все, что думает о его вероломной и лживой натуре. Он ответил, что просто подстраховался, этот договор ничего не значит, пока она ему верна. Возмущению Лизы не было предела.