Твоя на одну ночь

Глава 10

Когда машина Татьяны Вершининой выехала на центральную улицу, начал падать снег. Такой красивый, новогодний, пушистый. Хотя до нового года было еще долго.

Я невольно любовалась эти белыми летящими хлопьями, но мою душу терзал один вопрос.

— Зачем вы помогаете мне, Татьяна Александровна? — в какой-то момент спросила я, не выдержав.

Только на миг свекровь обернулась к мне, таинственно улыбнулась и снова обратила взор на дорогу.

— Потому что знаю — ты моего Мишеньку любишь. Я не хочу, чтобы он женился на одной из этих вертихвосток, которые тусуются рядом с ним постоянно. Им нужны только бабки. А я не для того своего сына растила, чтобы отдавать его в жадные ручонки одной из этих стерв.

— Но может быть он любит эту…, — я замаялась не силах произнести это слово «стерва».

Перед моими глазами опять всплыла та сцена в кабинете, когда Вершинин целовал рыжую сексуальную Марго.

— Не любит, а хочет, еще и запретная, — отрезала Татьяна Александровна. — Володя начудил тогда. Говорила мужу — не запрещай ему, пусть женится на Маргарите. Только брачный контракт составь, чтобы ей после развода ничего не досталось. Миша бы ее через год сам бы бросил. Если она его не раньше, узнав, что денег ей не обломится. Так нет, Володя не послушал меня, запретил Мише видеться с ней. И что? Только больше его распалил к этой рыжей заразе.

Я молчала, чуть поджав губы, пораженная тем, что мама Миши прекрасно была осведомлена о тайной влюбленности сына. И это поражало.

— А ты моего сына любишь — вижу это. Я знаю, что даже если он разорится, и пойдет работать простым инженером ты его не бросишь. Так?

— Вы правы. Я никогда и не думала, богатый он или бедный. Просто Миша понравился мне сразу, еще давно, когда девчонкой была. Это как заряд молнии было. Понимаете?

— Вот, я про это и говорю. Ты надежная, настоящая супруга, которая будет любить его, его детей, терпеть его закидоны. Но обязательно, надо, чтобы он тебя тоже полюбил, иначе счастья в семье не будет.

— Но как это сделать, Татьяна Александровна? Он совсем на меня не смотрит.

— Доверься мне, девочка, мы все с тобой сделаем. Когда он прозреет, он поймет, какое ты золото. Приехали.

Мы въехали на подземную парковку большого торгового центра, вышли из машины, и пошли к ближайшему входу.

— Ты согласна участвовать в этом, Юля?

— Я не знаю, Миша будет недоволен, я думаю, — сказала я, вздыхая.

— А ему не надо ничего говорить. Когда он тебя полюбит, все это уже будет не важно, — она остановилась и взяв меня за плечи, внимательно посмотрела мне в глаза.— Главное, ты, Юлечка хочешь дальше остаться с ним или нет? Жить с Мишей настоящей семьей?

— Это мое горячее желание. Просто я не хочу навязываться и бегать с ним. Это так унизительно, — вздохнула я.

— Согласна, но ни за кем бегать ты не будешь, поверь мне. Мы все вывернем так, что бегать будет он.

— Неужели?

— Уж поверь мне, есть способы. Я своего мужа тоже завоёвывала очень долго. Но в итоге он выбрал именно меня и полюбил. Хотя поклонниц у него много было. И до сих пор мы с ним вместе. Уже тридцать с лишним лет. Так что я знаю, что делать.

На следующий день был выходной. Мне не надо было ни в институт, ни в обувной магазин, где я временно работала. Потому я провалялась до восьми в кровати. Но все же заставила себя подняться, все же я в гостях. Надо было спуститься вниз, помочь маме Михаила с завтраком.

Умывшись, я надела простую свободную футболку, серые брючки. Расчесала волосы, заколов их в высокий хвост на затылке, краситься не стала. Зачем? Сегодня выходной, я никуда не собираюсь.

Открыла дверь, чтобы спуститься вниз и тут же замерла. На пороге стоял он.

Вершинин. Сверлил меня темным взглядом.

— И чё? — выдохнул он мне в лицо.

— Привет, — тихо сказала я, заискивающе улыбнулась

— Что за игру ты затеяла, Фадеева, я тебя спрашиваю? — процедил он так злобно, что улыбка вмиг сошла с моего лица.

— Я не понимаю, — пискнула я, видя, что он взбешен, но не понимала отчего.

Вершинин тут же втолкнул меня обратно в комнату, прижал спиной к стене, жестко сжав мои плечи ладонями. Угрожающе наклонился и прохрипел:

— Как же! Принимаешь меня за идиота? Этот ребенок! У мамы слюни на тебя текут, такая вся хорошая девочка, — передразнил он видимо Татьяну Александровну, изображая интонации матери. — Что ты задумала, я тебя спрашиваю, наглая проныра? Не хочешь разводиться? Специально всё устроила, да?

— Я ничего не выдумывала. Я по-настоящему беременна, — промямлила я.

На мои глаза навернулись слезы, от его оскорбительных жестоких слов. Но он продолжал злобно цедить надо мной:

— Знаю, что по-настоящему. И что ребенок мой, знаю.

— Откуда?

— Анализы сегодня пришли, дурында! Вчера, думаешь мы кровь зачем сдавали? — выдал он.