Твоя по расписанию

ПРОЛОГ

Секс - это то, что нас связывает. Точнее, это то, что нас связывало когда-то. Теперь его игрушка не я, знаю, но... Надеваю чулки, подкрашиваю глаза и чуть не плачу. Я уговариваю себя, что у меня нет других причин идти к нему, кроме спасения своей жизни, но правда ли это? Не знаю.

Из зеркала на меня смотрит брюнетка с длинными прямыми волосами и блестящими глазами. Черное платье с высоким разрезом на бедре, в котором выглядывает такое же черное кружево чулок, подчеркивает фигуру. Высокий каблук делает мои ноги визуально еще длиннее. Я хочу, чтобы он меня хотел. Хочу, чтобы все было, как раньше. Хотя бы сегодня.

Словно в тумане еду в такси. Его офис на последнем этаже высотки, и я замираю перед зданием со страхом глядя вверх. Пожалуйста, пусть он будет там!

- Александра, вы к шефу?

Оборачиваюсь на голос и вижу Сергея - его водителя. Он смотрит на меня с долей сочувствия. Ужасно быть той, кому сочувствуют.

- Он у себя? - стараюсь не смотреть в глаза мужчине.

- Да.

- Я пойду тогда, - скорее спрашиваю я.

- Александра...

- Я знаю, Сергей, - как можно мягче улыбаюсь я. - Спасибо!

Легкой походкой направляюсь ко входу. Ну как легкой. Мне хочется, чтобы она выглядела легкой. Не обращая внимания на косые взгляды задержавшихся на работе сотрудников, захожу в лифт и в полном одиночестве поднимаюсь вверх. Сердце колотится, как бешеное. Кажется, прямо сейчас задохнусь. А потом я вижу его.

- ...да мне плевать! - от его голоса по телу пробегает дрожь.

Он стоит у окна спиной ко входу, говорит по телефону и слишком увлечен, чтобы услышать стук моих каблуков. Мышцы перекатываются под пиджаком, голос раздраженный. Возможно, я выбрала не лучшее время, однако отступать поздно.

- Никита, - мой голос дрожит, а сердце вот-вот остановится.

Оборачивается резко, как зверь втягивает воздух, от чего его ноздри трепещут. У него глаза чернее самой темной ночи. Такое глупое, банальное сравнение, но это действительно так. В них можно утонуть, как в самом глубоком колодце из всех, можно разлететься на части, улетая в этот непроглядный космос. И я разлетаюсь.

- Я перезвоню, - бросает он в трубку и нажимает отбой. - Ты зачем пришла?

- К тебе, - Господи, я не думала, что это будет так сложно.

- Я тебя не звал.

- Ник, я...

- Уходи, Саша, - он хмурится, качает головой своим мыслям.

Я медлю секунду и понимаю, что, если сейчас не сделаю то, зачем пришла, то он выгонит меня. А я не могу этого позволить. Пальцы не слушаются, и я не с первого раза развязываю пояс на плаще. Никита смотрит мрачным взглядом, а я больше всего боюсь, что он сейчас выставит меня за порог.

Плащ спадает к моим ногам, а Никита до сих пор меня не останавливает. Осознание этого придает мне сил, окрыляет, заставляет двигаться плавнее. Я переступаю через одежду и иду к нему самой соблазнительной из своих походок. Подхожу вплотную, смотрю ему прямо в глаза и уплываю. От него пахнет сандаловым маслом, грозой и дорогим табаком. Когда-то именно этот запах толкнул меня за грань. Белая рубашка под черным пиджаком расстегнута наполовину, на открывшемся участке коже видна вязь татуировок, которые хочется обвести языком. Он всегда снимает галстук, когда остается один. Мы замираем друг напротив друга. Дышим друг другом, изучаем друг друга взглядами.

Я вдруг с ужасом чувствую облегчение от того, что я сейчас здесь. Я так по тебе скучала, Ник.

- Зачем ты пришла? - повторяет свой вопрос Никита.

- К тебе, - почти шепотом произношу я.

Смотрю ему прямо в глаза. Как он и учил. Кладу руку на его грудь и с удовлетворением ощущаю, как сбивается ритм его сердца. Его рот приоткрывается, а взгляд перехватывает мои губы. Я знаю, чего ты хочешь. Кончиками пальцев провожу по щетине на лице Никиты. Он не противится и это придает мне сил. Скольжу руками по его торсу, обвожу пальцами кубики на животе, почти с восторгом наблюдая, как еще больше темнеет его взгляд, сжимаются его челюсти.

- Саша, чего ты хочешь? - я знаю, что он держится из последних сил, и, чтобы получилось все, что я задумала, мне нужно снести оборону.

- Сейчас я хочу тебя, - все равно оставляю себе путь к отступлению в этом вроде бы ничего не значащем слове "сейчас", но Никите уже все равно.

Он обхватывает мое лицо своими огромными ладонями, зарывается пальцами в волосы, тянет их так, что мне приходится закинуть голову назад, а полу-стон вырывается из груди. Дрожь, родившаяся где-то на затылке, пробегает по спине, заведенной пружиной сворачивается внизу живота.

- Этого хочешь, да? - рычит он мне в рот. - Или чтобы я не дал тебе сдохнуть?

Его слова бьют под дых, слезы готовы вновь закипеть в глазах, и я держу себя в руках из последних сил.

- Ну! Давай, говори! - его самообладание скоро скатится в пропасть, но разве не за этим я пришла? - Зачем ты пришла?!

- Я... - запах Никиты лишает меня воли, его сила подавляет, делает покорной девочкой, такой, какой я никогда не была, но какой он всегда хотел меня видеть. - Я...