Твоя сестричка

Глава 7. Маша

Мне снился странный сон. В нем Фиона была принцессой в башне, а Альфред — рыцарем, что пытался ее спасти. Комната в башне выглядела точь-в-точь как моя старая, а внизу располагался зоопарк, который сторожили Светка и ее парень. Удивительно, но именно во сне я вдруг вспомнила, что его зовут Матвей.

Потом Матвей превратился в моего отчима, а Светка почему-то стала Костиной девушкой Дианой. Я в жизни ее не видела, но во сне она выглядела маленькой, пронырливой и очень неприятной.

Сон был бредовый, тягучий и создавал ощущение тотальной безысходности. Проснулась я ни капли не отдохнувшей и даже наоборот, еще более уставшей, чем накануне.

Сев в постели, я задумчиво посмотрела, на письменный стол, где рядышком стояли Фиона и Альфред. Они хорошо выглядели вместе. Только, скорее, как мама с сыном, а не принцесса с рыцарем. Альфред был маленький и круглый, и Фиона тоже круглая, но гораздо больше.

Я поздоровалась с ними и вкратце пересказала свой сон. Те части, что про них, во всяком случае. А что? Больше мне рассказывать сны некому.

Костя был на кухне, и я постаралась проскочить в душ незамеченной. Не могла я выдавить из себя «Доброе утро» первой. Все-таки добрым оно не было, да и проявлять инициативу в общении с Костей я не собиралась.

Но, конечно же, он сам меня заметил и поприветствовал.

— Как спалось?

— Отлично, — пробурчала я, захлопывая дверь ванной.

Не могу сказать, что после душа я почувствовала себя бодрее. К тому же, меня охватила неприятная тревога перед походом в новую школу. До этого мне было все равно. Или я убеждала себя, что мне все равно. Так или иначе, теперь мне хотелось просто запереться в комнате и никуда не ходить. И я могла бы не пойти, Костя говорил про пару дней отдыха — так вот они. Но я знала, что если не пойду сегодня, то и завтра решу отдохнуть, а потом и послезавтра подтянется, и я все еще буду не готова, просто потому что невозможно подготовиться к тому, от чего ты не знаешь, чего ждать. И чем дольше я буду тянуть, тем тяжелее мне будет когда-нибудь решиться.

Я надела новую форму и быстро накрасилась, совсем чуть-чуть, просто чтобы не выглядеть живым трупом, которым себя чувствовала.

— Маш, иди завтракать! — позвал Костя голосом, который, по видимому, должен был изображать энтузиазм.

Кухня встретила приятным запахом: Костя жарил оладьи.

Я, вообще-то, не собиралась ничего есть. Я, в принципе, редко ем перед школой, но пахло, действительно очень хорошо.

Костя поднял глаза от плиты и задержал на мне взгляд.

— Что? — спросила я, чувствуя неловкость.

— Ничего, — ответил он и отвернулся, — просто сегодня ты выглядишь как-то по-другому.

Я сделала вид, что не услышала.

— Тебе идет форма.

Я молча взяла тарелку и принялась накладывать себе оладьи.

— Знаешь, я немного тебе завидую, — протянул Костя, усаживаясь напротив. — Я бы так хотел вернуться в школу...

Я посмотрела на него с сомнением. Он говорил так, будто ему не двадцать три, а минимум сорок. Это с возрастом люди забывают, как на самом деле ужасны были школьные времена.

Чтобы Костя не вздумал продолжать беседу, я уставилась в телефон. Вскоре он взял свой, и так мы и сидели: друг напротив друга, но каждый в своей вселенной.

***

Я хотела пойти пешком, но Костя настоял на том, чтобы довезти меня до школы.

Может, он боялся, что я прогуляю в первый же день? В конце концов, проблемы из-за этого будут у него. Мысль о проблемах, которые я могу ему устроить, немного меня развеселила, и я улыбнулась. Костя, заметив мою улыбку, улыбнулся в ответ. Я отвернулась.

За окном замелькали дома. Не успела я толком настроиться, как мы остановились у школы. Я была не готова туда идти. Школьники, спешащие на занятия, все выглядели такими уверенными, целеустремленными. Я была тут лишней.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — сказал Костя.

— Я не волнуюсь, — ответила я, нервно сцепив руки.

— Хорошо. Но если что, обязательно звони.

«Если что что?» — недоуменно подумала я. Что такого должно случиться, чтобы я вдруг решила ему позвонить?

— В школе тебя встретит моя бывшая классная руководительница, Мария Семеновна. Я уже ей написал, что мы подъехали. Вот она, — и Костя с гордостью продемонстрировал мне ее фото-аватар из мессенджера.

С фото, улыбаясь, смотрела обычная женщина средних лет с огромным букетом цветов.

— Ага, — сказала я, немного подавленная его энтузиазмом. Я не могла припомнить других людей, которые бы с такой радостью говорили о своих бывших учителях. Нет, я не сомневалась, что такие где-то есть, но все они были для меня жителями параллельной вселенной.

Интересно, а вот если бы это Костю во время учебы в школе вдруг забрали в детдом, пришла бы любимая классуха его проведать?

Пока мы сидели в машине, я заметила девушку, что с любопытством наблюдала за нами, стоя у ворот. Когда я задержала на ней взгляд, она отвернулась и поспешила к школе.

Мне это не понравилось. Не люблю, когда на меня смотрят. К тому же, во мне снова проснулась паранойя, и в голове сама собой сложилась бредовая история о том, что эта девушка — знакомая Светки, которая заранее все обо мне узнала, и теперь будет портить мне жизнь, рассказывая одноклассникам, что я была в детдоме, потому что меня бросила мать.

Наверное, я — свой худший враг. Придумываю ужасы, которые еще не случились и не случаться, возможно, никогда. Но лучше заранее подготовиться к худшему, чем потом сходить с ума от того, что это худшее оказалось полной неожиданностью.

С тяжелым сердцем я вышла из машины и закинула рюкзак на спину.

— Удачи! — сказал Костя.

— Тебе тоже, — пробормотала я, но, не думаю, чтобы он услышал.

Уже на крыльце я обернулась и увидела его, стоявшего за раскрытой дверью машины. Заметив, что я смотрю, он помахал.

Интересно, в какой момент ему надоест изображать заботливого старшего брата? Три дня он продержался — ничтожный срок. Посмотрим, что будет через месяц...