Твоя сестричка

Глава 34. Маша

Мне не верилось, что я дожила до апреля. Подводить итоги было, конечно, еще рановато, но год дался мне тяжело. Начав десятый класс в одной школе, я заканчивала его в другой, гораздо более сильной. Но, несмотря даже на перерыв в учебе, не чувствовала, что отстаю. Наоборот, дела впервые в жизни шли в гору. И дело было не столько в оценках, в которые, к слову, вряд ли бы поверили мои бывшие учителя, сколько в растущей внутри уверенности. Я перестала сомневаться в своих знаниях. Только что выученные вещи не вылетали тут же из головы, оставляя смутное ощущение бесполезности любых попыток запихнуть их обратно.

Случись мне узнать, что экзамены завтра, а не через год, я бы даже не испугалась, потому что уже сейчас была уверена, что, по крайней мере, их не завалю. Конечно, для поступления в хороший ВУЗ просто не завалить экзамены явно недостаточно, но на данный момент у меня и не было больших амбиций.

Так что к концу года я немного ослабила напор и решила больше отдыхать. И за выходные, на которые пришлось празднование Костиного дня рождения, я впервые за долгое время не открыла ни одного учебника. Даже позабыла, что они существуют. Тем более, на моих глазах развернулась впечатляющая драма.

Но как бы я не хотела быть просто сторонним наблюдателем, шансов на это не оставалось. Потому что то, что касалось Кости, теперь касалось и меня. Ведь мы были вроде как семьей. Или друзьями? (Тут я сама еще до конца не поняла.)

Какая-то связь между нами существовала, это точно. И она только крепла со временем, как бы я этому не сопротивлялась.

Но, кажется, я и сопротивляться уже перестала...

В общем, начиналось все неплохо. Можно даже сказать, хорошо (не для меня, но в целом). Мы собрались на большой пикник в честь праздника. Для многих это была первая весенняя вылазка в лес. Как, например, для меня — человека, в принципе, не привыкшего шастать по лесам. Но, разумеется, это был цивильный островок леса, с местами для костров и барбекю, беседками, парковкой и банкетным залом, который и оккупировала наша многочисленная компания.

Точнее, у нас было две главные точки, вокруг которых разворачивалось действо: большое кострище на улице с рядом пеньков вокруг и зал со столами, где могли погреться те, кому холодно, и где нас ждал великолепный десерт.

Потому что гвоздем программы стал гигантский торт с надписью «Константин Великий», увенчанный лавровым венцом из золоченой глазури. И хоть заказывали его Лева с Ксюшей, идея надписи принадлежала мне. Такая маленькая историческая шутка. И Лева оценил ее в полной мере, закидав нашу тайную переписку с обсуждением Костиных подарков хохочущими смайликами.

Константин Великий был римским императором, основателем Византийской империи и христианским святым. Нашего Костю, конечно, сложно было представить в роли императора, тем более такого масштаба, но тем забавнее была отсылка.

Хотя, выдав идею, показавшуюся поначалу такой остроумной, я вскоре стала надеяться, что Костя так и не узнает, кто был ее автором.

А вот авторство моего собственного подарка, к сожалению, было уже не скрыть. Хотя бы потому что я передала его из рук в руки.

И он висел прямо на Косте, демонстрируя всему миру мои ужасающие навыки вязания.

Что на меня нашло? Почему я вдруг решила, что связать ему шарф — хорошая идея?

Нет, конечно, мной руководила мысль, что покупать подарок Косте на Костины же деньги (то есть мои карманные, а других источников дохода у меня на данный момент не было) как-то глупо.

Я все-таки купила ему книгу — лучшего подарка все равно нельзя представить, тем более Костя, как и я, любил читать. Но этого точно было недостаточно.

Я долго ломала себе голову и не могла придумать ничего другого, пока однажды во время своих блужданий по интернету от одной лекции к другой, случайно не попала на видео какой-то рукодельницы.

В детстве у меня был краткий период увлечения вязанием, но не могу сказать, что достигла особого успеха в этом деле. Однако оказалось, с тех пор прогресс ушел далеко вперед, и уже придумали пряжу, с помощью которой можно было вязать, не используя ни спиц, ни крючков.

Я ухватилась за эту идею и стала работать над шарфом для Кости. Дело шло не быстро — пару начальных вариантов пришлось сразу же после изготовления распустить, но постепенно я кое-чему научилась — или мне только казалось, что научилась — и я сотворила то чудовище, что теперь украшало Костину шею.

Я то гипнотизировала его взглядом, вкладывая мысленную команду: «Сними!», то изо всех сил старалась не замечать это кошмарное творение рук своих.

— Шикарный шарф, — с усмешкой в глазах заметил Дима при встрече.

Костя улыбнулся и провел рукой по пушистой темно-синей шерсти.

А я все надеялась, что он оставит шарф в машине.

— Спасибо! Это мне Ма...

Костя собирался выдать меня с головой, но я оборвала его на полуслове:

— Знакомьтесь, это моя подруга Полина! — воскликнула я, хотя, возможно, знакомить ее с Димой была не такая уж хорошая идея.

— О-очень приятно, — протянул Дима, оглядывая ее с головы до ног.

Интересно, он и меня так оглядывал при первой встрече?

— Твои подружки, Маша, такие же красивые, как ты сама, — заключил Дима.

Потом Полина сказала мне:

— Ты не находишь странным, что он говорил обо мне во множественном числе? Или у него в глазах двоится? Подружки...

Я пожала плечами:

— По-моему, ты просто придираешься к словам.

— По-моему, он просто неприятный тип, — заметила она.

Хорошо, что я не признавалась Полине в том, что Дима мне нравился.

Мы бродили среди толпы Костиных друзей и болтали обо всем на свете. Временами Полина просила меня показать свою ладонь, чтобы прочитать по ней мою судьбу.

— Ну дай посмотрю, — клянчила она как маленькая девочка.

Я упрямилась. Это уже давно превратилось в нашу игру. Полина пыталась, если не уговорить меня показать ладонь добровольно, то подловить ее, а я прятала руки и сжимала их в кулаки. Даже не знаю, почему. Просто из вредности? Все равно я во весь этот бред не верила.