Твоя в долг

Пролог

«... Есть мужчины, которые пахнут не парфюмом, а опасностью.

Но ты всё равно идёшь за ними, как за последним глотком кислорода, даже зная, что в конце концов сгоришь.»

— Если бы мне предложили бросить работу и поехать на Мальдивы с мужчиной мечты, я бы даже смену не дорабатывала, не то что две недели, — тянет Катя, выкладывая палетки с тенями на стенд. — Бросила бы заявление нашей мымре и ушла без оглядки из этой богадельни.

— Меня мучает совесть, — бормочу я, поправляя бейджик с кривой надписью «Милана. Продавец-консультант». — Вас без выходных бы оставили.

— Совесть? — Катя смешно фыркает. — Мил, я тебя, конечно, обожаю, но ты иногда странная. У тебя заботливый, обеспеченный взрослый — не на много, что тоже важно, — мужик появился, — подруга игриво подмигивает, а я цепляю её плечом, чтобы прекратила. — А ты переживаешь, что уходишь с работы, где платят копейки, а спрашивают как за миллион. Да пошла эта контора на три буквы, ты без них с голода не умрёшь.

Смеюсь. Катя в своём репертуаре, резкая, но не злая. За это я её и люблю.

— Мне просто… непривычно, Кать, — руки машинально наводят порядок на стенде с люксовой линейкой. — Всё как будто не со мной происходит. Слишком красиво, слишком легко.

— Это от того, что ты привыкла жить в болоте. Руслан показал тебе, что бывает по-другому. Лучше.

Подруга права. Я привыкла к поломкам — в вещах, в людях, в себе. Привыкла к папе, который пахнет самогоном и не моется по три дня. К маме, которая однажды ушла в магазин и не вернулась. К крикам в подъезде. К вечному «я не могу себе этого позволить».

Но однажды в моей жизни, как по волшебству, появился Руслан. Рядом с ним я сразу почувствовала, кто тут главный, и мне можно больше ничего не решать.

Катя наклоняется ближе:

— Милка, расскажи ещё раз как вы познакомились. Ты тогда на картинге подработку нашла?

Улыбаюсь. Это история, которую мне приятно вспоминать.

— Да. Работать на двух работах без выходных было сложно, но лучше так, чем вечно убирать пустые бутылки за отцом. Руслан приехал в один из дней с друзьями погонять по трассам. Четверо мужиков, все в брендовых спортивных костюмах, с дорогими часами на запястьях и с надменными взглядами, говорящими всем, что они самые крутые. Я тогда подумала, что припёрлись очередные мажоры, от которых шума будет больше, чем заработка.

— Но?..

— Но Руслан… держал друзей в ежовых рукавицах, под его пристальным надзором все вели себя довольно прилично. Шутили, конечно, подкатывать пытались, громко смеялись над собственными шутками, но не буянили. Руслан как-то выделялся на фоне остальных, был будто самый строгий из всех, серьёзный слишком. От такого совсем не ожидаешь, что он подойдёт к тебе, посмотрит своими чёрными, как смоль, глазищами — от которых, кстати, сразу мурашки пошли по всему телу — и без тени смущения заявит, что влюбился. Я чуть кофе не подавилась тогда. От такого нахальства.

Катя смеётся.

— Но сразу поплыла, да?

— Ну нет, — прячу смущённый взгляд и начинаю суетливо поправлять тюбики с тональным кремом. Кто-то перемешал все оттенки на полке. — я сначала отшутилась, сказала, что ему не на треке гонять надо, а в театр на сцену. За такую актёрку ему главную премию сразу дадут. Он ушёл, не промолвив ни слова. Обиделся, я думала. Но через час Руслан вернулся. Один. Без друзей. И предложил покататься вместе с ним. Мне снова пришлось ему отказать — мы ж не имеем права кататься в рабочее время. Тогда он достал из кармана банковскую карту и сказал, что арендует все треки до закрытия.

Напарница довольно кивает.

— Блин, он у тебя ещё и смекалистый. Завидую я тебе, Милка, белой завистью. Вот правда.

— Руслан и правда очень находчивый, — поправляю. — Всё делает будто невзначай, но каждая деталь обязательно с точностью хирурга просчитана. Его нельзя застать врасплох.

Замолкаем на минуту. Я выставляю новые блески на полку, проверяю сроки годности, а Катя оттирает пробники от чьих-то отпечатков.

— А что потом? Вы сразу пошли на свидание?

— Руслан дождался конца моей смены и предложил подвезти до дома. Вернее, не предложил, а почти приказал. Я как представила, что мы на его шикарной машине подъезжаем к моей зашарпанной пятиэтажке, то сразу выпалила «нет». Понимала, что он наверняка пошлёт меня куда подальше после такого мороза. Ну зачем ему какая-то двадцатилетка в растянутой фирменной майке и затёртых кедах, вечно говорящая «нет»?

Катя едва заметно кивает в знак согласия.

— Но он и словом не обмолвился, просто молча прожигал взглядом во мне дыру и ждал, пока я поддамся. Словно проверял насколько я смелая. В общем, я таки села в его машину. Мы поехали пить кофе на набережную. Он заказал мне латте с сиропом, потому что решил, что такой ангел, как я, не может пить горькое. — Катька мечтательно стонет. — Проговорили мы до полуночи, а потом он поцеловал мне прямо на парковке, под первыми каплями дождя. Как в кино, обхватил мой затылок и потянул на себя.

Улыбка подруги растягивается до ушей, она довольная как будто смотрит романтический фильм.

— Ты, конечно, Милка, смелая. Я бы испугалась сесть к незнакомцу в машину. Мало ли кто он.