Твоя жена тебе не пара

Часть 3

Вчера к Марианне он не пошёл. Переночевал у друга, потому что знал одно: если появится у Мари на пороге, это будет обозначать, что он окончательно сделал свой выбор.

Какое-то время, когда Аня выставила его вон, Кирилл чувствовал себя обиженным великовозрастным ребёнком. Это было неправильно, и Кир это понимал, но ничего не мог с собою поделать. У них с женой всё было прекрасно, но лишь до момента, когда беременность не стала Ане настолько в тягость, что её уже не хватало ни на что. Не говоря уже про секс, отсутствие которого Михайлов воспринимал очень остро.

Были и разговоры, точнее, его намёки. Были и попытки удовлетворяться без жены, в гордом одиночестве, однако совсем скоро у Кирилла, как у собаки Павлова, на подобное осталась лишь одна реакция - словно его регулярно били током. А так и до импотенции было недалеко.

Встречу с Марианной у общих знакомых Кир воспринял как знак свыше. Первое время ещё совесть не позволяла окунуться в любовный угар, но когда тормоза сорвало, Михайлов, наконец, пришёл к тому, чего так долго желал. Тогда уже и мыслишки появились: а правильно ли они с женой поступили, когда прошли через его измену, что тоже не появилась на ровном месте, а имела чёткие причины? Он думал об этом, а изнутри его снедали угрызения совести: как можно жалеть о сделанном, если результатом этого примирения стала их Алиска, в которой он души не чаял?

И вот сейчас он снова был изгнан Аней, на этот раз, видимо, навсегда. Конечно, он останется отцом их дочери, но о том, чтобы спасти их трещащий по всем швам брак, пожалуй, можно забыть.

Кир, немного пораздумав, всё же отправился к Мари, собираясь сказать ей, что с этих пор они будут жить вместе. Он хотел посмотреть на реакцию молодой любовницы на эту новость. Ведь одно дело встречаться в свободном режиме, а другое - быть бок о бок и вести совместный быт.

Когда вошёл в квартиру, открыв дверь своим ключом, первое, что увидел - грязный след от мужского ботинка в прихожей. В последний раз, когда он здесь был, возле входной двери было чисто, а оставить его сам Кир не мог. В том, что касалось чистоты, он был весьма педантичным.

Пока разувался, в голове зароились воспоминания о том, как они с Мари встретились у приятелей. Она тогда была в компании странного мужика, который был старше неё чуть ли не раза в три. Но на все вопросы о нём Марианна отвечала, что это просто друг. До сего момента в личное пространство любовницы Михайлов не лез. Но если они будут вместе не только делить постель, но и жизнь, такие вопросы придётся брать на контроль.

- О! Кирюша! - не скрывая удивления, воскликнула Мари, когда он вошёл в комнату без стука.

Раз уж велика вероятность того, что они будут теперь жить на одной площади, пусть привыкает.

- Маш… я же просил не дымить здесь кальяном… - проговорил он, глядя на то, как Марианна встаёт с дивана, на котором сидела, курила ароматный табак и что-то смотрела в ноутбуке.

- А я - просила не называть меня Машей, - парировала она.

Быстро убрала всё, отнесла на кухню раскалённые угли и вернулась.

Когда он снимал для Марианны эту квартиру, особенным условием со стороны арендодателей было отсутствие курящих людей в помещении. И Кирилл клялся и божился им, что ни шумных вечеринок, ни каких-либо нарушений договора по части «дымовых завес» здесь не будет.

- Он не остаётся в виде запаха, - заверила его Мари, подходя и начиная ластиться к нему, как кошечка.

Михайлов, прижав её к себе одной рукой, всё равно строго проговорил:

- И тем не менее, я не разрешаю здесь дымить…

- Но они приедут проверять квартиру совсем нескоро! - запротестовала Мари.

- Я не разрешаю. Я! Услышь меня, пожалуйста.

Возможно, сказано это было довольно строго, но Марианне, на удивление, это понравилось. Нравилось и Киру, особенно когда Мари об него потёрлась. Однако, возбуждение, которое любовница вызвала, исчезло, стоило только ей сказать:

- Слушаюсь, папочка.

Михайлов поморщился и, высвободившись из объятий Марианны, отошёл к дивану. Устроился на нём, мельком взглянул на экран ноутбука. Опять какие-то аниме или как там это называется…

- Не нужно так ко мне обращаться, ты же знаешь, - сказал Кир и прежде, чем Мари бы ответила, добавил: - Как ты посмотришь на то, чтобы мы съехались? Я уйду от жены и перееду сюда. Придётся тебе, конечно, потесниться… но вроде ты была не против, чтобы я оставался здесь ночевать. А я предлагаю не только ночёвки, но и совместную жизнь.

Он растянул губы в улыбке, но она очень быстро померкла, когда Кирилл увидел по реакции Марианны: она совсем не рада тому, что услышала.

Даже показалось, что на лице Мари мелькнуло что-то вроде испуга. Интересно даже стало, чего она опасалась? Совместного быта, или того, что её свободная жизнь завершится? Но ведь Марианна должна была понимать, когда они вместе искали эту квартиру и она настаивала на том, что апартаменты должны быть недешёвыми, - в бирюльки он играть не будет и рано или поздно сделает свой выбор. Тем более, что жена обо всём узнала довольно быстро, чему сейчас, по факту, он был только рад.

- Что там за грязь от мужского ботинка в прихожей? - прежде, чем Мари бы ответила, спросил Кир приглушённо.

Она облизнула пересохшие губы и, подойдя к нему, опустилась на пол, обняв его ноги и прижавшись к ним щекой.

- Папочка ревнует, - промурлыкала Марианна.

Кирилл сцепил челюсти.

- Не смей меня так называть! - рявкнул он. - Что там за след? - поинтересовался, ощутимо потянув за волосы на затылке Мари, чтобы она повернула лицо к нему.

- Ай! - возмутилась она, но всё же посмотрела на Михайлова.

В глазах Мари расползлась чернота. Что было причиной этому? Кирилл не знал. Но казалось, что во взгляде и страсть, и испуг, и возбуждение сразу. Этот коктейль сводил с ума и одновременно сбивал с толку.

- У меня был сантехник. В ванной труба текла. Я не стала тебя отвлекать, - чуть обиженно проговорила Марианна. - А курить я больше не буду.