Ты будешь моей или Встреча с бывшим

6

Уже в шесть я встала, хотя точнее будет сказать, что толком и не ложилась. Всю ночь Дана писала Руслану сообщения и чаще всего голосовые. Ревность — страшное чувство, а женская ревность страшнее вдвойне.

Под утро они связались по видеосвязи. Понимая, что поспать мне не удастся, оделась и вышла на улицу.

Думаю, если бы не мысли об Артеме, то плевала бы я на разногласия влюбленных. Какое-то внутреннее чувство паники и угнетенности не покидало. Много лет назад я бежала и спряталась от человека, которого любила. Все это делала ради будущего своего ребенка. Сейчас мое надежное прикрытие рухнуло.

Я желала поскорее отсюда уехать и… спрятаться. Как сделала это пять лет назад. Я создала свой мир. Без Артема, без знакомых из прошлого и даже без отца. Сознательно выбрала такой путь. Обычная жизнь без разборок, оружия и опасностей.

Мысли о том, как правильно поступить, не давали покоя. Перед поездкой мы подписали договор, который имел множество пунктов. Самый главный — это неразглашение сути документа.

При встрече с Артемом мое благоразумие пошатнулось. Я хотела рассказать ему все, получить всю ласку и страсть, которой была лишена эти годы. Нельзя здесь оставаться! Все доводы рухнут, если рядом будет он.

— Доброе утро, — услышала голос Вадима Эдуардовича.

— Доброе утро. С днем рождения вас. Пусть все загаданное сбудется.

— Спасибо, Даночка.

Он обнял меня и чмокнул в щеку.

— А ты ранняя пташка, — присаживаясь рядом, произнес он.

— Смена обстановки. Не привыкла спать вне дома.

— А вы у Руслана в квартире в центре живете? — Не слушая мой ответ, он продолжил: — Там недалеко от него трамвайные пути, шумно с самого утра. Хочешь не хочешь, а проснешься. А ведь предупреждал, что квартиру нужно брать с окнами во двор.

— Так окна спальни выходят во двор, — как бы невзначай напомнила я. — И трамвайные пути на параллельной улице, шум не так слышно.

Мне однажды приходилось бывать у Руслана. Дана Денисовна уехала к любимому, а мне срочно понадобилась ее подпись на документах. Вот пришлось вызывать такси и ехать. Поэтому я знала расположение комнат. А недалеко находилась наше любимое со Стасом кафе. Вот возле него и проходили трамвайные пути. Вопрос в том, почему отец Руслана говорил вещи, не соответствующие действительности? Проверял? Или у него какие-то проблемы с памятью?

Руслан часто рассказывал Денисовне, что отец в больнице. У него множество заболеваний, начиная от сердца и заканчивая проблемами с сахаром.

— Давно у него не был. Запамятовал. Значит, вы там живете?

— Мы пока не определились. То в моей квартире ночуем, то у Руслана, — соврала я.

— Давно пора ему дом иметь. Тебе этот нравится?

— Очень уютный.

— Вот думаю его оставить твоему мужу.

Я растерянно заморгала. И что мне отвечать на подобные заявления? Поэтому просто промолчала.

— Руслан хороший парень, — так и не услышав от меня реакции на свое решение, продолжил Вадим Эдуардович. — Странно, что только сейчас он решился создать семью. — Он словно говорил сам с собой, размышлял вслух. — Я думал, что он женится первым из моих сыновей.

— Ну, он женился вторым, — произнесла для поддержания разговора.

— Думаю, и последним. Артем вряд ли создаст семью. Порой мне кажется, что он останется один. Без детей и жены.

Я снова промолчала. Не нравился мне этот разговор. Зачем мне это рассказывать?

Рассеянно слушала и кивала. Видимо, отец Руслана был из тех, кто любил поговорить и порассуждать. Ему не нужно мое согласие или отрицание.

— Что ж, пора будить всех, — поднимаясь, произнес он.

Посмотрела на время. Еще не было и семи утра.

— А не рано? — неуверенно спросила я.

Я бы с удовольствием еще поспала, но Руслан с тезкой не дали мне такой возможности. Завтра высплюсь. Очень хотелось, чтобы сегодняшний день прошел быстро. Соскучилась по сыну. И чувство тревоги не покидало.

У меня есть два варианта. Либо убедить Артема в семейной идиллии между мной и его братом и не допустить, чтобы он узнал о Стасе. Либо срочно снова менять жизнь. Я склонялась ко второму. Чувства Артема ко мне, как и мои к нему, не остыли, а это значит, что он может прийти в гости, начать проверять, как мы живем, и тогда… Страшно подумать, что тогда.

Я не могла позволить себе такой риск. Артем слишком хорошо меня знал, хотя наш роман был очень скоротечным. Артем чувствовал ложь, ловил на мелочах, которых я бы и не заметила. А если он узнает? Если догадается?

Вариантов оставалось немного. Я должна была уехать. Снова. Оставить все, что у меня было, и начать сначала. Но где? Как?

Все эти переезды, новая жизнь, попытки спрятаться — они утомляли. Но по-другому я не могу. Если Артем поймет, что я его обманываю, последствия будут непредсказуемыми. А я не должна рисковать самым дорогим, что у меня есть.

— В самый раз, — перебил мои размышления Вадим Эдуардович. — Все должны просыпаться рано. Распорядок дня очень важен.

Я хмыкнула. Так себе утверждение.

Свекр подошел к беседке и достал бензопилу.

— Нужно подготовить дрова для шашлыка, — заявил он. — Вот раньше, когда я был моложе, дрова колол топором. Годы уже не те.

Вадим Эдуардович завел бензопилу и начал кашлять, так и не приступив к распиловке дров. Я ловко заглушила громко жужжащий прибор.

— С вами все в порядке? Может, воды? Лекарство?

— Нет-нет. Само пройдет, — продолжая кашлять, произнес он.

Он положил инструмент на землю.

— Давайте помогу, — предложила я.

Не то чтобы я умела пользоваться бензопилой. Так, пару раз видела.

— Это несложно, — тут же согласился Вадим Эдуардович. — Ты, главное, пару минут поработай, а там мужчины проснутся и тебя заменят, — довольно произнес он.

Вот же коварный! Я улыбнулась. Он сел на одно из бревен. Видно было, что он не притворяется. Сил у него не так много, как и здоровья.

Я завела пилу и приступила к делу. Почему-то мне всегда казалось, что орудовать такой махиной легко. Ничего подобного! Мало того что она прилично весила, так еще необходимо было удерживать ее, чтобы сделать распил. Меня хватило только на один. Чувствовала, что сил на повторный подвиг не хватит.