Ты будешь моим, милый!

Глава 4. Во дворец

— Чего так долго, Санька? — заступил мне дорогу Войко.

— А это кто? — спросил у меня Эндрис, кивая на соседа.

— Я ее жених, — опередил меня с представлением Войко.

— Еще один? Не многовато для желающей учиться? — усмехнулся мужчина и прошел мимо нас к выходу.

Секундное замешательство, и я, выхватив сумку из рук Войко, поспешила за Эндрисом, краем глаза замечая сидящую за столом Норму, которая застыла с пачкой бумаг в руке и с любопытством следила за представлением.

— Он мне не жених! — крикнула я вслед.

— Не понял. В смысле еще один? — одновременно со мной зарычал Войко, а потом схватил за руку, останавливая. — Санька, он что, в женихи к тебе набивается? Да я его…!

— Стоп, ты не так все понял. Тьфу ты. Чего я оправдываюсь? Тебя это вообще не касается. Он мне не жених, и ты мне не жених. Дальше справлюсь сама, спасибо, что проводил.

Эндрис за это время скрылся в коридоре. Высвободив руку, я устремилась за мужчиной, боясь потерять его из виду, но не учла упрямство Войко. Так мы до кареты, стоящей перед входом в академию, и передвигались: я пыталась поспеть за Эндрисом, а сзади зло сопел Войко и на все мои просьбы уйти отвечал отказом.

Эндрис Вайт ждал меня у открытой дверцы кареты. На лице его застыло вежливое выражение, и только нервно постукивающая нога выдавала в нем нетерпение.

— Прошу вас. — Он подал мне руку, а я, глядя на него, вновь подумала, что уже видела его раньше.

— Куда вы ее увозите? — спросил Войко.

Внутри кареты было довольно просторно, две широкие лавки, обитые мягкой тканью, располагались друг напротив друга, а в уголке на каждой из них лежали несколько подушек и два пледа. При желании здесь могли поместиться человек шесть, и при этом им не было бы тесно.

Свой мешок я пристроила под лавку и села возле входа, чтобы не упустить ничего из разговора. Я очень надеялась, что Эндрис не станет отвечать Войко и просто сядет в карету, но тот растоптал мои надежды:

— Девушка приглашена на Королевский отбор, а я ее просто сопровождаю до столицы. Еще вопросы? Если нет, то нам нужно выезжать.

— Санька, так, значит, то письмо было из дворца? — Войко прорвался к двери и просунул голову внутрь, с претензией посмотрев на меня, хотя я ему ничего не обещала.

— Слушай, я на две недели, туда и обратно. И сразу поступлю в академию. Ты, главное, родным не говори, чтобы они не волновались, хорошо?

Эндрису надоело ждать, и он отодвинул Войко от входа, после чего забрался внутрь, сел напротив меня и дал команду кучеру трогаться. Я смотрела на удаляющегося соседа, и меня одолевало нехорошее предчувствие: слишком хорошо я знала его и не верила в благоразумие.

— Можете расслабиться, впереди два дня пути, и сбежать у вас не получится.

— Вы о чем?

— Ректор рассказал, что вы пытались спрятаться в академии, чтобы не ехать на отбор. Что ж, от меня не скроетесь, — усмехнулся он. И тут в голове как щелкнуло, полезли воспоминания о событиях двухлетней давности. Вот стоит он, Грегори, а рядом с ним его друзья, на которых я смотрела обычно вскользь. Невысокий русый и два брюнета, один из которых выглядел точь-в-точь как Эндрис.

— Вспомнила!

— Вы о чем? — удивленно посмотрел на меня мужчина.

— А? Да ничего, вспомнила, что платье любимое забыла, — отбрехалась я, с подозрением поглядывая на него и пытаясь понять, узнал ли он меня. Но тот сидел соврешенно беззаботно.

— Не переживайте, без нарядов не останетесь, — отмахнулся он и отвернулся к окну замолкая.

Следующие два дня мы провели в тишине. Я боялась ненароком выдать себя, а Эндрис смотрел на меня как на простое приложение к багажу. Редкие реплики сводились к пожеланиям доброго утра и предупреждениям об остановках. А в остальное время мы молчали.

Так что, когда мы подъехали к воротам столицы и он предложил показать город, я отказалась, попросив сразу же отвезти меня во дворец. Уговаривать он не стал и, дав указания кучеру, вновь отвернулся к окну.

В этот раз я последовала его примеру и во все глаза смотрела на мелькавшие мимо улицы с домами, прижимавшимися тесно друг к другу, на прохожих, чинно вышагивающих по чистым дорогам (нам бы такие в деревню), и на другой транспорт, который довольно часто проезжал мимо нашей кареты. В деревню на старой карете, скрипящей на поворотах, приезжал только почтальон по утрам. Местные же катались до города на телегах. Еще в Дагроут приходили дилижансы, на которых можно было добраться до других крупных городов королевства.

Здесь же за полчаса езды я увидела несколько дилижансов, пять открытых экипажей, в которых сидели разряженные девицы, шесть закрытых карет и больше десяти всадников, промчавшихся мимо нас. Да, я всех посчитала.

А потом я увидела его. Дворец. Правда, пока сбоку. За высоким кованым забором и огромным парком виднелись белые стены здания с башенками и фигурами на крыше. Разглядеть, что это за статуи, было сложно из-за расстояния. Да и оценить правильно размеры дворца не получалось, так как я еще не видела его с главного входа.

Но туда мы не поехали. Карета остановилась возле небольших ворот, у которых стояли два стражника в черно-золотой форме. Эндрис вышел из кареты и подошел к ним. Что-то сказал, передал письмо, и после этого нам открыли ворота.