Ты будешь счастливой

Глава 3

Раз в неделю меня вытаскивали на допросы, где я говорила все тоже самое, что и при приезде в тюрьму. Решила стоять на своем. Сегодня опять меня водили на допрос к смотрителю. На допросе я говорила все тоже самое. В середине допроса забежал мальчик в комнату. На вид ему было лет пять. Как оказалось, это был сын смотрителя. Одет он был странно, но может это нормально для этого времени. На нем были черные брюки, черная туника с капюшоном, который был накинут на голову. Сын смотрителя что-то шепнул на ушко отцу, а потом как-то так повернулся. Что капюшон слетел с его головы, и я увидела, что все его лицо покрыто корками, явно зудящими, веки были опухшие и красные. Мальчик быстро накинул капюшон обратно и выбежал из комнаты.

-Как его зовут? – спросила я у смотрителя

-Кого?

-Вашего сына

-А тебе зачем знать его имя?

-Что с ним?

-Тебе то какая разница? Мой сын болен. На этом и закончим. Итак…

-Можно я осмотрю его?

-Кого? – удивленно спрашивает меня смотритель

-Вы же поняли кого

-Нет. Моего сына не надо осматривать. Он не клоун из шапито, чтоб его осматривать

-Я врач, доктор по специальности и могла бы его осмотреть

В ответ я услышала смех смотрителя

-Кто ты? Доктор? - это ж курам на смех! Что еще вы придумаете? Что! – переходя на крик, закончил смотритель

Смотровой отвел меня в камеру. Остаток дня прошел как обычно в работе.

На следующий день за мной опять пришел смотровой. Было странно, что допрос был на следующий день. Видимо я совсем рассердила смотрового. Но когда мы поднялись на третий этаж, где обычно шел допрос, мы не пошли по коридору, а пошли выше. На мой вопрос, куда меня ведут, смотровой решил не отвечать. Мы поднялись на пятый этаж и меня повели по коридору. Почему-то перед глазами предстала камера пыток. Мне стало дурно. Но когда меня ввели в комнату, которая больше походила на библиотеку, я немного успокоилась.

-Спасибо. Подождите за дверью – услышала я женский голос, обращавшийся к смотровому. –А вы присаживайтесь, - указав на стул сказала мне молодая женщина. На вид ей было лет тридцать. У нее были светлые волосы, уложенные, как подобает всем женщинам в этом мире, в косу и забраны назад. Глаза у нее были зеленые, очень красивые и очень грустные. Нос прямой, и красивые, в меру полные губы.

- Я Елизавета Ильинична. Мой муж, Дмитрий Павлович, - видимо мой недоуменный взгляд сказал все за меня, и женщина решила уточнить, - смотритель тюрьмы, рассказал мне, что вы хотели осмотреть нашего сына.

Я кивнула головой.

-Я знаю, что Дмитрий Павлович, вам не разрешил, поэтому я решила с вами встретиться, не ставя его в известность. Вы действительно доктор?

-Да

-Это очень странно конечно

-Почему странно?

-Потому что врачеванию обучают только мужчин. Где же вы учились? И как вы попали туда?

-Там откуда я приехала, учат всех и мужчин, и женщин. И я бы очень хотела осмотреть вашего сына и хоть чем-то помочь.

-Наш сын, Денис, родился здоровым мальчиком. Но в года два у него стали опухать веки, глаза по утрам слипшиеся были, потом появились эти пятна на лице. Дениску осматривали лучшие врачи. И все как один разводили руками. Говорили, мыть реже, давали очень едкие мази, от которых было еще больше покраснения. Сказали прятать от солнечного света и носить темные одежды. Мы уже не показываем сына никому, – закончила жена смотрителя. Я видела в ее глазах боль, боль матери за своего ребенка.

-Я хочу осмотреть вашего сына. Разрешите мне.

Женщина посмотрела на меня заплаканными глазами.

-Я разрешу вам осмотреть сына, когда Дмитрий Павлович уедет с докладом к королю.

-Хорошо, Елизавета Ильинична. Я постараюсь помочь.

Через два дня, во время стирки за мной пришел смотровой и повел к Елизавете Ильиничне. Войдя в библиотеку, в кресле у окна сидел Денис в черных одеждах, и внимательно рассматривал книги, в которых не было картинок, а был только текст, но делал он это со знанием дела. Я подошла к креслу и села на корточки, чтобы быть на одном уровне с мальчиком

-Здравствуйте, молодой человек!

-Здравствуйте! Мама сказала, что вы мне поможете

-Я попытаюсь, но сначала мне нужно тебя осмотреть.

-Да, конечно.

Денис встал с кресла и начал раздеваться. Сразу видно, что ребенок не в первый раз пришел к доктору на прием. Все знает. Денис стоял передо мной в одних трусиках. Волосы на голове были редкими, видно было, что они выпадают, а на месте выпавших растут новые, но они тонкие ломкие и слабые. Кожа головы гиперемирована и повсеместно расчесана

- Денис, у тебя голова чешется?

-Да, очень, особенно по ночам. Но я привык. Это можно пережить. Вот глаза больно очень.

Я осматриваю лицо мальчика. Ресниц и бровей практически нет, веки воспалены, гиперемированы, есть гнойное отделяемое из глаз. Кожа на лице тоже гиперемирована и расчесана. Есть небольшие гнойнички, которые расположены хаотично, они спускаются на шею и тело, но на теле воспаление выражено меньше. Я понимаю, что это демодекоз, то есть это клещ, который поражает гладкую кожу и волосы. Учась в институте на курсе кожных болезней мы видели таких пациентов, и поэтому мне не составило труда поставить диагноз. Конечно в идеале надо провести лабораторные исследования, но думаю, что тут это не реально.

-Вы знаете, что с моим сыном?

Я поворачиваюсь к жене смотрителя и задаю ей вопросы, чтобы убедиться

-Елизавета Ильинична, я хочу задать несколько вопросов, для того чтобы утвердиться в своем диагнозе. Денис, ты можешь одеться

-Да, конечно

-Скажите, вы или ваш муж или кто-то, кто общается и контактирует с Денисом замечали высыпания на коже или покраснение, или зуд?

-Нет, - не уверенно ответила Елизавета, - вроде бы нет

-Все-таки вроде бы?

-Я не могу так сразу вспомнить

-Елизавета Ильинична, мне нужно это знать, это важно.