Ты должна была сбежать. Невинная для миллионера

Глава 14

Новость о договоре настолько ошарашила меня, что, кажется, минут 5 я просто просидела с открытыми ртом.

Раздался стук в дверь, и милая санитарка в аккуратном белом костюме принесла обед: блюда в красивой изящной фарфоровой посуде, каждое из которых было накрыто колпаком, чтобы не остыло. От подноса шел аппетитный аромат и только сейчас я поняла, насколько я голодна.

— Приятного аппетита, — мягко сказала она и поставила поднос на столик с колёсиками, подкатив его ближе к кровати.

Под колпаком оказался изысканный крем-суп из спаржи с капелькой трюфельного масла , бефстроганов из мраморной говядины с нежным картофельным пюре, салат из рукколы, пармезана, груш и орехов в карамели, сбрызнутый чем-то цитрусовым.

Я нервно хихикнула, я привыкла к гораздо более простой еде. В этой клинике кормят, как в ресторане.

Я попыталась съесть всё, но не смогла. Порции были большие — или я всё-таки ослабла сильнее, чем думала. Но после нескольких ложек супа и пары кусочков говядины меня будто обволокло тёплой ватой. Стало спокойно, даже тошнота отступила. Я откинулась на подушки и прикрыла глаза.

Последней мыслью перед тем, как провалиться в сон на несколько часов, было:

«Я что-нибудь придумаю… Обязательно придумаю».

Остаток дня я провела, валяясь в кроватке, периодически смотрела телевизор, ела и дремала. Мозг отказывался работать и тело как будто перешло в спящий режим, в голове было пусто, видимо мой обморок не прошел даром. Мысль про договор была настолько тяжелой для меня, что я решила, буду думать об этом завтра. Сегодня в голову шли только дурацкие варианты типа подписать его не своей подписью или вовсе податься в бега с Соней и нерожденным еще малышом на руках. Даже сейчас я понимала, что это безумие. Утро вечера мудренее или как там говорится…

На следующее утро я действительно проснулась гораздо бодрее.

Голова не кружилась, глаза не слипались, даже в животе не ныло, как обычно. В комнате по-прежнему было тихо, только свет уже стал ярче, мягко падая сквозь жалюзи.

Атмосфера этой больницы была… странно успокаивающей.

Чистота, порядок, никаких резких запахов и суеты. Я чувствовала себя живой. И даже — как ни странно — немного отдохнувшей.

Даже тошнота, моя привычная спутница последних дней, отступила.

Вскоре зашла врач — та самая, которая была в приёмной вчера.

— Мы провели все необходимые обследования. С вами и с малышом всё в порядке, — сказала она, просматривая планшет. — Сегодня днём вас выпишут.

Постарайтесь не волноваться, много отдыхать и, пожалуйста, ешьте регулярно. Вам нужно восстанавливаться.

Я кивнула, но внутри всё равно было тревожно. Я всё ещё не знала, как мне быть…

Через час за мной заехал водитель Северинова— спокойный и сдержанный мужчина лет пятидесяти, в черном костюме и белой рубашке.

— Юлия, вас ждёт машина, — сказал он ровным голосом.

Я села, приподнявшись на кровати.

— А где Игорь Сергеевич? — спросила осторожно, стараясь не выдать разочарования.

Водитель на меня удивлённо посмотрел, будто я спросила у него, как давно в город прилетели пришельцы или еще какую-то небылицу:

— Он уехал на важные переговоры. Должен вернуться к вечеру, если все будет в порядке.

В этот момент внутри что-то щёлкнуло.

Неужели я действительно думала, что Игорь приедет лично? Много мне чести...

Откуда в душе вдруг появилось это нечто — какая-то глупая, непонятная надежда? На что? Я так много себе придумала, но это происходит неосознанно, честно! Умом я понимаю, что мы не пара, что Игорю нужен только ребенок и вообще я должна ненавидеть Северинова. Но сердцем…Я сама не понимаю, что это за чувства и откуда они взялись, но если я буду позволять им управлять мною, то точно пропаду.

Игорь… точно нет. Он — как лёд, холоден и отстранён, словно далекое созвездие, с которым невозможно сблизиться, даже если у нас общий ребенок.

Глупая. Опять. Опять надеялась, что он придёт сам. Заберёт. Скажет что-то важное. Да кто ты ему вообще такая? Просто мать его ребёнка. Даже не мать. Просто… инкубатор?

Мне хотелось быть ближе с ним, по-настоящему. Но он — совсем не такой. И ситуация не та. Мы из разных миров.

Я не должна быть здесь…

Я молча кивнула и позволила водителю и встала с кровати, я была готова ехать.

Машина мягко покатила по улицам города, и вскоре мы подъехали к шикарному жилому комплексу, находящемуся в самом престижном районе нашего города. Водитель проводил меня в квартиру, находящуюся на 20 этаже.

Квартира была оформлена в современных, строгих тонах — глубокие темные оттенки, много натурального дерева, гладкие чёрные поверхности, которые отражали свет из окон. Вся техника — новейшая, от умного освещения до панели управления климатом, всё дышало роскошью и минимализмом.

В этом пространстве всё было идеально, но холодно, словно интерьер отражал душу хозяина — красивую, но неприступную крепость.

Водитель коротко кивнул:

— Устраивайтесь поудобнее.

Я лишь молча кивнула в ответ, хотя удобства здесь были последним, о чём я могла думать. Через секунду дверь за ним захлопнулась, оставив меня одну среди идеально отполированных поверхностей и глухой тишины.

Я стояла посреди огромной квартиры, как бедная родственница. Не знала, куда себя деть, даже руки не знала, куда приткнуть.

В голове замелькала мысль: надо позвонить Соне, единственному близкому и родному человечку в этом мире.

Я машинально потянулась к сумочке — и замерла.

Её не было.

Секунда, вторая — и меня накрыло ледяной волной. Где она? Где же, черт возьми, моя сумка?!

И тут до меня дошло: а сумку я видела в последний раз в машине Игоря. А внутри: телефон, мои две тысячи рублей, паспорт, косметичка, какие-то важные мелочи, которые всегда были со мной. Всё.

Я осталась вообще без всего. Даже не как гость. Как пленница. Даже позвонить не могу!

И ведь самое страшное — мне даже некому об этом сказать, не у кого попросить телефон, я тут одна! Это что, тюрьма класса люкс?!