Ты меня (не) спасёшь

Глава 8. Начало конца

Наступил день досудебных слушаний. Я раздумывала только об одном, что надеть, и гнала прочие мысли. Не потому, что была кокеткой и хотела показать мужу, кого он теряет, а скорее наоборот, чтобы Ник увидел, что я настроена серьёзно. В итоге остановила выбор на джинсах и белой футболке.

Олег заехал за мной за час до мероприятия.

— Ты так и не научилась водить машину? —спросил он, не поворачивая головы, когда я юркнула на переднее сиденье его новенькой «Тойоты».

Бывший остался верен своим привычкам, хотя машина была уже не той устаревшей моделью, что в своё время являлась  свидетелем наших безудержных ласк.

— Нет, мне не к чему лишние нервы, — ответила я, смотря в боковое стекло. Спустя годы мы снова сидели рядом, но всё стало по-другому, да и мы уже не те.

— Развод оформим быстро, — между тем по-деловому скупо и холодно рассказывал Олег, будто читал неинтересный доклад. — Судья может дать два месяца на примирение, но если ты сможешь найти серьёзную причину, то она смягчится и разведёт вас быстро. Реши для себя, готова ли при всех рассказать об измене мужа? Или тебе легче будет пойти на попятный?

И снова Олег проверял меня. Я так устала от его сомнений в моей искренности, похоже, бывший считал меня двуликой обманщицей, или той, кто сама не знает, что ей понадобится в следующий момент. И это после нескольких лет совместной жизни, обидно!

— Не пойду, не уговоришь, — сжав зубы, прошипела я и тут же громко произнесла: — Останови машину! Останови, иначе выпрыгну на ходу.

В доказательство своих слов я приоткрыла дверцу. Конечно, прыгать не собиралась, но знала, что Олег не станет рисковать.

Он вообще был тип нерисковый, чем уравновешивал мою юношескую безбашенность. Олег -- оплот здравомыслия, от которого я фанатела и когда-то была готова ползти за ним на коленях хоть на край света.

А ещё бывший всегда мог вернуть меня к жизни, не заставляя наступать на горло собственной песни. Не ожидая, что я стану другой. Идеальной.

— Что ты хочешь, Зоя? — спросил он, повернувшись ко мне после того, как свернул с дороги и припарковался в одном из дворов. Время было такое, что ещё можно найти свободное  место. — Будешь играть в перемену настроения? Обиду? Я не твой муж, чтобы это терпеть.

Во взгляде Олега не осталось и толики той теплоты, по которой я безумно скучала. И поняла я это только тогда, когда мы с бывшим снова встретились. Олег казался мне выжженной пустыней, и увидеть это мог лишь тот, кто сам был таким.

— Поцелуй меня, — произнесла я, заглянув в глаза. — Пожалуйста!

В глазах мужчины мелькнуло что-то похожее на недоверие, и они снова стали непроницаемо холодны.

— Поцелуй! — уверенно потребовала я. — И сразу поедем. Больше я об этом не попрошу.

В голове зажглась идея-фикс, будто кто-то уставший от темноты и беспросветности, включил в мозгу лампочку, и теперь её свет позволил разглядеть очертания предметов, наваленных в маленькой комнате.

Большинство из них было ненужным хламом, который обязательно надо иметь «нормальной девушке». Той самой, какой я хотела стать. И какой, никогда не была.

Я закрыла глаза. Хотелось ощутить поцелуй, как привет из прошлого, нахлынувшего на меня так внезапно, что стало больно в груди.

Он  склонился надо мной, я чувствовала это и предвкушала радость. Не строя иллюзий о возможности вернуться в счастливое время, я всё же хотела сравнить ощущения: почувствую ли что-нибудь сейчас, когда наши губы соприкоснутся,  или всё будет иначе, чем пять лет назад.

Будет так, как бывает между молодыми, не искушёнными жизнью людьми, и как не бывает между взрослыми, умудрёнными неудачным опытом прошлых связей.

Он коснулся моих губ своими и быстро отстранился, словно испугался. Я уже хотела разочарованно выдохнуть, воскликнуть: «И это всё?», как его губы снова нашли мои, и мир завертелся, даже шум улицы затих и отступил.

Я почувствовала себя так, будто внезапно посреди зимы наступила весна, ещё робкая, переменчивая, но это было уже обещание, которого так не хватает отчаявшемуся человеку.

Поцелуй был довольно целомудреннен, я расслабила рот, ожидая почувствовать вкус Олега, и ощутила, как его влага смешивается с моей, и больше ничто не имело значения. Ни обоюдная несвобода, ни то, что мы так и не разобрались в прошлом.

Олег отстранился внезапно, будто только осознал, что мы делаем, и понял, как далеко это может завести обоих.

— Почему ты боишься меня? — спросила я спустя некоторое время, когда машина тронулась. Мои губы горели, помада наверняка растеклась, но я не хотела пользоваться салфеткой, чтобы не стереть следы поцелуя. Пусть побудут со мной подольше. — Не говори что это не так.

— Я не боюсь тебя, — упрямо мотнул головой Олег. — Это ты решила вернуть меня любой ценой. А что, разумно! Не один, так другой. Или ты всерьёз рассчитываешь, что пара дней может всё обнулить? Ольга была моим прошлым, я не скрывал это от тебя, ты знала, что я помогаю ей с квартирой, потому что она осталась в сложной ситуации, ещё и беременная. Но тебе надо было взбрыкнуть и показать свой гонор! Показала? Радуйся! Но я, наконец,  нашёл ту, которая умеет слушать.

Он говорил это с нотками превосходства, прорывающимися через показное равнодушие, а я следила за его руками, вцепившемуся в руль, и не удержавшись, дотронулась до безымянного пальца, на котором золотым ободком блестело обручальное кольцо.

Он вздрогнул и поджал губы.

— Я виновата. Даже в том, что не решилась спустя годы позвонить и попросить прощения. Я хотела, но не смогла.

Отдёрнув руку, будто меня ударили, сжала пальцы в кулаки, да так и осталась сидеть, смотря перед собой. Олег снова нырнул в  свою раковину и продолжал делать вид, что ничего особенного не произошло. Что мы теперь навсегда будем чужими, и нет смысла во всех этих разговорах.

Я и не претендовала на его сердце, понимала,  что и время прошло, и не все обиды забылись. Но так хотелось поговорить по душам, излить ему всю боль, что я выстрадала после нелёгкого решения уйти. Мне ведь тогда казалось, что он тянется к бывшей девушке, жалеет её, готов принять чужого ребёнка в её чреве, а здесь и до любви недалеко.