Ты меня (не) узнаешь, дракон!

Глава 19

Хейл приподнял бровь.
— И вы до сих пор не выломали дверь?
Кано заметно сжался.
— Простите, высокорожденный, но без приказа — вашего или господина советника…
Дракон жестом прервал его оправдательный лепет и бросил:
— Идёмте.
А затем с неотвратимостью крушащего льды ледокола двинулся по коридору — очевидно, к комнатам Перт.

«Что могло с ней случиться? — гадала я, стараясь подстроить свой шаг под широкую поступь Хейла. — Не хочет выходить замуж и устроила голодовку? Впала в депрессию? Ещё что похуже? До чего её успели довести в этом грёбаном замке?»

Коридор закончился лестницей, лестница привела в ещё один коридор, а оттуда через анфиладу комнат к новой лестнице. Я не запоминала дорогу — роскошная обстановка, ковры и гобелены, повороты, спуски и подъёмы скользили по краю сознания, как по льду. Но когда мы начали очередной подъём по винтовой лестнице, интуитивно (или смутной памятью Одаль) догадалась: это башня Перт.
Девичья башня.

Вот и небольшая площадка с толстым, похожим на озеро ковром на полу и единственной дверью. Косяки украшала искусная цветочная резьба, ручка тоже имела вид цветка лилии на изогнутом стебле. Лилиями были и неяркие светильники на стенах, перекликаясь формой с лепниной на высоком потолке. Не знаю, как выглядели покои принцессы Соль, но что-то мне подсказывало: вряд ли они могли затмить обиталище высокорожденной девицы из Хейлхольма.

Хейл аккуратно высвободил руку, на которую я до сих пор опиралась (благодаря чему, кстати, добралась сюда ни разу не споткнувшись и не запнувшись), и подошёл к двери. Властно ударил костяшками по дереву, немного подождал и бросил нам через плечо:
— Отойдите подальше.
Ни я, ни Райдо, ни тем более Кано и не подумали заупрямиться. Торопливо отступили почти к самому выходу, и тогда я впервые увидела проявление нечеловеческой силы драконов, о которой рассказывали столько баек.

Хейл отвёл назад руку, словно собирался ударить в дверь кулаком, и действительно ударил, только раскрытой ладонью. На мгновение мне почудился призрачный образ чёрного дракона с алым гребнем, а потом дверь с оглушительным грохотом сорвалась с петель и рухнула внутрь комнаты.
— Вот и всё, — прокомментировал Хейл, равнодушно глядя на медленно оседающее облачко штукатурки. — Теперь осталось выяснить, где сестра.
— Я здесь! — раздался гневный голос, и в дверном проёме возникла Перт.
Она была такой же, как в воспоминаниях Одаль: годы стекают с долгоживущих драконов, как вода летнего дождя. Черноволосая, черноглазая, нездорово бледная и с тенями под глазами, что лишь подчёркивали два ярких пятна злости, пылавших на высоких скулах.
— Что ты себе позволяешь, брат?!
Может быть (наверняка) я ошибалась, но её гнев показался мне несколько театральным. И вообще, откуда такая эмоциональность? В воспоминаниях Одаль Перт больше напоминала бесчувственный камень, а сейчас, кажется, готова была наброситься на брата с кулаками.
— Не стоит медлить, когда к тебе стучат, сестра, — равнодушно проронил Хейл. — А теперь выйди. Я желаю представить тебе твою новую учительницу.
— Учительницу? Мне?!
«Похоже, он ни черта не предупредил её, зачем отправляется в Равнинное королевство, — флегматично подумала я. — Потому она теперь и реагирует, словно ей смачно плюнули прямиком в душу».
— Перт.
А вот этому умению Хейла можно было только позавидовать. Одно слово — и девица как язык проглотила. Нехотя вышла на площадку, и я, придав себе самый доброжелательный вид, приблизилась к ним.
— Йера, баронесса Оркнеи, — представил меня Хейл. — Я решил доверить…
— Человечка?! Ещё одна?
И брезгливый взгляд сверху вниз, как на что-то крайне неприятное.
«А с Одаль она сдерживалась, — оценила я. — Но почему такая гиперболизированная реакция на всё? Ни за что не поверю, будто Перт не умеет держать себя в руках».
— …твоё образование лучшему ментору Равнинного королевства, — как ни в чём не бывало продолжил Хейл. — И очень рассчитываю, что во имя нашего рода ты приложишь все усилия, дабы преуспеть хотя бы здесь.
Вроде бы ничего особенного он не сказал, однако лицо Перт превратилось в каменную маску — даже огонь, сверкавший в глазах, потух, будто погашенный порывом штормового ветра.
— Прекрасно. — Хейл тоже оценил перемену в сестре. — Если у тебя есть вопросы, задашь их позже. А пока ступай и проверь, всё ли готово к ужину — как и подобает хозяйке дома.
«Переиграл и уничтожил, — резюмировала я. — Но блин, надеюсь, меня не потянут ужинать прямо сейчас? Дадут хотя бы умыться с дороги?»
— Хорошо, брат, — между тем бесцветно ответила Перт. — Прошу извинить.
И, подобрав юбки традиционно чёрного платья, поплыла к лестнице.
— Кано, — не удостоив её и взгляда вслед, Хейл обратился к дворецкому, — отведи баронессу в малахитовые покои. Пусть служанки помогут ей привести себя в порядок, а Райдо позже проводит в трапезную.
— Слушаюсь, высокорожденный, — поклонился Кано и быстро взглянул на выломанную дверь.
От дракона это не укрылось, и он небрежно заметил:
— Здесь ничего не делать и вообще снять все замки с комнат высокорожденной Перт. Пусть усвоит, что запираться — дурная идея.
— Слушаюсь, — повторил дворецкий, и Райдо, всё это время молча наблюдавший за происходящим, отдал ему мой саквояж.
— Баронесса, скоро увидимся, — кивнул мне Хейл.
Я ответила невнятным подтверждением и вслед за Кано покинула башню.
А Хейл и Райдо остались.