Ты меня (не) узнаешь, дракон!

Глава 32

— Каждая из башен замка предназначена для определённой цели. Привратная — вход в Хейлхольм. В башне Владыки находятся комнаты хозяина, в башне Владычицы — хозяйки. В Детской живут наследники до совершеннолетия, после которого юноши перебираются в башню Будущего, а девушки — в Девичью башню.
— А для кого предназначена седьмая из башен? — припомнила я виденный в холле герб.
— Для предков, — спокойно ответил Хейл. — Это башня-склеп, в стены которой вмурованы тела всех принадлежавших к роду владык Хейлхольма начиная от Ура Прародителя.
Бр-р. Отчего-то мне стало не по себе, а Хейл словно специально добавил:
— Перед вступлением во владение замком наследник обязан три дня провести в башне Предков без сна, еды и питья. Так он показывает им, что достоин зваться владыкой Хейлхольма.
«Очень типичное испытание, — заметил мой внутренний учёный. — Прямо-таки архаическое».
И я, подавив желание передёрнуть плечами, светски поинтересовалась:
— И каковы были ваши впечатления после этого испытания?
Разумеется, Хейл тут же принял вид ожившей статуи Командора.
— Прошу извинить, баронесса, но о подобном не принято распространяться. Кстати, мы как раз подошли к проходу в башню Предков. Как видите, он свободен, потому, заплутав, сюда легко можно свернуть.
— Постараюсь запомнить, — серьёзно отозвалась я. Заходить в фамильные драконьи склепы было последним, чего мне хотелось.

Мы прошлись по коридорам и галереям первых двух этажей (о третьем Хейл великодушно заметил, что там одни лишь гостевые комнаты). Мне показали совершенно шикарную библиотеку, в которой незамедлительно захотелось поселиться на всё время пребывания в замке, обширные бальные залы, большую трапезную (выяснилось, что известная мне была малой или семейной), около десятка со вкусом обставленных гостиных, кабинетов и комнат, которые я назвала бы курительными, если бы драконы предавались этой пагубной привычке. Хейл мимоходом сообщил, что его кабинет находится в башне Владыки и что он проводит там большую часть утра — видимо, на тот случай, если мне понадобится срочно его разыскать. Впрочем, ни в эту башню, ни в другие мы не заходили — дракон то ли не хотел давать себе лишний труд, то ли берёг мои нервы акрофоба.

Также не заглянули мы и на половину прислуги — дабы, как выразился Хейл, не мешать им исполнять свои обязанности. Потому последним, что мне показали, стала оружейная, больше похожая на музей холодного оружия.
— Зачем она вам? — полюбопытствовала я. — Зачем вообще драконам людские мечи и копья?
— Фехтование помогает поддерживать форму в человеческой ипостаси, — объяснил Хейл. — К тому же биться в драконьем обличье удобно только в воздухе. В замке, например, любой из нас беспомощен в этой форме.
Я приподняла брови.
— И часто драконы захватывают владения друг друга?
— Случается, — неопределённо ответил Хейл. — Для того в Хейлхольме и нужен гарнизон: чтобы ни у кого не возникло нелепой мысли напасть на замок. Кстати, не желаете взглянуть на плац и казармы? Лучше всего это, конечно, сделать с крепостной стены, но мы можем и пройтись через двор.
— Если не возражаете, я бы прошлась, — сдержанно выбрала я единственный приемлемый для себя вариант.
В ответ Хейл кивнул и повёл меня к ближайшему выходу во двор.

— Если саду отведена южная территория замка, то гарнизону — восточная. Хозяйственные пристройки и колодец размещены на западе, а северного двора попросту нет.
— То есть основное здание замка не стоит в центре? — удивилась я, и Хейл подтвердил:
— Именно так. Необычно для людских владений, но полностью в традиции драконов. Поскольку север — сторона смерти, нечто тайное, куда не стоит глазеть попусту. Лишь два окна выходят туда: единственное наверху башни Предков и окно кабинета хозяина Хейлхольма.
— Понятно. — У меня вновь пробежала по спине волна мурашек. Хотя что такого я услышала? Обычные суеверия, без которых не обойтись ни одному народу в любом из миров.
Стоявший на часах в арке-проходе солдат отсалютовал Хейлу, и тот милостиво наклонил голову в ответ. Мы прошли через арку и оказались на широком, мощённом булыжниками дворе. Дальний от нас край — как раз у крепостной стены — занимали длинные одноэтажные строения, в которых не составило труда узнать казармы. Среди них наверняка были и арсенал, и столовая — я сильно сомневалась, что солдаты ели за одним столом со слугами. Но внимание моё привлекло непонятное оживление у одного из строений. Там собралась нешуточная толпа, в которой мундиры мешались с ливреями, и за их спинами было не разобрать, что же происходит. Однако хорошо слышимый звон стали однозначно наводил на мысль о бое — вот только кто и с кем сражался?
— Любопытно, — высказал Хейл мою мысль. — Обычно тренировки проходят утром. Хм. Не возражаете взглянуть, баронесса?
И, даже из вежливости не выслушав мой ответ, он повлёк меня к собравшимся зевакам.