Ты мне нравишься, Смешинка?

1 часть.

Я — та самая девчонка, которая смеётся громче всех в аудитории, красит ногти в ярко-розовый перед сдачей экзамена, верит, что если загадать желание на падающую звезду — оно обязательно сбудется.

Да, я знаю, что выгляжу как персонаж из слишком сладкого аниме. Но мне плевать.

Я верю, что люди становятся добрее, если угостить их домашним печеньем. Верю, что утро можно начинать с танцев под музыку, даже если вчера было тяжело.

И свято уверена, если искренне улыбнуться незнакомцу в метро, мир станет чуточку лучше.

А ещё я верю в любовь. Ту самую — с сердечками, стихами под луной и обещаниями на всю жизнь. Да, это наивно. Но я не хочу меняться.

...Пока не встретила его. Но это уже другая история. Об этом потом.

P.S. «Если кто-то скажет, что я слишком детская — вот вам мой ответ: мир и так слишком взрослый. Кто-то же должен напоминать, что в нём ещё есть место чуду."

И да, я до сих пор жду письмо из Хогвартса. Двадцать лет — не повод терять надежду.

Я — вечный двигатель, которая не может усидеть на месте. Я всегда в курсе всех уличных вечеринок города, но моей собственной социальной батарее нужна подзарядка. Я люблю танцы, а ещё проводить вечера со своими близкими или просто валяться в кровати, смотря очередной дурацкий фильм, и с жадностью уничтожать пачки чипсов.

P.S. В моей сумке всегда найдётся спрятанный шоколад.

Мои родители не раз задавались вопросом: откуда во мне столько энергии?

Мама всегда говорила, что я родилась с вечным заряженным аккумулятором, а папа говорил: «Если у неё сейчас нет идей для десятка разных бизнес-проектов — подойди, и подари ей чашку кофейку. Только держись крепче. С этого момента остановить её будет невозможно.»

Мои родители — тихие, спокойные люди. Мама любит вязать, папа — разгадывать кроссворды. Они живут размеренно, пьют чай по расписанию и искренне не понимают, откуда во мне этот вечный двигатель безумия.

Пару недель назад застала их за разговором:

— Может, её в роддоме перепутали? — шептала мама.

— Нет, это точно наша, — вздохнул папа. — Просто природная аномалия.

Я хохотала в подушку, представляя, как они анализируют генеалогическое древо в поисках родственника-энерджайзера.

Но вот правда: я — это я. Та самая, которая: организует поход в три часа ночи, потому что «захотелось увидеть звёзды»; убеждает всех, что спать — это скучно (но потом валится с ног на четырнадцать часов подряд); может превратить даже поход в магазин за хлебом в мини-приключение.

И если это ненормально — то мне нравится быть ненормальной.

P.S. «Мама, папа, я вас люблю. Но ваш «режим энергосбережения» — это не про меня. Я буду шуметь, смеяться и зажигать — пока батарейка не сядет. А потом…Потом просто куплю новую.»

И да, я уже предвкушаю ваши закатывающиеся глаза.

Я — единственный ребёнок в семье. Нет, серьёзно, абсолютно единственный. Ни сестёр, ни братьев — только я, мои безумные идеи и мой маленький белый шпиц по имени Пончик. Да-да, Пончик. Потому что он круглый, белый и сладкий, как пончик с сахарной пудрой.

Мои родители, конечно, мечтали о тихом, спокойном ребёнке, но вместо этого получили меня — вечный ураган в розовых кроссовках. И Пончика — который, кстати, вёл себя идеально, ровно до того момента, как я его принесла домой. Теперь он: лает на пылесос, ворует носки, и спит исключительно на моей подушке.

Мы с ним — два сапога пара. Оба неугомонные, оба обожаем внимание и оба... Ну, ладно, он хотя бы иногда спит.

Я — жительница Красногорска и, да, тут не так безопасно, как в сказке. В окрестностях полно хулиганов, а иногда... Даже опасно выходить на улицу ночью.

Но знаете что? Мне плевать.

Каждую ночь я выхожу гулять по городу, и никто, слышите, никто не смеет меня трогать. И не потому что я боюсь. Только потому, что они боятся меня.

Удивительно, но я верю в доброту, несмотря на то место, где я живу. Даже в тех, кто на первый взгляд выглядит как самый отбитый хулиган.

Я всегда говорю: «Никто не рождается жестоким или злым. Все рождаются одинаковыми — маленькими и невинными.»

Всё остальное — дело судьбы.

Я до сих пор так думаю, даже несмотря на то, что познакомилась с Пономарёвым.

Я заметила его случайно — точнее, мы столкнулись буквально. Я неслась по коридору как ураган (опаздывала, конечно), а он стоял, прислонившись к стене, с сигаретой в зубах и таким видом, будто весь мир ему должен. Наши взгляды встретились на секунду и что-то щёлкнуло. Не любовь. Нет. Но интерес.

Он выглядел как типичный хулиган — руки в карманах, взгляд исподлобья, на лице ни капли раскаяния за то, что не подвинулся. А я? Я просто фыркнула и пробормотала: «Извините, что помешала выглядеть круто» — и побежала дальше. Но тогда я ещё не знала, что этот самый взгляд — холодный, колючий будет сниться мне по ночам. Что его грубый смех станет для меня важнее любой музыки. И что он, тот самый Пономарёв Санёк, который «не верит в чувства», однажды разобьет мне сердце. Но это потом.

Пока я просто знаю: даже хулиганы умеют любить. Просто им нужно время, чтобы понять это.

А ещё я до сих пор верю, что если улыбнуться самому злому на вид человеку — он, возможно, не улыбнётся в ответ... Но хотя бы задумается. И это уже победа.

После нашего столкновения, я часто начала пересекаться с Пономарёвым. Он постоянно был окружен девчонками. По слухам, у него как-то не получается удержаться в отношениях подольше, чем пару месяцев.

Девчонки висли на нём, звали его на вечеринки, пытались заполучить его внимание.

Потом я узнала, что мы с этим хулиганом из одной компании. Наши друзья общаются. Я так обрадовалась.

Всё началось с глупой столовки в универе.

Мы с девчонками — я, Лера и Полина, мирно ели свои салатики (ну ладно, Полина ела салат, а мы с Лерой трескали пирожки с повидлом), когда к нашему столу подвалили парни: Ренат, Макс, Гора, Серый и он. До этого момента, я была знакома с парнями, но не так близко. После того, как Лера начала встречаться с Ренатом, мы стали много проводить время с парнями. Точнее они постоянно были рядом.