Ты моё спасение души

Пролог

Сижу за столом со своей любимой девушкой при этом совершенно беззастенчиво и нескромно пялюсь на шикарную молодую женщину в стильном облегающем платье-футляре лазурного цвета с высоким горлом и длинными рукавами.

Красота женщины потрясает. Горделивая осанка. Стройная фигурка с узкими плечами и тонкой талией, округлыми бедрами и длинными ногами с удлиненной икроножной частью и узкой щиколоткой.

У женщины очень аккуратная головка с совершенно белыми кудрявыми волосами, уложенными в незамысловатую прическу, с выпущенными кокетливыми прядками.

Её лицо заслуживает кисти мастера. Более красивых и утонченных черт лица я никогда не встречал в своей жизни. Высокий лоб, тонкие брови вразлет, умеренно выделяющиеся скулы, аккуратный немного курносый носик, филигранный овал с небольшим подбородком. Центр композиции и главное украшение женского лица - крупные насыщенно голубые глаза, вздернутые к вискам. Они примагничивают внимание своим пронзительным взглядом, осторожно заглядывающим в мысли и душу, будто спрашивающим о чем-то.

Красотка приближается нашему столу грациозной походкой, плавно покачивая бедрами, вздернув свою очаровательную головку немного вверх.

Я, смотря на эту Богиню с нескрываемым восторгом, неожиданно вспоминаю другую, всего одна встреча с которой перевернула мою жизнь. Она, вытряхнув меня из зоны моего комфорта, вывернула меня наизнанку. Всего несколькими фразами подтолкнула меня к пониманию, что я в свои 33-и года шикарно упакованный маминький сынок при всей своей профессиональной успешности и финансовой стабильности, душевный труп…

Во мне до сих пор жив и живёт ужас этого открытия, который для меня стал громом среди ясного неба. Прошло много лет, но я до сих пор помню ту ситуацию. И я знаю, что никогда не смогу её забыть…

- Зачем я тебе? Зачем? Никита, я - ничтожество, грязное, испорченное, ни на что не способное…Я больна физически и психически…Я - растоптана во всех смыслах…Я не смогу ничего тебе дать ни как человек, ни как женщина…Посмотри на меня, Никита! Ну, посмотри же!

В агонии истерики девушка с оленьими глазами, выплевывая мне в лицо свою боль, в подтверждение своей правоты тонкими, практически прозрачными, руками скидывает с себя шелковый халат, под которым ничего нет кроме шикарного стройного тела, изуродованного пламенем огня, в который ее, истекающую кровью, кинули, и шрамов от окурков, которые об ее прекрасное тело тушили.

- Ты видишь эти шрамы? Видишь?! Они уже не болят. Мне от них не больно. Никита, моя душа мучается и страдает, потому что на ней такие же ужасные шрамы. И вот они невыносимо болят, гниют и смердят! Да, именно смердят! Смердят, потому что стыдно! От этого кошмарного стыда мне жить не хочется! Отпусти меня, Никитушка. Пусть я лучше сдохну под забором. Пусть меня убьют…Так будет лучше всем! Так мне будет лучше! Такие как я не должны жить!

С жестом мольбы обнажённая девушка, как подстреленная птица, падает передо мной на колени. Я боюсь поднять на неё глаза. Мне стыдно за себя. Стыдно, потому что чувствую себя полным ничтожеством с мёртвой душой.

- Слава, ты мне очень нужна! Очень! - тихо произношу, зажимая всхлип в своем горле, беря её тонкие ладони в свои, целую ладошки и каждый пальчик. - Не бросай меня, Слава, пожалуйста! Это ни я тебе нужен, а ты мне очень нужна! Без тебя я окончательно загнусь. Понимаешь? Ты моё спасение души, Слава!

Бытует мнение, что проходит время и душевная боль уходит. Спустя годы я могу сказать честно, это не так. Душевная боль никуда не уходит, она просто затихает. Ее зарубцованные уродливые шрамы остаются и периодически тянут и ноют, как напоминание о том, что в жизни наряду с радостью и счастьем, есть горе и отчаяние. И только от тебя зависит, очерствеешь ты, оскотинишься или найдёшь в себе силы через спасение чужой души спасти свою…