Ты мой номер один

Глава 33

Инга

Снова пошёл снег. Он шёл даже сильнее, чем в те дни. Промозглый холод забирался за воротник и противно пощипывал кожу. Я завязала волосы в хвост, чтобы надеть вязанную повязку, но шея осталась голой, а шарфа с собой не было. Я же не думала, что придётся идти на площадь пешком.

Почему Джун не заехал за мной, как обычно? Что он задумал?

После звонка я испытывала странное волнение, душа была не на месте. И его голос… он был таким же холодным, как ветер, что обжигал моё лицо в данную минуту.

Стараясь отогнать тревожные мысли, я подбадривала себя предвкушением какого-нибудь сюрприза. Ведь Джун способен на разного рода выдумки.

В кармане завибрировал телефон. Звонил Хван.

– Звонишь, чтобы назвать мне имя той, которая украла твоё сердце? – шутливо сказала в трубку.

Хван сухо посмеялся.

– Нет, я тут еды наготовил. Один не съем. Не хочешь зайти на ужин?

– О, какое заманчивое предложение, но, увы, Джун что-то задумал. Думаю, мы поужинаем в кафе. Иду на встречу.

– То я и думаю, чего это ты пыхтишь.

– Иди в баню! Попробуй идти против холодного ветра быстрым шагом, я посмотрю, как ты не запыхтишь. Всё, я пришла. До связи!

Хван успел сказать «пока», и я спрятала телефон в карман. Джуну звонить не пришлось. Я увидела его. Он шёл прогулочным шагом вдоль дороги, спрятав руки в карманах серого пальто с меховым воротником. Я припустила.

Добежав, я почти прыгнула на него, обняв за шею. С озорной улыбкой попыталась заглянуть в лицо, но Джун вдруг отстранил меня.

– Что случилось? Ах да, прости, набросилась на тебя на глазах у народа. Всё время забываю, что у вас это дурной тон. Ну? В чём дело? Куда мы идём? И почему пешком? По-моему, холодновато для прогулок.

– Ты замёрзла? Прости. Можем пройти в мою машину.

Я внимательно изучала лицо Джуна и заметила, что его глаза бегают то в одну сторону, то в другую, а на меня он отказывался смотреть. Сделав шаг назад, я помотала головой. Улыбка исчезла с моего лица вместе с озорством. Я дрожала от холода, но, похоже, его это не волновало. А может, дрожь эта вовсе не от холода, а от нервов. Я всерьёз разволновалась.

– Мне кажется, ты хочешь мне что-то сказать.

Он молча смотрел себе в ноги.

– Джун?

– Инга, я…

Откуда-то образовался ком в горле. Я не понимала, почему он такой.

– Сегодня я говорил с Йонгтеном.

– Вот как? – мой пульс участился, теперь и я смотрела на носки своих сапог.

– Ты догадываешься, о чём мы могли говорить?

– О чём? Обо мне?

Мимо нас пробежала толпа молодёжи с шариками. Они кричали, смеялись, не предпринимая никаких попыток сохранить вечернюю тишину. Мы с Джуном стояли друг против друга, не в силах поднять головы. Эта минута показалась мне пыткой.

– Джун, что сказал тебе Йонгтен? – наконец задала вопрос.

– Всё.

– Что – всё? – я запнулась.

– Всё. Всё, Инга. Он дал понять, каким я был дураком. Дал почувствовать себя рогатым оленем. Вы оба смеялись надо мной и моими чувствами. – Он помолчал, затем горько усмехнулся. – В мой день рождения… А я ведь любил без остатка. И верил, что у наших отношений есть будущее. Но это всего лишь мои несбыточные мечты.

В моей груди всё задрожало, из глаз хлынули слёзы. Холод и ветер стали такими неважными в эту минуту. Разбить чьё-то сердце не преступление, однако, я чувствовала себя преступницей. Джун ни в чём не виноват. Виновата только я. Это я должна была рассказать ему о чувствах к Йонгтену. Сейчас начну оправдываться тем, что Йонгтен постоянно твердил о страхе разбить дружбу с Джуном, и я велась – молчала, лишь бы не навредить им обоим.

– Признаю, я не была с тобой честна, – говорила я, слёзы застилали мне глаза, – но я попыталась. И пойму, если ты положишь нашим отношениям конец.

– Положу, – словно ножом Джун полоснул меня словом. – Вы с Йонгтеном отныне можете решить свои проблемы. А между нами, к сожалению, ничего уже быть не может. Я… не смогу простить тебя, Инга.

В моей душе образовалась пустота. С Йонгтеном мы ничего не решим. Я вдруг почувствовала себя грязной, немытой. Мне было жаль, но в то же время я благодарила Бога за то, что всё раскрылось. Наверное, я сама долго не выдержала бы в этой лжи. Джун не заслуживал такого отношения. Его доброта, забота и чуткость – это то, что девушка хочет ощущать по отношению к себе. Джун давал это всё мне. А я? Я его предала.

– Прости меня и… всего тебе хорошего в жизни, – быстро проговорила надломанным голосом, повернулась к нему спиной и быстро зашагала прочь.

До последнего верила, что Джун догонит меня, обнимет и скажет: «Давай начнём сначала». Но ничего не произошло. Такое только в фильмах бывает. В жизни не так. Я упала в глазах Джуна. Зачем ему девушка, которая способна на предательство?

Захлёбываясь слезами, я зашла в автобус, заняла место в самом конце и желала просто не существовать.