Ты-мой запрет.

Глава 34

Прошло пару дней, но ощущение тревоги не отпускало ни Фариде, ни Шахина. Они почти не виделись — слишком рискованно было появляться рядом. Но всё это время они переписывались — коротко, осторожно, чтобы никто не заметил.

Фариде жила как на иголках: отец молчал, но в его взгляде она чувствовала напряжение, как будто он ждал удобного момента. Мать ходила взволнованная, но тоже молчала, будто боялась сказать лишнее.

Однажды вечером, когда отец ушёл по делам, мать осторожно подошла к Фариде в её комнате:

— Я знаю, что ты с ним всё ещё общаешься, — сказала она тихо, почти с укором. — Отец думает, что ты образумилась. Но я вижу — ты не отступилась.

Фариде вздохнула:

— Я и не собиралась. Мам, я не могу по-другому.

Мать смотрела на неё с грустью и усталостью:

— Ты упрямая. Вся в отца. Но я прошу — не доводи до беды. Он может сделать всё, что угодно.

— Я знаю, — кивнула она. — Но я тоже всё сделаю, чтобы быть с ним.

Мать села рядом, погладила её по руке:

— Ты хотя бы скажи мне, если соберёшься на что-то решиться. Чтобы я… знала.

Фариде кивнула, и в этот момент в телефоне пришло сообщение от Шахина:

«Я не выдерживаю. Я хочу тебя увидеть. Скажи — когда и где. Я приеду.»

Сердце у неё сжалось. Она смотрела на экран, а внутри уже знала ответ.

Фариде долго смотрела на экран, чувствуя, как внутри борются страх и желание. В конце концов она быстро набрала ответ:

«Сегодня ночью. Когда все уснут. Я выйду к старой остановке.»

Ответ от Шахина пришёл почти сразу:

«Я буду ждать. Обещаю — всё будет хорошо.»

Она убрала телефон, и мама тут же насторожённо посмотрела на неё:

— Опять он? — спросила мягко, но строго.

Фариде не стала отрицать:

— Да. Я должна его увидеть.

Мать тяжело вздохнула и на секунду прикрыла глаза:

— Ты сама себе всё усложняешь… Но я тебя не сдам. Только будь осторожна, прошу тебя. И не возвращайся слишком поздно.

— Спасибо, мам. — Фариде сжала её ладонь.

Наступила ночь. Дом затих. Ближе к двум часам ночи она осторожно выбралась из комнаты, проверила — все спят. Взяла лёгкую куртку, бесшумно вышла из дома.

Воздух был прохладным, небо — в звёздах. Она почти бегом добралась до старой остановки, где уже стоял чёрный автомобиль. Шахин вышел ей навстречу, и, как только она приблизилась, сразу крепко обнял её.

— Чёрт, как же я скучал, — выдохнул он в её волосы.

Фариде прижалась к нему, впервые за несколько дней чувствуя себя в безопасности.

— Я тоже… — прошептала она. — Мне было страшно.

— Я больше не хочу ждать, Фариде, — его голос был решительным. — Давай увезу тебя прямо сейчас. Навсегда.

Она замерла в его руках, чувствуя, как внутри всё дрожит — от страха, от желания, от неопределённости.

— Скажи слово — и мы уедем.

Фариде замерла, прижавшись к его груди. Сердце бешено колотилось, но внутри — как будто стена. Она так мечтала просто сесть в машину и уехать с ним куда угодно. Но… не могла.

— Шахин, — она подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Я… не могу так поступить. Не могу вот так просто исчезнуть.

Он сразу всё понял. Вздохнул тяжело, сжав её ладони:

— Почему?

— Я не могу так с мамой, с братом. Да и с собой… — голос её дрогнул. — Мне бы хотелось уехать с тобой хоть сейчас, правда. Но я не смогу жить, зная, что убежала, как трус. Я должна попытаться решить всё иначе.

Шахин стиснул челюсти, но кивнул:

— Ладно… — он провёл пальцами по её щеке. — Но обещай мне одно: как только почувствуешь, что тебе грозит что-то по-настоящему опасное — ты сразу скажешь мне. Я приеду хоть в ту же ночь.

Фариде кивнула.

— Обещаю.

Он притянул её к себе, снова прижал к груди. Молча. Долго.

— Я подожду, сколько нужно, — тихо сказал он.

Они так и стояли молча, обнявшись посреди ночной тишины, пока Фариде не ощутила, как её начинает бить мелкая дрожь — то ли от прохлады, то ли от всего, что бурлило внутри.

Шахин сразу почувствовал это, прижал её крепче:

— Тебе холодно. Пойдём в машину хоть на пару минут, — мягко предложил он.

Она кивнула, и он аккуратно взял её за руку, открыл перед ней дверцу. В салоне было тепло, пахло чем-то родным, его запахом — и Фариде сразу стало легче. Он включил обогрев, сел рядом, всё ещё держа её ладонь.

— Мне всё равно кажется, что я должен был увезти тебя, — пробормотал он. — Просто взять и всё. Но… — он посмотрел на неё — …если ты просишь — я подожду.

Фариде грустно улыбнулась:

— Если бы всё было так просто…

— Придёт время — станет просто. Или я сам всё упростлю, — он смотрел на неё серьёзно. — Я не отступлю, Фариде. Если понадобится, я приду прямо к твоему отцу.

Она вздрогнула:

— Не стоит. Тогда он точно с ума сойдёт.

— Пусть. Лишь бы ты была рядом.

Они замолчали. Фариде уставилась в тёмное окно, сжимая его пальцы:

— Я не знаю, как долго смогу так… как будто живу на два мира.

Шахин наклонился ближе, коснулся её лба:

— Тогда давай сделаем шаг. Маленький, но шаг. Давай… обручимся хотя бы. Я сделаю тебе предложение. Не для твоего отца, не для традиций — а для нас. Чтобы ты знала: это не просто слова.

Фариде удивлённо посмотрела на него. В его взгляде не было игры, всё было до боли серьёзно.

— Ты уверен?.. — прошептала она.

— Никогда не был так уверен, — отозвался он твёрдо. — Я хочу, чтобы ты знала: я не просто тебя жду. Я уже выбрал тебя.

Слова застряли у неё в горле, но внутри было светло. Она только кивнула.

— Хорошо…

Шахин улыбнулся — по-настоящему, мягко.

— Тогда жди. В следующий раз я приеду не с пустыми руками.