Ты моя проблема

27

Ксю

– То есть он сам к тебе приехал, – Юля берет с тумбочки яблоко и надкусывает его с громким хрустом, – а потом еще и поцеловал?!

– Ага, – подгибаю под себя ноги, сидя на кровати в своей бывшей общажной комнате.

Сегодня очень лояльная вахтовичка, поэтому меня пропустили без проблем.

Все, что произошло каких-то сорок минут назад, до сих пор вводит меня в состояние полнейшей растерянности и волнения. Соколов приехал в мою квартиру, ночью, после всего, что между нами происходило…

Зачем он меня поцеловал? К чему эта глупая игра в чувства?

Обнимаю себя руками и слегка раскачиваюсь из стороны в сторону. Юлька же продолжает рассуждать:

– Почему ты откидываешь мысль о том, что можешь ему нравиться?

– Потому что…

Про случай на празднике Миши я ей не рассказывала, да и не буду уже. Смысла в этом немного.

Фёдорова вытягивает два больших пальца вверх, тем самым стебет мой ответ.

– Юль, просто… ну это же Соколов, – раздраженно касаюсь лба. – Какие чувства? Он девчонок как перчатки меняет…

– Ну тут согласна. Что делать будешь?

– Не знаю, – пожимаю плечами, – давай лучше о тебе. Не зря же я сюда среди ночи ехала. Прости, что завалилась и вылила на тебя все это, а тебя не выслушала. Просто бесит. Неимоверно бесит.

– Понимаю, – подружка улыбается, но глаза печальные. – Вот, – протягивает мне какой-то белый футлярчик, по крайней мере, издалека он кажется таковым. Только когда беру в руки, соображаю, что это тест.

– От кого? – растерянно смотрю на две полоски.

– Ты его не знаешь, – Юлька устало качает головой, – не представляю, что теперь делать.

– Блин, и я тут со своей ерундой, – кусаю губы и пересаживаюсь к ней на кровать. – Срок знаешь?

– Пять недель.

– Новоиспеченный папаша в курсе?

Подруга положительно кивает.

– И что?

– Дал денег на аборт. Но врач сказала, что, если сделаю, шансы потом забеременеть будут очень маленькими.

– Капец, – все, на что хватает моего словарного запаса.

– Я… в общем, ты не могла бы попросить маму помочь мне с работой? Учебу придется бросить, но чтобы подыскать что-то приличное... сама понимаешь.

–  Конечно.

Часто киваю. Юлька живет на стипендию, в общаге, своей квартиры у нее нет.  Если бросит учебу, лишится и одного, и второго. Но когда родит, ей все равно тут остаться не позволят. Нужно будет работать… Боже, как же она будет жить? Ей всего девятнадцать, а перед ней встают такие проблемы. Разве это справедливо? Можно, конечно, сказать, сама виновата, думать надо, с кем в постель ложится… Но очернить человека всегда проще, чем попробовать понять.

– Все будет хорошо, – сжимаю ее ладошки в своих. – Я тебя не брошу. Ты справишься.

Мы обнимаемся. Еще немного говорим, плачем, а после засыпаем крепким сном. Я вскакиваю около десяти от звука будильника. Мне нужно умыться, заехать к себе, переодеться и не опоздать на съемки. Я отлично помню наставления Веры о придирчивости Эрика.

Юлька еще дрыхнет. Поправляю ей одеяло и тихо вышмыгиваю из комнаты. Пока спускаюсь, пишу сообщение, что улетела на съемки и чтобы вечером она обязательно ко мне приехала.

Сама уже мысленно силюсь поговорить с мамой. Делать мне этого не хочется, но ради Юльки я готова переступить через свои обиды.

Дома быстро привожу себя в порядок и несусь на метро. До съемок чуть больше часа.

Залетаю в павильон, снимая на ходу куртку. Вера уже машет мне рукой, даже забирает вещи.

Краем глаза замечаю Эрика. Высокий парнишка с осветленными волосами. Он мой ровесник, а уже звезда миллионов. Он выстрелил, когда ему едва исполнилось семнадцать. Я помню, как в школе мы с девчонками слушали его рэпчик. Мне кажется, не было ни одной, кто бы не сходил по нему с ума. Даже не верится, еще два года назад я и мечтать не могла, что когда-нибудь с ним познакомлюсь, а сейчас снимаюсь в его клипе. Чудеса и сила мысли.

– Ксюша, на грим, – командует Валдис, одновременно переговариваясь с режиссером.

Киваю и сажусь на стул. Девочка-стилист сразу принимается за мои волосы, визажист колдует над лицом. Они снова превращают меня в ту самую моль. Ресниц уже не видно.

В кадре я чувствую неловкость. Эрик не спешит расположить к себе. Кажется, ему вообще плевать на то, что здесь происходит, выглядит он болезненно. Конечно, все шероховатости на лице скрыты, но взгляд все равно потухший.

На мне белая рубашка и серая юбка в клетку, в руках стопка книг. Мы сталкиваемся, и я их роняю. На фоне играет последний хит Эрика, его сейчас везде крутят. Первые места во всех чартах.

– Отлично, – слышу голос Валдиса.

Наклоняюсь подбирать книги, Эрик делает то же самое. Мы сталкиваемся лбами. Все, как задумано по сценарию.

Все, да не все. Через секунду я замечаю кровь. Она капает на пол. Поднимаю взгляд и чувствую легкую тошноту. Нет-нет, только бы не вырубило. Кровь же не моя… хотя фобии на это плевать.